Памяти Джека Рэтчета, держу в курсе...

В участке их встретили овациями. Вернее, Джека. Так обычно приветствовали вернувшихся после ранения копов и Джеку это было не по статусу, однако никого это не смутило.

Тем более, что некоторые не скрывали иронии в этом действе, попросту освистывая детектива, пытаясь тем самым как-то унизить в отместку за смерть Чарли. Заметил это и сам Рэтчет. И тут же поклонился всем собравшимся, словно какой-нибудь театральный актёр после удачной пьесы. Это сразу сбило спесь со злопыхателей, позволив Джеку спокойно пройти к столу Саливана и поприветствовать того.

– Привет. Тебя наконец выписали?

– Представляешь! – Джек наиграно хлопнул в ладоши и выкрутил сарказм на полную катушку. – Оказывается, живых и здоровых стараются не запирать навечно в клиниках, а в какой-то момент всё же возвращают в реальный мир! И ты бы даже знал об этом, если бы удосужился меня навестить.

На эти слова полицейский отреагировал вполне ожидаемо — пристыжено отвёл взгляд и едва не покраснел от стыда. Вот только искренне, с какой-то болью и самым настоящим, неподдельным нежеланием смотреть Джеку в глаза. Рэтчету это сразу не понравилось. Это в корне меняло тон беседы.

– Что случилось? – серьёзно спросил он, усаживаясь на приставленный сбоку к столу Саливана стул.

Кит тут же сел на своё место, не в силах сдержать тяжкого вздоха. Сэму пришлось остаться стоять, приняв на себя роль безмолвного наблюдателя. Он был в курсе проблемы и совершенно не хотел встревать в этот разговор.

– Понимаешь, Джек… – нехотя начал Саливан. – Это на счёт твоего дела, о взрыве на кладбище.

– И что с ним?

– Ну, ты же понимаешь, как я к тебе отношусь. И знаешь, что я рыл носом землю всё это время. Несмотря на все протесты от моего нового напарника.

– Нового напарника? – Джек, уже начавший было терять интерес к разговору, прекрасно понимая, к чему он идёт, резко приободрился и вскинулся. – И кого тебе подсунули?

– Да вон он, тупой ирландский ублюдок, – Кит кивнул на один из соседних столов, за которым седел широкоплечий мужичок с квадратной челюстью, в тёмно-коричневом пиджаке поверх отвратительной, горчичного цвета рубашки. Тот и сам не сводил с них взгляда, потому сразу заметил это и помахал им. Джек махнул в ответ, а Кит изобразил улыбку.

– Что, настолько «достойный джентльмен»?

– Поверь — много хуже. Сержант Мэлоун, чтоб он подавился.

– Целый сержант?! – Джек присвистнул. – Это тебе не повезло, малой, это каторга.

– Всё куда хуже, поверь!

– Что может быть хуже напарника, который старше тебя по званию?

– Думаешь? А как тебе честолюбивый урод, подсидевший ради места своего бывшего напарника? – Кит при этих словах оставался предельно серьёзен и Джек от этого порядком напрягся.

Тем не менее, решил всё же уточнить, не ослышался ли.

– Погоди, ты серьёзно?!

– Более чем. Раньше Мэлоун работал в паре с сержантом Смитом.

– А, да, помню его! Мировой парень, старый наглый чёрт. Немного простоватый, но в целом парень дельный. Кстати, а где он?

– Уволен, – мрачно заявил Кит, пожимая плечами, словно это что-то само собой разумеющееся и естественное. Впрочем, для него это и впрямь стало обыденностью. Той реальностью, в которой он жил. – С лишением… много чего, не буду утомлять. Если коротко, то Смитти с трудом сохранил свою пенсию и едва ли не свободу.

– Это за что? – пробасил Стоун, вмешиваясь в разговор. Он попросту не верил своим ушам, поскольку и сам отлично знал этого самого сержанта.

