АВторский АВгуст. День десятый
Автор: Ирина ЗоткинаИ так, день десятый АВторсокого АВгуста от Катерины Кравцовой.
10. Откуда чаще всего стартуют ваши истории? Что кажется вам беспроигрышной завязкой сюжета?
Я даже не уверена, что у меня прямо такие уж беспроигрышные начала у книг. Стартую с чего Бог на душу положит. Даже самой любопытно стало.
"Опусы с оболтусом" — с проблемы, из-за которой всё завертелось.
"Почти Гримм. Принц и Каин" — со старой невезучей ведьмы.У сенатора Мэйсона с планеты Сахет случились крупные неприятности. Началось все с того, что у некоторых киборгов корпорации CAIS, создаваемых на базе модифицированных человеческих клонов, стало развиваться сознание. Для них даже название придумали — «проснувшиеся». Партия сенатора Мэйсона всеми силами старалась добиться принятия закона о запрете на ликвидацию этих киборгов. Они требовали установления над такими биомашинами опеки, как над людьми с ограниченной дееспособностью, и социализации их. Оппозиционная фракция пыталась протащить свой законопроект, прямо противоположный мэйсоновскому, и для этого не стеснялась ни в каких средствах. Взятки, посулы и запугивание — всё пошло в ход. Самым болезненным ударом оказалась угроза похищения единственного сына сенатора — Мартина-Джуниора Мэйсона.
Старая Урсула проснулась, как всегда, с чувством голода. Впрочем, как и все последние две с лишним сотни лет. Что поделать, люди изменились, стали не столь наивны и доверчивы. Их теперь не так просто обмануть, завлечь сбывшейся наяву сладкой сказкой. Прогресс, Дьявол бы его побрал! Вот сегодня — такой день! Праздник, который в былые времена приносил ей немалую поживу — Хэллоуин! А к ней опять, похоже, не придет никто.
Старуха-ведьма откинула в сторону древнее пуховое одеяло, которое не мешало бы поменять на новое, потому как ее бытовая магия стала как-то изменять ей в последнее время, спустила подагрические ноги с кровати, всунула их в стоптанные туфли с длинными носками и прошаркала в умывальню. Вода в кувшине была холоднющая. Урсула вздохнула — в старые добрые времена подавать ей утром теплую воду входило в обязанности какой-нибудь девчонки-замарашки, польстившейся на сладости. Пробормотав заклинание для нагрева воды, ведьма, похоже, что-то напутала, потому что над кувшином взметнулось облачко пара, а сам он разлетелся на мелкие осколки, обрызгав кипятком злосчастную колдунью. Пришлось делать холодные примочки.
"Почти Гримм. Не жизнь, а сказка" — с прогулки по лесу и запаха свободы для двух беглых киборгов.
Тропинка свернула чуть в сторону, в лес. Лунный свет едва пробивался сквозь густо переплетенные ветви, но зато яркими серебристыми бликами скакал по волнам стремительно бегущей наперегонки с путниками речки, видневшейся между деревьями. Под ногами шелестели опавшие листья, толстым слоем устилавшие землю. Киборги просто пьянели от необычайно чистого, свежего осеннего воздуха, пропитанного запахами хвои, умирающей листвы и грибов. Время от времени в зарослях раздавались шорохи, крики ночных птиц. Лес оказался довольно густонаселенным всевозможным зверьем — от мелких грызунов, ежей и зайцев, до косуль и оленей.
Обоим кибер-парням все это было непривычно. И если Иржик еще не проникся ощущением свободы и грустил из-за расставания с Максимилианом, то Бенедикт был просто счастлив, избавившись, наконец, от ненавистного рабства. Если бы осторожность не заставляла все-таки соблюдать тишину в незнакомом месте, он, пожалуй, по примеру людей начал бы насвистывать какую-нибудь мелодию.
"Почти Гримм. Каин и Белоснежка" — с бутерброда с вареньем, которым решили полакомиться мухи.
