Масленица -советская традиция

Для современного человека Масленица немыслима без финального аккорда — пылающего чучела в столбе искр и дыма. Нам кажется, что этот обряд седой древности, языческий ритуал, дошедший до нас из глубины веков. Однако историческая правда куда интереснее и запутаннее. То, что мы воспринимаем как древние славянские традиции, на самом деле является блестящим примером культурного синтеза, где смешались аграрная магия, похоронные плачи, выдумка художников XIX века и режиссерский талант советской власти эпохи оттепели.

Начнем с того, что действительно является аутентичной масленичной традицией. Если бы мы перенеслись в русскую деревню XVIII или XIX века, главным пиротехническим зрелищем для нас стал бы отнюдь не чучело, а горящее колесо.

В подлинном своём виде эта пасхальная традиция сохранилась например....в Германии. Но не в России.

Osterräderlauf в Германии каждое пасхальное воскресенье устраивают гонки горящих колёс

Это был один из центральных и повсеместно распространенных обрядов среди многих языческих народов. Колесо — безупречный символ солнца. Его обмазывали дегтем, поджигали и спускали с высокого холма или носили на шесте. Огненный круг, катящийся в темноте, имитировал пробуждение солнца, набирающего силу к весеннему равноденствию. Смысл действа — сугубо аграрная магия: повлиять на небесное светило, «разбудить» землю, приманить плодородие и свет. Иногда колесо скатывали прямо в реку или к проруби, соединяя стихии огня и талой воды, зимы и весны.

Сжигали в масленичную неделю много и охотно, но это были не чучела. По деревням полыхали общие костры из собранного по дворам мусора, старой соломы, изношенных лаптей и остатков скоромной пищи. Это был ритуал православного очищения — огнем выжигали хлам уходящей зимы, освобождая место для нового, а так же очищали душу, заканчивая масленичную неделю прощённым воскресеньем. Суропустная неделя, которую лишь в шестнадцатом веке впервые на Руси называют масленицей, возникла в православной традиции примерно в 6 веке, тогда же, когда устанавливалась и традиция Великого Поста. На Русь её принесло христианство. Это вообще не языческий праздник. И никаких чучел на нём, конечно, не сжигали.

Где же пряталось чучело?

Возникает закономерный вопрос: если похожую на женщину фигуру не жгли на Масленицу, то где ее сжигали? Корни этого обряда уходят в куда более архаичный и мрачный пласт «похоронной» обрядности, которая была приурочена к совершенно другим датам.

У восточных славян существовал мощный цикл ритуалов «проводов-похорон». Главные их персонажи — Кострома, Ярила, Кукушка. Их чествовали не в конце зимы, а на рубеже весны и лета и собственно летом: на Троицко-семицкой неделе, в период до Петровского поста. Именно здесь было место антропоморфным и зооморфным фигурам! Чучело Костромы (часто из соломы, в женском платье) с ритуальными плачами и смехом проносили по селу, а затем торжественно «хоронили»: топили в реке, разрывали на клочки и разбрасывали по полям или же сжигали на костре. Это было сакральное действо временной смерти и будущего воскресения божества, призванное магически оплодотворить землю. Настроение здесь было далеко от карнавального веселья — скорее, ритуальная скорбь с элементами смеховой культуры. Стоит отметить, что даже этот обряд не был повсеместным. Сжигание на костре зафиксировано в XIX веке в отдельных сёлах Беларуси и ещё в некоторых местах.

Но с Масленицей они нигде не пересекались.

Советская оттепель: как родился миф

Так как же погребальный обряд Костромы превратился в веселые и всенародные Проводы русской зимы? Решающую роль здесь сыграла не дореволюционная традиция, а советская культурная политика.

Важно понимать контекст: в первые десятилетия СССР Масленица, как православный религиозный праздник, предшествующий Великому посту, была под фактическим запретом. Однако в 1960-е годы, в эпоху Хрущёва и позже, возникает государственный запрос на создание новых, внецерковных, но ярких «народных» праздников. Так рождаются «Проводы русской зимы».

Перед организаторами массовых гуляний стояла задача сконструировать зрелищный и понятный ритуал. И они блестяще, методом синтеза, решили эту задачу. Для нового советского обряда были взяты:

1. Сюжет и драматургия — от летних «похорон» (ритуальное уничтожение антропоморфной фигуры).
2. Календарная привязка и «декорации» — от Масленицы (катания, блины, снежные городки, солярный огонь).
3. Смысл — проводы надоевшей зимы и встреча весны (светский и оптимистичный, лишенный языческой скорби и христианского покаяния).

Именно в этот момент «Кострома» окончательно переоделась в «Зиму». Обряд, бытовавший ранее в летних ритуалах плодородия, был искусственно, но крайне удачно перенесен на зимний праздник и канонизирован как его главный символ. В последующие десятилетия этот сконструированный образ прочно закрепился в массовом сознании как якобы «древняя языческая традиция».

На древнюю традицию солярных костров и горящих колес наложилась форма ритуальной куклы из летних похорон Костромы, а все вместе это было переосмыслено и упаковано в эффектный праздничный формат советскими идеологами эпохи 1960-х.

Отмечая сегодня Масленицу сжиганием чучела мы чтим не далёких языческих предков, а недавнее советское прошлое, создавшее этот и многие подобные мифы, являющиеся сегодня культурным кодом русского народа, который по мнению многих существовал "всегда".

Хотя лет этому языческому обычаю ему примерно столько же сколько салату оливье, "Иронии судьбы" и селёдке под шубой, как новогодней традиции.