– За драку. Которую старик затеял в участке. Набил морду паре подозреваемых, после чего раскидал копов, что пытались его усмирить. Одному из патрульных он сломал нос и три ребра, подарил сотрясение и трещины в черепе, а другому переломал руку в нескольких местах.

– О господи… – само собой вырвалось у Джека. – Но подожди, а этот Мэлоун какое к этому всему имеет отношение?

– Ооо, самое прямое, как оказалось! Понимаешь, у Смитти давно начались проблемы по службе, их было уже много. Эта просто стала последней каплей. И все они шли от его жены, которая подкидывала благоверному самые, – стоун крепко выругался, – советы, какие только могла придумать, старая потаскуха!

– Воу, парень, полегче! – возмутился такому отношению Джек. Ругань его не смущала, а вот отношение к даме было непозволительным, даже для него.

– Не смогу, – пожал плечами Кит. – Она делала это по наводке своего любовника. Тот, зная о делах напарника, рассказывал ей, какие советы ему лучше подкинуть, чтобы он поскорее занял его «денежное местечко». Она подбивала мужа на эти откровенно невыгодные ходы, когда тот ей жаловался вечерами на работу. Вернее, за совместным ужином рассказывал ей, как прошёл его день. Но она к тому моменту уже всё знала, включая то, в каком ключе стоит «подбодрить» благоверного. С подачи напарника муженька, детектива Мэлоуна, всё верно! А сам Мэлоун выглядел за счёт этого исключительным молодцόм в глазах начальства, ведь все дела, которые Стоун по тем или иным причинам запорол, наш бравый ублюдок Мэлоун благополучно спасал, вытягивая в последний момент из самой бездны! Ну а когда всё было кончено, и Смита попёрли, да ещё и угрожая его самого отправить за решётку, Миссис Симт тут же подала на развод и сбежала к… кому бы вы думали? Совершенно верно! К своему любовнику, детективу Мэлоуну! Да только тот её прямо тут, в участке, и послал. При всех, совершенно не стесняясь никого. Так и заявил ей: «А на кой чёрт ты мне нужна, старая дура? Я добился всего, чего хотел, с твоей помощью. Проваливай!».

– И… – затянул было Джек, хотя сам не представлял, что именно он хочет спросить.

– Да, и я сам всё это видел, Джек. Лично. Так что она — старая потаскуха. Просто прими как данность, а не как грубое оскорбление.

– Кхм. Я смотрю, жизнь в участке всё такая же весёлая, да? – Джек не сдержался от шутки.

– Не то слово, – тяжко вздохнул Кит, начав перекладывать с места на место бумажки на столе. – В общем, этот урод толком не давал мне заняться вашим расследованием. И это при том, что на нас давили сверху!

– И почему же? – Джек порядком удивился. Не столько Мэлоуну, сколько его отношению. Рэтчет привык к честолюбивым компа-карьеристам, в этом как раз не было ничего нового. Вот только обычно те цеплялись в любое громкое дело как пёс в кость и пытались выжать из него все соки, даже неудачи с ним оборачивая в свою пользу! А куда уж громче взрыва посреди кладбища на похоронах копа и парочки мафиозных боссов? В это же раз всё выходило с точностью до наоборот.

– Он считает дело безнадёжным и тупиковым, – признался Саливан.

– Как и та ветвь эволюции, с которой свалился этот придурок, да, – закончил за него Джек.

– Ха, метко, – улыбнулся Кит, хоть немного расслабившись. Этот разговор давался ему с заметным трудом. – Тем не менее, из-за него мне было крайне трудно заниматься расследованием и что-то искать. Он, будучи ленивой ирландской задницей, не хочет работать сверх меры, а так же не намерен работать усердно, и всё в этом роде. И, как ты можешь догадаться, это не мой дурной характер и оскорбления, это факты, которые он и сам редко отрицает, говоря что-то другое только начальству. Конечно, забросить в архив сразу это дело он не сможет — из-за резонанса, раздутого газетчиками — но и напрягаться с ним он не планирует. Кхм… а с другой стороны, искать там и впрямь особо нечего…

– В каком смысле?