Бен, расставшись со своими друзьями, направился на юг. Он шел, подставив лицо яркому майскому солнышку, и насвистывал веселую песенку, одну из тех, что он слышал в таверне у Ганса и Греты. Дорога шла в гору, но спай не торопился. Идти вот так, самому решая, куда, ему нравилось. Он собирал по пути цветы, дарил их встречным девушкам, которые долго еще махали вслед обаятельному путнику. На ночлег Бен просился на какую-нибудь ферму, где, заплатив серебряную монетку, получал сытный ужин, более или менее удобную постель, а утром вкусный завтрак.
Вот так сидел Бен рано поутру за столом на кухне у какого-то гостеприимного крестьянина, прихлебывал парное молоко с ломтем ветчины на куске свежеиспеченного хлеба. Хозяйка подала еще и сваренные всмятку яйца только что из-под курицы и блюдце варенья. Окно в кухне было открыто из-за жара, исходящего от натопленной печи, и, конечно же, в него налетел целый рой мух. И стали они кружить вокруг варенья, явно намереваясь запустить в него не только свои хоботки, но и грязные мохнатые лапки.
"Зеркало Оллара" — со странной находки в пустыне, которую обнаружила оборотень-рэйса.
"Не надейтесь, вы не умрёте" — с проблем с недобором кадров в одной конкретной части МЧС, которой приходится сражаться с монстрами из порталов.Пески пели. Бледно-бежевые, почти белые барханы, казалось, дымились. Свистящие и шелестящие звуки складывались в общую мелодию, которая была похожа то на тонкий писк, то на орган, то на вой или рев какого-то чудовищного зверя. Из-за этого феномена сама пустыня носила название Поющей. Ходили легенды, что это голоса душ тех, кто погиб в этих местах.
Багровый диск Оллара только-только показался над горизонтом, окрашивая пески розовым с фиолетовыми тенями. Пройдет совсем немного времени, и здесь воцарится жара, убивающая все живое, не успевшее скрыться от палящих лучей.
Между дюн вилась аккуратная цепочка крупных округлых следов. Пустынная кошка-рэйса, достигающая в холке середины бедра взрослого мужчины, с песочного цвета шкуркой, острыми ушами с длинными черными кисточками торопилась вернуться к себе, пока не началось пекло. Она взбежала на вершину одного из барханов и остановилась, настороженно принюхиваясь. Длинный хвост с черно-белым кончиком нервно подрагивал — идеально выглаженный ветрами гребень бархана был смят. Рэйса подошла ближе, повертела головой, прислушиваясь, глянула вниз. Подветренный склон тоже оказался взрытым, словно по нему скатилось что-то крупное. У подножия, в ложбинке между двумя горами песка обнаружилась куча тряпья, из-под которой торчали ноги в мягких сапогах. Как сюда попал этот человек было непонятно, следов, кроме разрытой верхушки бархана и склона, не было. С неба он, что ли, упал?
"Киберсердце. Без права на жизнь" — с недовольства собой главы корпорации CAIS, выпускающей киборгов, Руперта Дорги.Поздним вечером только в одном окне корпуса командования отдела МЧС теплился свет от настольной лампы. Капитан Траугут — рослый крепкий мужчина — сидел, склонившись над листами бумаги, и что-то писал. Отложив ручку, он устало потянулся, неодобрительно покосился на большую кружку с остывшим черным кофе, но все же взял, отхлебнул, горестно скривился, однако допил.
Стопка аккуратно сложенных, приготовленных к проверке и подписи отчетов вдруг сама собой поехала, словно от неуловимого толчка. Капитан успел подхватить «беглецов», прежде чем они съехали окончательно и рассыпались по полу.
— Да ну, нах! — злобно проворчал Траугут. — И сквозняка-то нет, а предметы летают!
