Люди без контекста

Частенько сталкиваюсь с интересной категорией читателей, на мой укус, идеальными образчиками для лабораторных исследования.

Это люди, бесспорно, образованные. За свою жизнь они прочитали столько энциклопедий и справочников, сколько мне и в кошмарах не снилось. Не задумываясь, они выдадут вам и год перехода князьком Святополком 133-им речки Переплюйки, и цитату из речи Нобелевского лауреата по психосоматике, и количество черных дыр в заданном квадрате вселенной с точными координатами каждой. Я искреннее восхищаюсь способностью этих людей держать в памяти или быстро находить в сети нужную информацию.

Но увы, на этом достоинства представителей упомянутой категории (кстати, в большинстве своем, тоже что-то пишущих) заканчиваются.

Они - преданные сторонники линейного последовательного повествования. В конце рассказа (повести, романа) автор просто обязан поставить жирную точку, разъяснить всё и вся. Шутка имеет право называться шуткой, только если сопровождается ремаркой «и Вася громко расхохотался», а скрытый смысл или загадка должны поясняться фразой «в этом таилась какая-то тайна».

Возможно, в силу особенностей заворота извилин в мозгу, из-за обрушившихся с полки на голову энциклопедий или по какой другой причине, но такие читатели категорически не в состоянии отличить выдуманного героя от исторической личности, а авторское допущение путают с незнанием матчасти.

Если в рассказе Джон Смит отправляется в космос в компании Юрия Гагарина, возмущенный читатель немедленно выложит вам ссылки на 150 реальных Джонов Смитов, с уточнением, что 149 из них никогда не летали в космос, а 150-ый, хоть и является известным астронавтом, родился уже после гибели Гагарина. Вариант, что Джон Смит (кстати, как и Юрий Гагарин), могут быть персонажами вымышленными, нашему подопытному в голову не приходит.

Конечно, такой читатель не доходит до обвинений автора в незнании зоологии, увидев в рассказе летающего единорога или ожившую каменную статую. Потому что прочитал много справочников, в которых сообщается о таких литературных формах, как легенда и сказка.

Но, разумеется, никакой абсурд, филологические и смысловые игры, сюрреализм и постмодернистские изыски ему недоступны.

Поэтому, увидев всё означенное (а также многозначные и не разъясненные фразы; тонкую иронию; флэшбеки; открытый финал; ложные отсылки, призванные запутать читателя; скрытые и (или) не переведенные цитаты и прочие «нечестные» сюжетные ходы), описываемый типаж начинает топать ножкой и кричать: «Я так не играю!» У бедняги появляется ощущение, что его бессовестно обманули; что автор – гад такой! – затеял игру с неведомыми правилами, которые не потрудился разъяснить энциклопедисту.

Эта детская обида сопровождается громкими криками, требованием спойлеров, обвинениями в некомпетентности, наконец, прямым хамством в адрес автора. Нет-нет, не по злому умыслу, а исключительно по причине взрыва мозга аля Сальвадор Дали и заплетания извилин в черный квадрат.

Казалось бы, чего проще: не понял – не читай. В конце концов, мозги у всех устроены по-разному. Найди себе тексты по душе. Но нет! Энциклопедисту надо докопаться до истины, а, в случае невозможности, – до автора. И, конечно же, признаться себе, что ты чего-то (ой, сколь многого!) не разглядел, упустил, не понял, и задать прямой вопрос – вера не позволяет. Та самая упоротая вера в истину фактов, цифр, дат, имен.

То, что помимо упомянутых моментов, существует еще контекст, - остается за кадром. А ведь только благодаря контексту возможна авторская интерпретация сухой информации, содержащейся в энциклопедиях.

Увы, в словаре людей-справочников такого слова нет.