Флешмоб "Субботний отрывок" от Марики Вайд.
Автор: Станислав ДементьевОпять подбирал тему, перекликающуюся с исходным отрывком. Отношения брата и сестры. В этой семье они... куда менее гладкие и нормативные. То, есть, по умолчанию-то на Перерождающемся Континенте жёсткий патриархат, где незамужняя сестра в семье заведомо ниже взрослого брата. Но в обществе, где талант может сделать одного человека сильнее сотен (а то и сотен тысяч), к большинству пунктов законов и обычаев дописано крупными буквами ДОПУСКАЮТСЯ ИСКЛЮЧЕНИЯ.
Сам флешмоб здесь:
https://author.today/post/902952
— Или ты хочешь увериться, что я не сбегу на середине разговора?
Вальтия в сердцах пнула небольшой камушек, так что тот со свистом рассёк воздух, срезал полдюжины цветочных стеблей как косой и улетел на другую сторону долины.
— Если ты такой умный стал, так чего же не подумал о маме, прежде чем драться на арене, а?
Вален уже давно ожидал подобного вопроса. То, что Вальтия ни разу не заговорила о том, почему и как Араме пришлось уйти в уединённую медитацию, изначально было плохим предзнаменованием. Он неоднократно думал о том, чтобы взять инициативу, объясниться первым, но на ум неизменно приходили какие-нибудь отговорки. Правда, он не ожидал подобного вопроса именно сейчас. Но уж если он был задан…
— Потому что счёл себя самым умным и оказался неправ. Думал выманить на живца врага, желаюшего моей смерти — а только навлёк на удар безо всякого проку. Думал, что смогу снять Гелату голову одним неожиданным нападеием — ошибся. Не знал, насколько маме тяжело и заставил её на всё это смотреть. Вот такая вот история. Хотел бы я попросить у тебя прощения, да только что толку, даже если я отобью земной поклон посередине этого костра?
— Сперва попробуй отбить, там и будет ясно, что толку… Нет, стой, стой! — воскликнула она, увидев, что Вален действительно поднимается со своего места. Помотала головой с такой силой, что собранные в хвост волосы метнулись из стороны в сторону. — Нашёл вре… придумал тоже!
Вален пожал плечами и принялся извлекать из пространственного кольца нехитрые припасы для пикника. Хотя разум сообщал ему, что отношения с Вальтией крайне важны, продолжать этот разговор было тошно. Уж лучше вправду в костёр лицом ткнуться.
Так что он постарался не обращать внимания на мрачную и неловкую атмосферу, на то, что воздух между ними казался буквально потрескивающим от напряжения.
— Ты знаешь, почему я так усердно занимаюсь культивацией? — спросила Вальтия некоторое время спустя, отряхнув крошки с халата.
— Не знаю. Ты об этом не говорила.
— Да, и вправду. Слушай: я хочу превзойти Учителя Юбериса. По крайней мере, в одном. Когда-то он смог достигнуть таких высот, что даже Печать Зеффара подчинилась его воле, перешла не к нему, а к его единокровному брату. Хотя разницу в их силе увидел бы и слепец, а Печать обычно наследует достойнейший, сильнейший. Но для Учителя это оказалось максимумом. Я хочу достигнуть большего. Унаследовать Печать при жизни прежнего хранителя. Мама уже достаточно натерпелась. Но пока я не достигла семи цветов, о таком чуде можно даже не мечтать. Тут нужна настоящая культивация души, а она может начаться лишь на седьмом цвете.
Вален не вздрогнул, когда в правой руке Вальтии вдруг появилось копьё, нацеленное ему прямо в центр груди. Не вздрогнул потому, что не чувствовал от неё убийственного намерения, не наблюдал угрожающего напряжения мышц, не видел в её меридианах — необычайно ярких и чётких — движения энергии, указывающего на возможность удара.
— Так что я буду очень, очень рада, если за те годы, которые мне ещё понадобятся, ты не загонишь маму в гроб.
— Знаешь, я тоже буду рад, — развёл руками Вален.
Вальтия фыркнула. Резко встала. Взмахнула оружием, так что порыв ветра едва не задул волшебное пламя.
— Будь серьёзнее, брат!