Загадочная биография Вс. Крестовского

До чего же XIX век в России – другое время. Студент недоучка становится властителем дум, а органы правопорядка всячески содействуют ему в сборе материала. Эпоха, когда даже незаконченное высшее – это очень круто, а литературные таланты всегда востребованы.

Углубился в чтение разных материалов о Вс.В. Крестовском. Изначально меня зацепила история о том, как он собирал сведения для “Петербургских трущоб” и “Кровавого пуфа”. Там истории с переодеваниями и внедрением в криминальную среду. А дальше писателя ждали воинская служба в 28 лет, русско-турецкая война, дипломатическая поездка в Японию и работа чиновником по особым поручениям при генерал губернаторе Туркестана. Хоть сейчас пиши приключенческий роман с главным героем Крестовским, а лучше цикл в духе романов о Фандорине. 

Да, многое мифологизировано, и мифы эти толком никто не разбирал, нормальной биографии Крестовского, вроде ЖЗЛ или чего-то такого, не существует. Есть упоминания в чужих мемуарах и биографиях, публикации в дореволюционных журналах вроде Исторического вестника, а воедино это никто не сводил. Скукотища же. Все эти повороты судьбы, эти столкновения с общественными течениями. Ну куда это?

Создание “Петербургских трущоб”

Дворянин родом из Киевской губернии, учится сначала в Петербургской гимназии, затем поступает в университет на историко-филологический факультет. Высшее образование в те времена – не норма, как сейчас, это был путь в науку или куда-то в верхние чины. Курс Крестовского состоял из 9 человек. А курсом старше учился 1 студент. Крестовский уже тогда публикуется в журналах как поэт, учёбой интересуется мало и в итоге её забрасывает. 

Это конец 50-х, начало 60-х годов, Всеволоду Владимировичу 20 лет, он знакомится с Помяловским и Достоевским. В этот период он задумывает и пишет самый известный свой роман – “Петербургские трущобы”. Многие герои романа – преступники и маргиналы, и Крестовский, чтобы достоверно их описать ходит по злачным местам Петербурга. В основном, он посещает заведения т.н. Вяземской лавры (доходные дома князя Вяземского). 

Как будто бы Крестовскому в сборе материалов помогают власти, в частности, полицейские чиновники. Стенографист Крестовского Маркузе называет пристава К.К.Галатова, в других источниках упоминается сам И.Д. Путилин, служивший в те времена квартальным надзирателем в районе тех самых злачных мест. Говорят, что они переодеваются вместе. Путилин для расследований, Крестовский для изучения нравов. 

Источники, которые я видел все после 1895 года написаны, то есть после смерти Крестовского и после смерти Путилина. Следовательно возможны некоторые искажения.

Все эти переодевания, как по мне, больше напоминают штамп из детективной литературы. Нет, можно переодеться, можно изобразить воровской жаргон. Но поможет ли это в расследовании преступления? Какие резоны Путилину этим заниматься? Операции по внедрению агентов в ряды мафии в те годы были бы странным решением. Полицейских и жандармов мало. Путилин, тогда был просто квартальным надзирателем. Иногда пишут, что это вроде участкового, но, я так понимаю, это скорее как районное ОВД, только один человек. То есть банально: он внедрился в банду, район остался без присмотра.

Для Крестовского такое занятие ещё страннее, он – не должностное лицо. В такой ситуации логично переодеться в что-то победнее просто, чтобы не ограбили и не убили. Тут не до работы под прикрытием. 

Начинающий литератор посещал грязные трактиры, а иногда, вероятно, и публичные дома (в романе много о проститутках), в компании друзей. Всё было при поддержке, после консультаций и т.д. с представителями властей. Возможно с Путилиным. Возможно, Путилин показывал молодому литератору, как работает со своим контингентом (допросы там или ещё что).

В общем, чтобы погрузить читателя в мир трущоб, надо было погрузиться туда самому или в компании друзей.

Кстати, несколько раз Крестовского сопровождал писатель Лесков (в воспоминаниях его сына есть такие истории). Всеволод Владимирович имел репутацию знатока трущоб в литературных кругах. Тогда в 60-х он был молод весел, любил петь романсы и развлекал друзей и знакомых изображая полукриминальный говор трущобных жителей. 

