авторский август - 3

Финал банкета.

22. Коварный вопрос о целевой аудитории: вы свою знаете? Или просто рады всем, кому интересно ваше творчество?

Не знаю, прицельно не интересовалась. Могу сформулировать тут: 18+, высшее образование, IQ 90+, широкий кругозор, интересуется мировой историей и культурой, пол не важен. Судя по метрикам Яндекса – большая часть женщины 40+, то есть, как я сама. Но, судя по отзывам, которые прилетают с разных сторон – я все же давно в сети – в эту целевую аудиторию входят разные, очень разные люди. Знаю, например, семью, где меня читают три поколения.

23. Как вы боретесь с хейтом? Вступаете в пространные диалоги, дабы убедить тролля в вашем превосходстве? Применяете волшебный банхаммер? Или считаете, что всякий пиар полезен? Пусть ругают — лишь бы обсуждали?

Никак. Я в сети 25+ лет. Срачи на АТ после срачей в ЖЖ вызывают умиление своей политкорректностью – как детский лепет из колясочки, украшенной кружевом, после мата забулдыг у пивного ларька в 90-е (да, 90-е я помню тоже, лучше не вспоминать). Поэтому с хейтом я не борюсь, мне пофиг. «Не пытайтесь оскорбить меня, для этого требуется высококвалифицированный специалист» (С). В пространные диалоги мне, как правило, вступать скучно. Если в пространные диалоги вступают со мной, пытаясь насильственно причинить мне свою точку зрения, у оппонента есть шанс уйти в бан. На АТ в бан люди уходят по следующим причинам: 1) крайний и/или навязчивый идиотизм; 2) хамство мне лично; 3) хамство людям вообще; 4) мизогиния и мужской (и женский, и национальный, и любой) шовинизм.  

Где в этом перечне хейт в мой адрес? Нигде. За пять лет на АТ удалила под книгами разве что пару комментов. Каких именно? Полных бессодержательного хамства, ничего не говорящего о книге): «Не читал, но смотрел одну серию «Чужестранки», там дерьмо, но тоже Шотландия, у вас Шотландия, наверняка тоже дерьмо!».  Даже рецензию известного местного обсерванта под книгой оставила – хотя мне в ЛС писали «как вы можете такое терпеть?! напишите модераторам!» - потому что она говорит больше о нем, чем обо мне. А уровень его квалификации как рецензента (и квалификации его подпевал) превосходно определяется тем, что обсервирует он на книгу, получившую премию Гоголя))) «Если у тебя есть какашки, бросай!» (С) «Мадагаскар». 

Бан-лист для меня - инструмент очистки пространства в том плане, что я перестаю видеть посты альтернативно одаренных в блоголенте. Ну, вы же тоже сметете грязь с дорожки на дачном участке? Или так и будете перепрыгивать, пусть лежит? Выход на вольный воздух из бана тоже возможен – давеча был случай. Автор, столкнувшись лицом к лицу, сказала словами через рот: «Я знаю, что у вас в бане, потому что сморозила какую-то хню, извините». Я не очень понимаю, почему ей было важно то, что она не может меня комментировать, а я ее не читаю – у нас очень разные ЦА, и мы не пересекаемся в интересах, но я заценила, что человек способен в реале признать косяк виртуала, и, окей, достала из бана. Для меня бан не признак испытываемой мною жестокой ненависти, а чисто рабочий инструмент «вкл/выкл», означающий, что в данное время общение с конкретным человеком закончено. Да, иногда закончено и превентивно) – если я вижу, как некто резвится в постах других авторов, немилосердно их обсирая.  

24. Не обойдем своим вниманием и модный ии — используете его в текстах? Каким образом? Как считаете, какое будущее ждет писателей, когда искусственный интеллект примется сам ваять истории, вовсе без участия человека?

Вообще не использую в текстах. Иногда генерю картинки. Про какое будущее у писателя – есть у меня задумка на один сюжетец… если руки дойдут.

25. Писательское сообщество велико и многообразно. Ищете ли вы в нем своих? Или, может быть, уже нашли и кучкуетесь в приятной компании? Или вы единоличник, и вполне обходитесь без общения с коллегами?

Искала компанию с прошлого века, периодически ее находя. Вот как в восемнадцать лет надоело писать в стол – так и стала искать. С 1994 года – ЛИТО при библиотеке им. Куприна, г. Гатчина. 1999 – ЛИТО Вячеслава Лейкина, СПб (и по сей день, хотя больше номинально). Затем, в начале нулевых - стихи.ру, где нашла некоторое количество любопытных людей. Третий год веду семинар исторической прозы при СПб Доме писателя – вот последнее именно за тем, что мне надоело искать своих, и я стала собирать своих вокруг себя. Ну и «Профсоюз исторического реализма», из которого тот семинар вырос, тут на АТ мы с Аней Миолай замутили как раз года четыре назад. Так что в анамнезе довольно большая оффлайн-история и, в целом, слот общения с коллегами у меня закрыт. И – см. выше – я в принципе интроверт, общение в больших количествах меня напрягает, даже если это приятное общение. Больше того скажу, на данной фазе личного  развития мне интересно общение в профильных (исторических, культурологических, этнографических, реконструкторских и т.д.) в большей степени, чем в писательских. Общение с писателем лично мне, как правило, ничего не дает – если данный конкретный писатель не интересен мне 1) как человек 2) как специалист в отдельной от писательства области.