Он еще раз переложил бумаги, следя чтобы каждая оказалась именно в нужной последовательности. А то с дежурных станется перемешать и бросить! А ему потом разбирайся... Ну так и есть. Среди отчетов затесался листок, которого по идее быть не должно — заявка на дополнительный набор.
— Ну, в принципе тоже выход, — согласился с судьбой Траугут. — Сейчас заполню и на стол Алекс. Подпишет, у нас как раз есть вакантные места, но нет кандидатов! А те, что присылают... Да ну, нах!
«И чего звал, если сам справился? Вечно имя треплют без повода!» — повел крыльями невидимый демон. От поднятого им ветра стопка бумаги в очередной раз рассыпалась, листы заскользили по столу, спланировали на пол.
Траугут присел, собирая их и тихо, про себя, ругаясь на сквозняки.
"Киберсердце. Иголка в стоге сена" — с неудачного дня у усталых медиков, к которым заявился тяжело раненый главный герой Шон Эшер.Руперт Дорги, генеральный директор корпорации СAIS стоял у себя в кабинете перед шкафом и всматривался в одно из зеркал, вмонтированных в его панели. То, что он там видел, ему категорически не нравилось.
Дорги не исполнилось еще и семидесяти, а предательские морщинки, набрякшие под глазами мешки и какой-то землистый оттенок кожи упорно не желали исчезать с его лица, невзирая на почти ежедневные омолаживающие процедуры. Он поднял руку и провёл холёными пальцами по идеально уложенным тёмно-каштановым волосам. Личный парикмахер прекрасно знал своё дело, он превосходно укладывал катастрофически редеющие на темени волосы так, что это не было заметно. И всё же...
— Придётся третью подсадку делать, — поморщившись, пробормотал Дорги.
"Киберсердце. Спасатель" — с травмы у студентки и знакомства с главным героем киборгом лайфгардом С8-008.День у парамедика из благотворительного госпиталя, расположенного на берегу Алитары, Джо Карсона выдался тяжёлым. Да и каким он мог ещё быть, если их район граничил с Раммиджем? То и дело забредал кто-нибудь из бродяг из этого рассадника преступности. С болячками, приличными и неприличными, с грозящими вывалиться кишками или гниющими заживо конечностями. Джо уже привык к этому как к неизбежному злу. Лепил из больнички, как некоторые из маргиналов величали Джо и его коллег, уважали. Потому что они не гнали отребье пинками от амбулатории, а оказывали посильную медицинскую помощь. Да, не более, чем позволяли скудные средства, выделяемые на помощь подобным бедолагам. Но хотя бы штопали, подлатывали и давали хоть немножко оклематься. А дальше выживай сам или плати.
Джо стоял за оградой госпиталя в специальном огороженном закутке и курил исишку. Можно было, конечно, наклеить никотиновый пластырь, но он не любил их. А курить на территории госпиталя было запрещено. В уголок к Джо заглянул его напарник Кевин Байтс.
— И вот не лень тебе, Джо, тащиться сюда под дождём? Пора бы уже бросить эту вредную привычку! Ты же, как никак, врач, — заявил он, стаскивая с головы куртку, под которой он пытался спрятаться от низвергающейся с небес воды.
— Отстань, Кев! — отмахнулся Джо. — Я и без твоих нравоучений устал как собака. А вот тебе точно не влом было переться за мной сюда.
"Вольфгрим Грау. История оборотня" — со сборов на праздник одного молодого симпатичного оборотня)Профессор Илнир объявил об окончании занятия, задал материал для самостоятельной подготовки к следующему и напомнил, что курсантов ждут в учебном корпусе на лекции по физиологии.
Возбуждённо переговариваясь, парни и девушки вышли из цеха и поспешили вдоль по коридору. Внезапно раздался резкий болезненный вскрик.
— В чем дело? — Лэй Илнир, шедший впереди, обернулся.
— Я оступилась и подвернула ногу, — страдальчески морщась, ответила курсант Крылова.
— Анют, отвести тебя в медблок? — к ней склонился курсант Райли.