Тогда прогрессивная общественность его ещё любила. Пусть и дразнили иногда молодого литератора Клубничкиным за стихи с уклоном в эротику и истории из жизни проституток.

Тем не менее в 1864 году выходит первый том “Петербургских трущоб”, Крестовский становится известным писателем. Второй том (завершается в 1866) позволяет жить литературным трудом, пусть и довольно скромно. Тот же Маркузе вспоминал, что Крестовский во время работы над вторым томом жил с женой и дочкой очень скромно (дочь, кстати, выросла писательницей).

“Кровавый пуф”: расхождение в польском вопросе, армия

Сейчас расскажу почему Крестовского невзлюбили и недолюбливают по сей день. Всё случается с после “Трущоб”, в тех же 60-х.

В России происходят отмена крепостного права (1861) и польское восстание (1863-1864 гг). События эти даже иногда считают взаимосвязанными. Восстают скорее шляхта и священство, крестьяне же часто помогают русским властям. А по итогам восстания польские крестьяне получают отмену крепостничества на более выгодных условиях чем в остальной России. В награду то есть.

Тут происходит страшное. Прогрессивный до той поры Крестовский не сочувствует полякам. Герцен сочувствует, а этому видите ли не нравится. Кровь они видите ли пролили русскую. Он пишет антинигилистическую и антипольскую дилогию “Кровавый пуф”. Собственно, работа над романами идёт параллельно с написанием “Трущоб”. И начинается она с того, что Крестовского привлекают в официальную комиссию, которая обследует Варшавские подземелья. Участники восстания эти подземелья активно использовали.

В том числе по собранным материалам там будет написан роман “Две силы” (вторая часть “Кровавого пуфа”) очерк “Подземный ход”, рассказ "Пан Пшепендовский". 

В этом контексте начинают говорить о сотрудничестве Крестовского с третьим отделением, мол, это по их заданию. Где-то я вычитал, что и в исследовании трущоб писателю помогал агент третьего отделения. То есть Крестовского подозревают в работе царское КГБ. Подтверждений этому примерно ноль, да и 3 отделение – это не КГБ и не ФСБ. Полное название: Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Это, на наши деньги, скорее апэшечка. В 60-х годах там работало меньше 40 человек. Они отвечали скорее за анализ политической обстановки в стране. Там агентов не было, там были чиновники. За политический сыск тогда отвечал жандармский корпус.

В любом случае Крестовского привлекли в комиссию как литератора (слово “журналист” тогда ещё не использовали), чтобы он написал о том, что творилось в Варшаве. 

Где Крестовский успел послужить так это в армии, а не в спецслужбах. В 1868 году, в 28 лет уже состоявшийся писатель поступает на службу в 14-й Уланский Ямбургский ее императорского величества великой княжны Марии Александровны полк. 

Служит наравне со всеми, позже пишет историю полка, попадает на русско-турецкую войну, получает военные награды, дослуживается до полковника. Но, главное, антинигилистический “Кровавый пуф” пишет уже в армии.

Тогда многие гадали почему ушёл служить, прогрессивная общественность его осудила уже после выхода “Кровавого пуфа”. Да и за уход в армию его коллеги-литераторы отдельно осуждали, что, видимо, было предсказуемо. Так зачем? 

Мне из XXI века это видится как стремление к независимости. От коллег, от издателей, от литературной среды. Ну вроде: “там в литературе меня затравят или забудут, а я – военный, есть своё ремесло, есть смысл жизни”. Да и некая предрасположенность к воинской службе у Всеволода Владимировича была. Тут и предки военные и явная тяга к приключениям. А чего ещё по трущобам слоняться?

P.S.

Это я всё пытаюсь рассуждать логично о биографии реального человека, но в голову вообще-то так и лезут мысли о Крестовском-персонаже романа, который становится агентом спецслужб, борется с нигилистами и польскими революционерами-подпольщиками, а в минуты раздумия крутит в руке свой монокль (была у Крестовского такая привычка).