– Ну вот материалы, можешь сам взглянуть. Впрочем, не стоит делать этого сейчас, у меня могут быть проблемы. У Стоуна есть все копии, так что ты всё равно сможешь их изучить. Там отчёты экспертов, анализ образцов вплоть до каждой пылинки, что удалось собрать на месте взрыва, и всё прочее в этом духе. Если коротко, то ни черта они в этом мусоре не нашли. А как следствие — и мне расследовать не от чего. Может и есть какая-то ниточка, но мне её не найти — этот урод скинул на меня всю бумажную работу и я даже от стола не отхожу! Ты бы знал, Джек, как я скучаю по старику Чарли! Я не представляю, как он с этим справлялся сам, но на мою долю в те времена не выпало и одной пятой от нынешнего!

– Как-как… это опыт! Если молодого сотрудника сразу макнуть головой во всю бюрократию, то он сбежит, — так считал толстяк. Да уж, для меня тоже это стало сюрпризом… Особенно когда он решил, что я наконец готов и вывалил на меня все бумажки по очередному делу, – Джек сперва ухмыльнулся этому воспоминанию, но тут же заметно помрачнел, вспомнив наставника. – Ладно, хватит этого пустого трёпа. Я верно понимаю, Саливан, вы этим делом заниматься не планируете?

– Да там сплошные тупики, там не чем заниматься! – попытался возмутиться молодой полицейский, но тут же сник под недовольным взглядом Джека. – …но в целом да, ты прав.

– Значит, им займёмся мы со Стоуном.

– Будто я без тебя в нём не копался! – тут же возмутился напарник Рэтчета резко вскинувшись, словно даже не проснулся, а буквально «включился». – Парень прав, там всё глухо.

– Ничего, бывало и хуже, – привычно слукавил Рэтчет. – Ладно, раз все материалы есть у Стоуна, то мы пойдём.

– Подожди, – внезапно одёрнул его Кит, когда тот уже сделал несколько шагов к выходу. – Я должен вернуть тебе кое-что из твоих вещей. Это с пожара, где…

Он замолчал, не придумав, как лучше закончить мысль, после чего мотнул головой, словно отгоняя мрачные мысли и достал из-под стола картонную коробку, в которых обычно хранились улики. Чуть приоткрыв крышку, чтобы содержимое мог видеть только Джек, Саливан настойчиво придвинул её к сыщику.

– Вот. Это ведь твоё?

Понимая, что всё не просто так, Джек заглянул внутрь. Сверху лежал пистолет той же модели, что был у него. «Наверняка, это именно он» – подумал сыщик, однако сомнения его не покидали — пистолет никогда не был настолько идеально вычищен.

Тем не менее, Кит пытался показать не это, и Рэтчет отлично это понимал. Из-под его пистолета и ещё пары каких-то безделушек, включая бумажник, торчала завёрнутая в какую-то тряпку рукоять револьвера и край кобуры — по другую сторону свёртка. Пистолет Чарли.

– Да, мой. Спасибо большое. Где вы его нашли?

– Ты вышвырнул его из склада. И только тем и спасся, по словам пожарных. Благодаря этому они поняли, что в здании есть хоть кто-то и успели вытащить тебя прежде, чем рухнули перекрытия. Так что это было отличным решением!

– Ты не представляешь, насколько! – едва слышно усмехнулся на это Джек, вспомнив, зачем на самом деле это сделал. – Спасибо, Саливан. Он мне дорог как память. За мной должок.

– И не один! – нагло погрозил ему пальцем паренёк. – Будет сложное дело — обращусь, отработаешь.

– Договорились. Всё, нам пора. Да, Сэм? Пошли скорее.