Вся правда о Карлсоне {юмореска}

Малыш сидел на подоконнике, размазывая слезы по щекам вместе с остатками черничного варенья. Напротив, тяжело отдуваясь и поправляя кожаные помочи на изрядно округлившемся животе, стоял Карлсон. На его груди, чуть пониже кнопки пуска, почему-то красовался след от давно отпоротого ордена Pour le Mérite, а домашняя куртка сильно смахивала на парадный мундир, только без погон.

- Ну чего ты хнычешь, Малыш? Дела не ждут. Мне пора сменить климат, - Карлсон вальяжно закинул ногу на ногу, устроившись на кресле-качалке. - Стокгольмские крыши стали слишком тесными, да и эти... как их... Нюрнбергские тучи сгущаются. Перехожу в режим тактического отступления.

- Но куда ты, Карлсон? В Швеции ведь столько прекрасных тефтелек!

- Тефтельки - это вчерашний день, глупый мальчик. Настоящий мужчина, мужчина в расцвете сил и политических амбиций, выбирает Буэнос-Айрес! Ах, Аргентина... Земля вечного солнца, сочных стейков и старых верных камрадов, любящих полетать на досуге. Там меня уже заждались. Знаешь, сколько там наших... то есть, любителей варенья? Целые колонии! Мы там организуем такое... такое консервное  производство, пальчики оближешь.

Карлсон подошел к зеркалу, критически осмотрел свои новые усы и аккуратно зачесал назад редеющие волосы.

- Главное, Малыш, никакой паники. Это не конец. Это геополитический отпуск. Пускай эти красные зануды думают, что они победили. Пускай празднуют свой майский триумф. Мы-то с тобой знаем: моторы Люфт... ой, то есть мой пропеллер еще заведется на полную мощность!

- А как же я? - всхлипнул Малыш. - Ты же обещал, что мы построим самую большую башню из кубиков!

Карлсон подошел и покровительственно похлопал Малыша по плечу.

- Мы построим не просто башню, Малыш. Мы построим две башшни-близнеца и кубики у нас будут новые. Я вернусь. Обязательно вернусь. Когда ветер переменится, и мир снова соскучится по сильной руке, способной навести идеальный порядок на любой кухне.

Он подмигнул и добавил тише, со значением:
- Мой пропеллер заработает с новой силой. И поверь, его лопасти будут вращаться строго по часовой стрелке. Очень... узнаваемо вращаться. Мои новые маленькие друзья, которые сейчас подрастают в закрытых лагерях... то есть, в летних скаутских кружках, наденут красивые коричневые рубашечки и встретят меня с факелами. Вот это будет иллюминация! Мы устроим такой парад на крыше!
 

Карлсон подошел к окну, подтянул брюки и нажал на кнопку. Моторчик чихнул, выбросив легкое облачко дыма, подозрительно напоминающее дым от сожженной бумаги.

- Спокойствие, только спокойствие, Малыш! - крикнул Карлсон, взмывая в ночное небо в направлении Южного полушария. - До скорого! Учи немецкий и держи руку выше!

Малыш долго смотрел вслед улетающему толстяку, чувствуя, как внутри зарождается странное, пока еще неосознанное желание маршировать.