Постапокалипсис на пустом баке...

Сегодня я оседлал Пегаса... нет, стоп. Сегодня я пытался оседлать своего железного коня, чтобы доехать до работы, но мой конь, "редиска", плотоядно уставился на пустую канистру и издал звук, похожий на предсмертный хрип.

Да, наш город накрыла "топливная пауза". Так это сейчас называется по-умному, чтобы мы, быдло, не догадались, что мы просто накрылись медным тазом. Раньше, чтобы вдохновиться на постапокалипсис, мне нужно было прочитать Кинга или посмотреть "Безумного Макса". А теперь мне просто нужно выйти на улицу и посмотреть на очередь из 40 машин к единственной заправке, где, по слухам, "кто-то что-то слышал про цистерну".

Господи, какой же это прорыв в литературе! Раньше я мучительно думал: "А что будет двигателем сюжета в моем новом романе? Ядерный гриб? Вирус? Зомби?" Фигня! Самый страшный апокалипсис — это когда у тебя бензобак на нуле, а до работы 30 километров. Это круче любого зомби-хоррора, потому что зомби хотя бы можно отпинать ногой, а пустой бак не отпинаешь.

И вот я стою в этой очереди. Она движется медленнее, чем сюжетная линия в "Войне и мире". Я смотрю на людей. Они уже не люди. Это мародёры в шкурах. Каждый водила смотрит на соседа по потоку с такой ненавистью, будто тот украл у него последний паёк воды. Одна тетка на "Логане" чуть не снесла бампер дяде на "Прадо" — и знаете, это была самая эпичная битва за ресурсы, которую я видел. Прямо как в "Дороге" Маккарти, только вместо каннибалов — риэлторы и менеджеры среднего звена.

Я, как настоящий творец, начал записывать идеи прямо на пыльном стекле своей машины:

1. Новая валюта. Забудьте про патроны и золото. Теперь главная ценность — это литр "95-го". Мой герой будет менять литр на женщину и буханку хлеба. И женщины будут стоять в очереди за этим топливом, потому что без него даже любовь не заведется.
2. Новые божества. Я уже молюсь не на Зевса, а на оператора на АЗС. Если он машет рукой, значит, боги благосклонны. Если он вешает табличку "НЕТ ТОПЛИВА", это означает конец света. Я сегодня видел, как мужик упал на колени прямо перед пистолетом заправки. Он не просил прощения, он просил, чтобы тот выдал хоть каплю.
3. Транспорт. Забудьте про крутые тачки. В моем новом мире королем дорог станет велик, самокат и, возможно, лошадь. Но лошадь найдут и съедят через три дня, а велосипед — нет. Так что главный герой будет крутым байкером... на "Стелсе" с корзинкой.

Это же гениально! Раньше я переживал из-за творческого кризиса. Как же я был глуп! Мне просто нужен был экономический кризис! Теперь я пишу не "просто книгу", а документальную хронику. Я звоню другу, а он мне не отвечает. Я уже мысленно отпеваю его, думая, что он ушел в рейд за бензином в соседний район и пал смертью храбрых от руки продавца, который не взял у него наличку. А он просто сидит без связи, потому что телефон разрядился, а зарядить не от чего — все розетки заняты обогревателями, которые работают от генераторов, которые жрут тот же бензин. Замкнутый круг, блин! Чертова петля времени!

В общем, если вы меня не видите на литературных тусовках — я там. Я на заправке. Я собираю материал. Если мой роман "Безумный Макс: Очередь за счастьем" когда-нибудь выйдет, знайте: он написан кровью и потом, а также перегаром от соседа по очереди на Лукойл.

И главный постскриптум к моему творению: берегите канистры. Если у вас есть полная канистра — считайте, что вы владеете Вселенной. А если нет — то вы просто персонаж второго плана в моей книге. Тот, кого съели в первой главе.