Очередное этнографическое: «славутность» и «славницы»

В текст 12й главы «Хранителей и вольнодумцев», над которой еще работаю, кроме «танкА» пролезло еще одно любопытное понятие из народного быта — «славница».

Это некоторые условный статус крестьянской девушки, выражающие общее уважение к ней. Славница должна быть известна всем своими нравственными качествами, но обладать и определенной смелостью, в меру острым языком.

Быть такой — очень почетно, дружить с такой — тоже) Невесту старались показать потенциальным свекрам именно в окружении подружек-славниц.

Текст далее беру урывками из книги «Русские девушки» И. Шангиной

Девушки «в самой поре» обладали, по мнению русских, особым свойством — «славутностью» («славой»), благодаря которому они нравились представителям противоположного пола и вообще всем людям. «Славутность» — было довольно сложное понятие, включающее в себя целый набор качеств: приятный внешний облик, обаяние, умение хорошо одеваться, вести себя по правилам, принятым в обществе, и, конечно, «честное» имя. «Славутность» считалась свойством, которое расцветает вместе с девичеством. Однако лишь некоторые счастливицы обладали высокой «славутностью» <>

Кроме того, девушка должна была иметь особую походку, которая называлась «частая»: мелкие шажки с колыханием груди и покачиванием бедер. Хороший рост, крепкое телосложение, белая кожа и румянец, длинные ухоженные волосы — все это свидетельствовало о физическом здоровье девушки и заключенной в ней жизненной энергии. <>

Но «славутность» предполагала не только красивую внешность, но и такое поведение, которое свидетельствовало бы, что девушка обладает качествами, необходимыми для вступления в брак и поддержания его устойчивости. Особенно ценилась «умнота», то есть умение правильно вести себя в различных жизненных ситуациях. <>

Считалось, что «неругачая», спокойная, терпеливая девушка может достойно прожить жизнь, не вступая ни с кем в конфликты, не жалуясь на судьбу. Слишком робкая, застенчивая девушка, не обладавшая темпераментом, по крестьянским представлениям не могла быть готова к замужеству и рождению ребенка. Про такую говорили, что она только «лавку обтирает».

Вот так) Скромность ценили, но весьма в меру, если верить этому источнику)

А вообще — книжка «Русские девушки» оставляет какой-то грустный осадок. Она у меня уже лет 20, но в работе с матчастью я обращаюсь к ней только при крайней необходимости. 

Раскрываемые там слишком нравственные обычаи молодежи коробят сами по себе, упор И. Шангиной на суеверия и заговоры — печалит, а еще давит понимание , что даже эта свобода скоротечна, дальше — замужество, когда нельзя будет не вспомнить некрасовское «ключи от счастья женского потеряны давно».

Словом, автор этой книги все очень толоково мне рассказала, но света за ее фактами я не увидела совсем. 

Мне бы очень хотелось самой, не слишком отсутпая в фактах, разглядеть за бытом крестьян что-то большее.

О, да, я - писатель в толстенных розовых очках)