Заметки полевого алхимика Тепсея Чернобородого. Темногорловск.1.

Привет, мой неизвестный брат по ремеслу. В этот раз руководство Алхимической гильдии решило отправить меня в экспедицию в древний город Темногорловск. Местные гномы приобрели у нас манаочистные установки, но не сильно спешат с оплатой. Груз был давно доставлен заказчику и готов к монтажу, но тут в дело влезли архивариусы гномов. Им, видите ли, не хватало присланных с товаром бумаг.

«Да когда вообще архивариусам хватало бумаг?!» — воскликнешь ты и будешь абсолютно прав: «Никогда!»

В общем, наши архивариусы сверились с контрактом и ответили, что все свитки были отправлены в полном составе. На это принимающая сторона ответила, что согласно спецификации товар подпадает под класс безопасности 3Ж, а это означает, что бумаг нужно в три раза больше. Но какая именно должна быть форма у этих свитков, наши контрагенты не сообщили, загадочно ссылаясь на таинственную формулировку: «Перечень манускриптов и свитков должен соответствовать классу безопасности 3Ж». Собственно, именно для этого меня и отправляло руководство в Темногорловск.

Признаюсь, я исправно проштудировал все нормативные фолианты, касающиеся класса безопасности 3Ж, но нигде в текстах не встречал упоминаний конкретного перечня. Оставалось только выяснить все подробности на месте. Конечно, там, где два отдела архивариусов не могут договориться, в игру вступает полевой алхимик, которого уже тошнит от подобных задач.

Дело ещё осложнялось тем, что Темногорловск находился внутри одной из диковинок Алхимической гильдии — Пространственном Сосуде — и был надёжно отделён от нашего плана реальности зачарованным зелёным стеклом. Чтобы попасть туда, нужно было пройти пятичасовую процедуру синхронизации, при которой пространство вокруг путешественника заплеталось специальной вязью и сворачивалось в трубочку, позволяя пройти сквозь узкое горлышко Пространственного Сосуда. По возвращении пространство расплеталось назад, и путешественник возвращался в привычный ему план реальности.

Узнав это, я понял, почему так затягивалась переписка с Темногорловском — почтовых голубей, способных пройти процедуру синхронизации, не было. Письмо просто сворачивали и бросали в сосуд, надеясь на то, что оно свалится на голову нужному гному или хотя бы местному почтальону. Ответ приходил тем же способом, через горлышко, и тоже в свернутом виде. Как результат, логистическое плечо переписки составляло от недели до месяца.

Узнав такие подробности, у меня возникло три справедливых вопроса: первый — как наше руководство узнало про Темногорловск, второй — как вообще оно смогло договориться с местными гномами, и третий — как наши специалисты смогли осуществить доставку оборудования. Понятное дело, всё это являлось коммерческой тайной и не разглашалось.

Итак, впереди у меня было два дня перед процедурой синхронизации, и я решил провести их в таверне в праздности и безделье, так как понимал, что впереди меня ждёт очень нелёгкий путь…