— Подождите, сейчас всё сделают. — Преподаватель подхватил под локоток незадачливую девушку и усадил на какой-то выступ, затем связался по комму с медблоком этого корпуса: — Пришлите, пожалуйста, парамедика к инкубационному цеху LG №4. У нас небольшая травма. — Он снова обратился к курсантке: — Ну вот, сейчас за вами придут, доставят в медблок и окажут помощь. Остальные могут продолжать свой путь на лекцию, — добавил он.
— Профессор, можно мне остаться с Аней и проводить её потом на занятия? — спросил Райли.
— Да, конечно, — кивнул Илнир. — Я предупрежу вашего преподавателя, что вы немного задержитесь.
Не успели курсанты и преподаватель скрыться за створками шлюза корпуса, как с другого конца коридора появился человек в голубом комбинезоне парамедика. Когда он подошёл поближе, стало видно, что это парень лет двадцати пяти, высоченный — без малого два метра ростом, с приятными чертами лица, ярко-голубыми глазами и короткими русыми волосами.
"Киберсердце. За право жить" — с прибытия домой главных героев, отбившихся от пиратов и даже вырвавших из их плена двух пленниц.Вольфгрим Грау принарядился по случаю праздничного дня: тёмно-коричневая куртка вамс с вытканным серой шёлковой нитью узором, отделанная мехом, штаны шоссы, одна штанина которых была коричневой, а вторая — серой, высокие сапоги из мягкой оленьей кожи. Все пряжки на ремешках серебряные. Так и блестят! Длинные пепельные волосы Вольфгрим тщательно расчесал, полюбовался собой в зеркальце.
— Красавец, хоть куда! — рассмеялась мать.
— А то! — улыбнулся парень, подмигнув зеленым глазом младшему братишке, сидящему у неё на руках.
— На ярмарку в Ширке пойдёшь?
— Конечно. Хочу Ильзе подарочек к Рождеству купить. А потом на танцах отдам.
Спрашивать, есть ли у сына деньги, фрау Грау не стала. Вольфгрим был отличным охотником, служил у герцога помощником лесничего и монеты у него всегда водились. Ещё и ей давал частенько.
Накинув на плечи тёплый плащ, Вольфгрим попрощался с матерью и братишкой и зашагал по тропинке через лес к городку, в котором и устраивали рождественскую ярмарку. Серая белка, прыгая с дерева на дерево, осыпала его снегом. Парень погрозил озорнице кулаком, отряхнулся и натянул на голову капюшон, скрывший... мохнатые волчьи уши, торчащие среди серебристых прядей волос.
«Алас» и сопровождавший его полицейский корвет прибыли на орбитальную станцию космополиции Исарры. К сожалению, за это время положение на «Аласе» не улучшилось, а, скорее наоборот, обострилось ещё сильнее. Гарай принял сообщение о том, что пилот Майк Питерс находится в тяжёлом состоянии. Перспектива попасть на карантин ещё и экипажу полицейского корвета стала более, чем очевидной.
Просьбу экипажа «Аласа» — не пиратов, а тех, кто находился на нём сейчас, — о разрешении остаться на карантин на борту скейра удовлетворили. Власти пошли навстречу персоне, имеющей такие огромные заслуги перед всей Конфедерацией Свободных миров, как лэя Вилари.
Так что первое, что сделала лэя Вилари, это позвонила своему внуку лэю Дэйниру и сообщила, что его сестра Нили нашлась и осталось совсем немного подождать и они смогут обнять друг друга. Правда пока нужно сохранить это в тайне, но это уже не так страшно, чем не знать вообще, жива ли она и что с ней. Лэя Вилари попросила внука освободить большой ангар, в котором когда-то стоял личный скейр её покойного мужа, а сейчас там держали только флайер Дэйнира.
Так что мне сложно сказать, погружаю ли я своих читателей прямо сразу в гущу событий. Где-то да, где-то нет. Но интригу создать стараюсь.