«Рыдалово». Pro заместительные синонимы.

Многие рыдакторы очень не любят заместительные синонимы — слова, которые обычно употребляют вместо имен главных и второстепенных персонажей. Так в тексте появляются молодые люди, девушки, тётки, мужчины, богачи и бедняки, блондинки и брюнетки, профессионалы (и мастера своего дела, прасцици ) и безработные и тэ дэ, и тэ пэ. 

Заместительные позволяют описать героя, понять, кем он работает, чем промышляет, как выглядит. А заодно избежать назойливых повторов местоимений «он/она/они/оно», если повествование ведётся от третьего лица. 

Картинку сваял Джемени

Вопрос лишь в том, где, когда и зачем нужны эти самые заместительные. Потому что есть абзацы и сюжетные повороты, где, например, цвет волос не важен вообще. 

«— Знакомься, это Наташа! — представил свою спутницу Димон. Друг Костяна был как-то неестественно и подчёркнуто вежлив, что с ним случалось редко.

— Я... Кост...антин, можно просто — Костя.

И блондинка почему-то ехидно заулыбалась».

Важен ли цвет волос при первом знакомстве Костяна и Наташи? Да не особо. НО! Если мы хотим это по какой-то причине подчеркнуть нужность именно блонда, то нет ничего невозможного.

«— Знакомься, это Наташа! — представил свою спутницу Димон. Друг Костяна был как-то неестественно и подчёркнуто вежлив, что с ним случалось редко.

— Я... Кост...антин, можно просто — Костя.

И блондинка почему-то ехидно заулыбалась, быстро взяв Димона под руку. Её цвет волос и красные пухлые губы напомнили Костяну про одно фиаско на личном фронте. С печальными последствиями».

Классики также не против заместительных синонимов. Ими пользовались все от Толстого и Пушкина до Гоголя и Салтыкова-Щедрина. Ибо не местоимениями и именами едиными! 

Но особо я хочу остановиться на... Да на Булгакове! Он просто мастерски вплетает заместительные в повествование. Так, в «Мастере и Маргарите» Фагот Коровьев у него часто бывает просто клетчатым, длинным, гаером, рыцарем и регентом. Азазелло — рыжим и маленьким, Гелла — девицей, рыжей наглой и горничной. Берлиоз — редактором, Иван Бездомный — поэтом, но оба они — литераторы.

Больше всего заместительных приходится на душу Воланда, если у него таковая вообще имеется. Он именуется иностранцем, интуристом, иноземцем, незнакомцем, консультантом, профессором, владельцем портсигара, полоумным немцем, чёрным магом, мессиром... 

А вот Бегемоту не шибко свезло. Он либо просто кот, либо котообразный толстяк. Это в финале кот превращается в худенького пажа-демона, но всю книгу он рыскает в одном обличьи и всего с парочкой заместительных. Такие дела. 

В общем, как всегда, как и везде решает великий контекст и задумка автора, который постепенно знакомит с определёнными чертами персонажей. А пример про Костяна... Традиционно сваяла от балды, которая замещает мне музу, на ноутбуке, который замещает мне рабочий комп. И попивая заместительный напиток под названием сублимированный растворимый кофе. Ибо купить нормальный колумбийский — жаба душит. 

ЗЫ На всякий случай оставлю тут свой пример, не выдуманный ради рубрики. В рассказе «Пока солнышко не взойдёт» я оставила упоминание профессий цыган. Это спецприём, показывающий, что их космоперелёты остались в прошлом. 

«...А в это время Данко, Азза и Ллойко наблюдали за чудом рождения. Серая кобылка, которую назвали Зоркой, рожала. И, что самое интересное, рожала жеребят-близнецов.

— Кучно пошли, — изумлялся бывший штурман.

— Карты говорят, к добру, — заметила экс-пилотесса.

И только Данко, скрыв улыбку, забренчал на допотопном укулеле, затянув отцовскую песнь: «Ой пока солнышко, ромалэ, не взойдёт...»

Полностью рассказ можно прочитать тут: https://author.today/work/622846