Фрагмент новой истории. Акакий, бездомный домовой

Аэропорт

Рюкзачок трясло неимоверно.
Агатка шагала быстро и как-то дёргано — почти бежала — перемежая обычные шаги подскоками и короткими семенящими перебежками. По всей вероятности, взрослые спешили, и девчушка едва поспевала за родителями.

Множество голосов и других, незнакомых уху домового звуков, оглушали. Отражаясь от возвышающихся где-то далеко стен и усиливаясь многократно, они сводили его с ума своей какофонией. Судя по всему, Агатка с родителями стремительно шли через какой-то огромный ангар, заполненный совершенно немыслимыми для Акакия толпами людей.

Зажатый между беспорядочно напиханными в крохотный детский рюкзак вещами, потерянный, сжавшийся в комок, Акакий отчаянно прижимал к себе потрёпанную тряпичную кошку, случайно оказавшуюся рядом, — словно пытаясь найти в любимой Агаткиной игрушке утраченную опору. Ощущение собственной ненужности в этом безумном человеческом мире давило, делая настырно долбящуюся в сознание мысль — «Может, и не стоило возвращаться?..» — почти невыносимой.

Пытаясь заставить себя отвлечься, Акакий прислушался, стараясь вычленить из общего гула звуки своего собственного семейства и представить их посреди этого хаоса. Идея оказалась спасительной, и воображение охотно дорисовало картину.

...Вот насупленная курносая Агатка торопливо шагает рядом с серьезным и хмурым Александром. Их шаги в современной мягкой обувке едва различимы в общем гаме. Маленькая ладошка Агатки надежно зажата — не потеряешься! — в большой папиной руке. Другой рукой он не то ведёт, не то тянет за собой здоровенный новомодный сундук-короб на маленьких колесиках, издающих легкое шуршание. Рядом также быстро, дробно постукивая по твердому полу каблуками, идёт Алёнка. Продольные морщинки на её лбу, совсем недавно почти разгладившиеся, теперь врезались так глубоко, что сразу ясно — уже навсегда. Уголки губ опущены, и это старит её ещё больше. Она тоже ведёт рядом с собой сундук, как у мужа, лишь чуточку поменьше.

Маленькие колесики крутятся быстро и чуть поскрипывают под весом содержимого, вобравшего в себя всю их прошлую жизнь. Их и Акакия.

--
 
Кажется, вы только что стали свидетелями рождения новой истории — продолжения романа Акакий, дачный домовой . И похоже, она уже знает своё название — «Акакий, бездомный домовой»...