Ода старому пластиковому пакету.

Август пришел. Заканчивалась середина лета. То было прохладно. Почти осенним, месяц август становился. То начиналось, с середины недели, вновь, летнее и жаркое тепло...

Сегодня, с утра, прохладно и сумеречно было. Дождь капал мелкий и холодный.

Бежала и торопилась я по своим делам.

В каком - то дворе, между домов, подьездов, козырьков у подьездов и стен, больших и каменных, машины стояли впритирочку. Асфальт, пятнистой - крапчатый от мелкого дождя, мне под ноги стелился.

Бежала наискосок через дворы, обходя завалы расстроенных бетонных глыб и лабиринты, в которые превращались постройки и новостройки через десяток лет их использования. Неровности неожиданно стесанного до земли асфальта, успевала вдумчиво преодолевать, вновь и вновь...

... И тут - то обратилась ко мне, подозвала как - то, симпатичная женщина средних лет, что сидела за рулем собственного авто.

Люди внутри города давно уже разучились разговаривать с другими незнакомыми им людьми, о событиях своей жизни, погоде или о мелочах своей личной жизни.

То есть, разучились они описывать события, говорить о разном или ни о чем...

Но женщина всегда понимает другую женщину!

Особенно, если той, другой, необходима срочная помощь.

Никогда не бывала автоводителем. И, даже, автолюбителем...

Только в ДУКе, машине для ветеринарной дезинфекции птичников на птицефабрике, только в ДУКе сидела пассажиркой рядом с отцом - ветеринаром, подпрыгивая на пружинном сиденьи, когда вся машина подпрыгивала на кочках сельских не очень ровных дорог.

И я взлетала над сиденьем, потому что была еще слишком маленьким и мелким ребенком, чтобы успешно своим весом сиденье пассажирское под себя проминать.

Или же взлетала до самого фанерного потолка во второй кабине ДУКа, машине, которая, как и самолетная спарка, имела две кабины, расположенные одна за другой.

Вторая кабина служила для перевозки санитарочек, что помогали ветврачу в дезинфекциях птичников. Поэтому вторая кабина оставалась простой и суровой. Была сделана из дерева, внутри обита фанерой. Сиденья, тоже деревянные, крепились к полу жестко.

Поэтому на кочках и ухабах неровных дорог, подпрыгивала в санитарской второй кабине, вместе с машиной над жёстким сиденьем так, что задевала макушкой своей головы, потолок кабины.

А не вываливалась из машины посередине своих полетов только потому, думаю, что закреплялись двери кабины на засов снаружи, а не изнутри.

Так и пробегала мимо жизнь в пешеходных или общественно - транспортных, а не личных и автотранспортных неприятностях.

Но женщина всегда понимает другую женщину, особенно, если той, второй, нужна срочная помощь!

Скопившиеся за ночь, внутри двора, автомашины, стояли в ряду, и плотно.

Женщина за рулем, автоводительница, не могла сдать назад, чтобы развернуться и выехать из ряда других автомашин. Она рисковала задеть своим задним бампером, передний бампер или фары другой автомашины.

Меня попросили помочь. Проконтролировать, чтобы не случилась аварии.

Но расстояние между машинами было пятьдесят - шестьдесят сантиметров, не больше.

Малейшая ошибка и машины столкнутся, потом сомнутся. И в чем же тогда будет моя помощь, а не вред?...

Проще всего было бы встать между машинами, всеми своими мягкими местами контролируя машины от их жесткого соприкосновения. Мысль пробежала и исчезла, испугавшись страхов и нарисованных внутри головы последствий.

Ведь я совсем не знала эту женщину и не была уверена в ее умениях хорошо водить машину.

Точно также не рискнула поставить в прогал между машинами свою ногу, для страховки и предупреждения автоаварии.

Нога мне, конечно же, нужна была намного меньше, чем все тело или весь мой корпус. Но вдруг автолюбительница - женщина не справится. Сожмет между двумя железными корпусами автомашин мою ногу, раздавит ее всмятку...

А страховка на жизнь и здоровье у меня закончилась, хоть и не очень давно.

В руках протестующие шелестнул пакет пластиковый. Он - то и отправился в небольшое пространство между бамперами двух разных машин.

Женщина - водительница аккуратно сдавала свою небольшую машину назад.

Я держала в руках пакет с мужской рубашкой, парой - тройкой штанов мужа, его носками теплыми и майкой черной. Я контролировала ситуацию.

И в тот момент, когда пакет, зашуршавши, оказался между машинами придавленный, закричала:

- Все! Стоп! Пакет задавили!

Автоводительница - женщина осторожно и с поворотом, стала выруливать вперед. Она освободила свою машину из затора других, соседских машин, моргнула мне задними подфарниками, совсем со двора уехала.

Я тоже побежала по своим дорогам. Дальше торопилась. Спешила к мужу в больницу.

Пакет протестовал всем пластиком, скрипел под ветром и шуршал.

Как будто бы хотел сказать мне:

- А не зря ли я рисковала пирогом для мужа и банкой компота из персиков, всем пакетом тоже, которые могли бы пострадать в процессе давления и задавливания пакета, как минимум. Или же, микроаварии.

И я нашла тогда Главного Героя Дня!

Скромный пластиковый пакет, изношенный и ради нужд семьи натруженный, блестяще решил все проблемы по предотвращению возможной и серьезной аварии во дворе!

Спасибо ему, незаметному герою!

А потому что был он у меня в руках, то умудрился простой пакет спасти всех.

Я шла и улыбалась незаметно от разрешения проблемы. И только потом поняла, что подвиг и героизм незаметного героя, пакета пластикового, обыкновенного, может и должен быть увековечен!...