Людены берут власть?

Вот выходит на сцену большой босс — костюм сидит как влитой, свет падает строго на лоб, чтобы подчеркнуть масштаб мысли: «Половина офисных работ исчезнет за пять лет. Это неизбежно. Технологию не остановить. Считаю своим долгом предупредить». Пауза. Тяжёлый взгляд в зал. И публика замирает — кто-то хватается за сердце, кто-то судорожно пересчитывает свои отпускные дни, а кто-то просто думает: «Ну вот, опять конец света, только теперь с презентацией».

А потом этот же человек спускается со сцены, поправляет манжету, берёт кофе в стаканчике с логотипом компании и идёт на встречу с инвесторами. И там та же самая фраза звучит уже совсем по-другому — не как предупреждение, а как инвестиционный тезис. «До 20 % безработицы? Отлично, это значит, что издержки на персонал упадут. Рынок переформатируется. Возможности для масштабирования». И все кивают: «Да, болезненно, но перспективно».

Дарио Амодеи из Anthropic вообще довёл эту риторику до совершенства. В январе 2026‑го он выдал эссе на двадцать тысяч слов — целую эпопею о грядущих потрясениях. И там такая формулировка, что мурашки бегут не от ужаса, а от стилистической безупречности: ИИ — это, мол, не замена какой-то там профессии копирайтера или бухгалтера, а «универсальный заменитель человеческого труда вообще». Красиво, правда? Холодно, безжалостно, но красиво. Не «уйдёт профессия», а «уйдёт труд вообще». Абсолютизм, от которого хочется одновременно аплодировать и спрятаться под стол.

И самое забавное, что общество, вопреки всем ожиданиям, не прониклось этой высокой миссией просвещения. Не сказало: «Ах, как благородно, что вы нас предупредили!» А скорее подумало: «Спасибо, конечно, но можно без апокалипсиса до конца квартала? У меня дедлайн». И вот этот разрыв между пафосом пророчеств и будничным «мне бы до зарплаты дотянуть» — он какой-то очень человеческий.