Ваши любимые эпизоды - это...

Любимые эпизоды - это когда ты отдыхаешь и развлекаешься, пиша, потому что самому интересно, весело и легко. И это всё потому, что ты легко управляешься с материалом.
У меня такие темочки:

1. Пьянки-гулянки и просто пьяные
2. Концерты, выступления, кулисы-закулисье
3. Прослушивание, пробы, кастинги
4. Репетиции

В последней вчерашней выкладке "Кольца" у меня как раз пробы на роль )) 

Меня усадили в кресло, вспыхнули софиты, второй режиссёр уселся напротив, а Гарик принялся блуждать вокруг меня, ласково целясь объективом чуть ли не в самый нос.
- Мне нужно стихи читать? – спросила я.
- Стихи… Ничего читать не надо. У нас фотопробы, нам нужно несколько выражений. Представляйте: вы поселковый библиотекарь, сидите на своём рабочем месте. В дверь входит посетитель, здоровается. А вы на него смотрите. Вот как вы на него посмотрите?
- Это зависит от того, кто вошёл, - сказала я.
- Умница, - сказал второй режиссёр. – Вошёл среднестатистический посетитель среднестатистического возраста.
- Просто приветливо улыбнусь, - сказала я.
- Гарик, готовность, - скомандовал режиссёр. - Среднестатистический посетитель - это я. Вот я вошёл.
Я взглянула. Гарик защёлкал.
- Молодец, - похвалил второй режиссёр. - А теперь заходит особенный человек, которого вы любите и ждёте. Поехали!
Я представила князя и, наверное, у меня получилось – меня опять похвалили. Игра мне начинала нравиться. В воображаемую дверь входили разные поселковые люди. Один раз вошла соперница.

Пришла Туся, рыжая, неприступная, молчаливая, принесла чемодан. Чемодан раскрыли, меня чем-то намазали, потом напудрили, причесали, волосы подобрали, закрутили гулю. Я начала уставать, захотелось пить. Захотелось встать с кресла, размяться. Я спросила, много ли ещё народу придёт в библиотеку, уже должны по идее кончиться все грамотные жители этого посёлка. Режиссёр посмеялся. Он вообще охотно смеялся и нравился мне всё больше.

А вот сцена на другой день, уже с главным режиссёром.

Меня отвели за ширму. Здесь была стойка, как в магазине готовой одежды, только коротенькая. На ней, повешенные на плечики, висели отглаженные платья, блузки и пиджаки. Рядом, за складным столиком, сидела пожилая женщина и спокойно пила чай с баранками.
- Это у нас Ниночка? – приветливо спросила она, и я не сразу сообразила, что это спрашивают обо мне.
- Здравствуйте, - сказала я застенчиво. – Да. Я пробуюсь на Нину.
- Вот такую кофточку вам надо надеть. Зеркало здесь. Вам помочь?
Слава богу, что я пришла не в платье, а в юбке. Я торопливо накинула блузку, посмотрелась. Никогда я не любила белые кофточки. Я вообще недолюбливала блузки, а белые, считала, носят от недостатка фантазии. Эта же блузочка была вообще верхом скромности. Воротничок школьный, пуговички крошечные…
Примчалась Татка, чувствующая себя в павильонах, как рыба в воде.
- Гений асексуальности! - прыснула она и расстегнула мне две пуговицы под воротничком. – Вот так ещё ладно, - она осмотрела меня критически. – Ещё бы завязать на животе.
Явилась молчаливая Туся, накрыла меня пеньюаром. Опять мне закрутили волосы в гладкий монашеский узелок. Татка умчалась докладывать второму режиссёру Володе о моей гениальной асексуальности, прибежала через минуту с листочками.
- Диалоги тебе. Ты сиди, а я почитаю.
Она зачастила:
- Входит Прохоров. Нина: Здравствуйте. Прохоров: почему на «вы». Нина (опуская глаза в формуляры) я на работе. Прохоров: я тоже на работе. Слушай, Прохоров – это твой бойфренд или соперник бойфренда?
- Не знаю, - сказала я.
- По фамилии почему-то. Может, председатель колхоза? Или бригадир? Как думаешь?
Я понятия не имела. С каждой минутой мне всё меньше нравилась эта история, куда меня занесло судьбой.
Но Главный остался доволен, увидев меня в асексуальном образе. Пуговицы велел застегнуть наглухо, в меня нацелились камерой. Мне опять велели здороваться с разными людьми.
- Хорошо, - буркнул Главный хмуро. - Мне сказали, вы стихи хотели читать.
Я собралась возразить, но он не слушал.
- Читайте. Что будете читать?
- Цветаеву, - сказала я почти сердито, но Главный и ухом не повёл
- Замечательно. Вы в деревенском клубе, на празднике, читаете Цветаеву. В зале человек, которого вы любите и который вас предал. Читайте.
- Вчера ещё в глаза глядел, а нынче всё косится в сторону, - начала я, представляя в зале Вадима, - Вчера ещё до птиц сидел. Все жаворонки нынче – вороны…
- Хорошо! А теперь скажите это мне, это я вас предал.
Если честно, у меня к Главному набралось много претензий за это время, и я с радостью выложила их в стихах. 
Главному опять всё понравилось.
- А теперь читайте дальше так, словно стараетесь меня в чём-то убедить.
"Быть потактичнее, - подумала я. – Сейчас выложу ему всё, что чувствую, и пусть меня выгоняет. И замечательно!"
- Я глупая, а ты умён! Живой, а я остолбенелая! - высказала я мстительно, в упор глядя Главному в лицо почти с ненавистью.
- Отлично! - сказал Главный. - Володя! Утверждаем.

Короче, если обобщить, я обожаю прописывать сцены всякого художественного вертепа ))
А у вас какие любимые эпизоды?