26. Где вы набираете фактологический материал для своих книг? В исторических источниках? В биографиях знаменитостей? В легендах и преданиях разных народов? А может быть, вам достаточно окружающей реальности, чтобы сочинить захватывающий сюжет?

Везде. И окружающая реальность – не подспорье, если пишешь о шотландской шестнахе) да и любая вещь на историческом материале требует проработки того самого материала. Про свои источники (в том числе) написала две книги публицистики – «Жизнь как текст» и «Дверь, открывающаяся в Приграничье». Широко пользуюсь как источниками тем переводным нонфиком, который редактирую. «Лета краткого» не было бы, если бы не «Супермухи» Джонотана Бэлкомба)) (автора люблюнимагу, жжот напалмом вообще) и «Лето» Берндта Хайнриха («имеется устройство захвата клещевидного типа на рабочем конце самца» - как же жаль, что выпускающий редактор вымарала этот шедевр автора и перевода!).

27. Любите ли вы подробные описания — людей, локаций, природы и т.п.? Или стараетесь обрисовать все перечисленное коротко и емко, без лишних слов?

Эх… тот же вопрос, что про любовь. Описания, как любовная линия, не существуют отдельно от сюжета. Все описания должны двигать или определять сюжет, а не быть прописаны потому, что автору захотелось потрындеть. Поэтому: надо – опишу, не надо – пропущу)

Локации в историчке, например, играют существенную роль. Соотношение размеров замков действующих лиц напрямую определяет то, как эти лица будут между собой общаться (померяться замками, ага). Ну, и часть моих книг написана, в первую очередь, как тревелы – «Немного любви» (Прага), «Бьющий на взлете» (Венеция), «Объект желания» (Иркутск – Байкал – Ольхон). Писать описания природы так, чтоб их читали отдельно, сложно (и сложно их писать вообще, чтоб не заскучать на них самой), поэтому приходится впиливать в промежутки между описаниями какой-никакой сюжет. Вот тут, да, природа, город есть персонаж, действующее лицо, присутствующее в сюжете. И его надо прописывать не просто подробно, а в действии. Не потому что люблю, а потому что так задумано.

28. Случаются ли в ваших текстах «вставные номера» — стихи, песни, сказки, легенды? Или для вас они — излишество, нарушающее течение сюжета?

Нет (есть пара стихов в «Белокуром», но и оттуда, в целом, можно убрать). Как правило, это смотрится дисгармонично, исключения редки. И редкий прозаик редко талантлив как поэт, чо уж)) Вставные номера нарушают ритмику и мелодику прозаического текста и, как и все другое, должны быть обусловлены необходимостью по сюжету. Я стараюсь избегать этих совмещений.

29. Что вам больше нравится писать: 

- однотомники, 

- многотомные истории про одних и тех же персонажей 

- серии книг о разных героях, но находящихся в одном и том же мире?

И почему вы отдаете предпочтение именно такому варианту?

Я ничему не отдаю предпочтения, оно само)) «Белокурый» был задуман, как дамский романчик страниц на 250 про секс в интерьере. Получился четырехтомный исторический опус на 3,5 млн знаков, где этнографии и политики сильно больше, чем любой любви. Вот сейчас примерно то самое происходит с «Анабеллой» - никак не остановиться на достигнутом.

30. Расскажите немного о том, что принесло вам уходящее лето? Новые знакомства, путешествия в интересные места или новые отличные задумки для новых книг?

Уходящее лето принесло некоторое количество неприятных вещей, которые сильно омрачают способность и желание писать что бы то ни было, увы. Среди приятного принесло пару фестивалей – «Карельская земля» в Сортавале и «Средневековые дни» в Выборге, мы с дофином не фестивалили, но прогулялись отменно. Внезапно попала в родной город, хотя не планировала.  Почитала стихов в «Книжной лавке писателя» вместе с прекрасной Викторией Черножуковой. Опять же, форум АТ в Москве оказался мероприятием очень теплым и вдохновляющим – в смысле нахождения в кругу интересных и умных людей (даже если они пишут то, что я не читаю от слова совсем, да)). Длинных путешествий и прямо совсем новых мест не было, но были довольно емкие моменты – типа июльского полнолуния на Ладоге.

31. И в финале нашего флэшмоба поговорим о планах на будущее. Делитесь, что планируете на осень? Какие книги будете писать? В каких движах участвовать? И, чем бы вы ни готовились заняться, я желаю вам успеха и вдохновения!

Спасибо на добром слове, но у меня никогда не получается участвовать ни в каких движах на АТ – я банально не успеваю в сроки, хотя честно придумываю концепт. Планы на осень у меня касаются совсем не писательства, а обустройства жизни. Вдобавок, я суеверна – если начинаю делиться идеями, что хочу написать, то весь пар уходит в гудок, паровоз не едет. Но есть некоторое количество идей, и в какую сторону оно вырулит, пока совершенно непонятно даже мне. Надо, например, добить третий том в «Лето краткое» - ту самую книгу, которую не дописал Ян Грушецкий в «Бьющем на взлете». Надо разобрать заметки черновики по этнопроекту (по трем) и подумать, что с этим можно сделать. Есть пара сюжетов из социальной фантастики. Пока я планирую читать самые разнообразные источники и слушать, какой из них заговорит со мной. Как-то так.