Итальянский виртуоз-новатор из Амстердама

В истории музыки позднего итальянского барокко важное место занимает творчество Пьетро Локателли — виртуозного скрипача и композитора-новатора. Он прославился тем, что открыл новые выразительные возможности скрипки, которые значительно обогатили скрипичное искусство.

К сожалению, о его жизни известно очень мало. Пьетро Антонио Локателли родился в Бергамо 3 сентября 1695 года в семье Филиппо Локателли и Лучии Крокки. Согласно архивному документу, Антонио был первым из семи их сыновей. Он, вероятно, изучал основы музыки в хоре базилики Сант-Мария-Маджоре в Бергамо, возможно, под руководством Лудовико Ферронати или Карло Антонио Марино, одного из двух ведущих музыкантов города. В апреле 1710 года, в возрасте четырнадцати лет, скрипач выступал как член инструментального ансамбля базилики, а в январе 1711 получил официальную должность третьего скрипача. В следующем году молодому Локателли, чтобы совершенствовать свое искусство, было разрешено поехать в Рим.

В «вечном городе» он находится до 1714 года. Традиционное мнение, что Локателли был одним из учеников великого Корелли, верно лишь в широком смысле —он безусловно принадлежал к школе  Корелли. Но на самом деле Локателли скорее всего совершенствовался под руководством кого-то из признанных представителей престижного круга виртуозов, связанных с Корелли. Возможно, это был Джузеппе Валентини (известно что он играл с Локателли в 1714 году на выступлениях, организованных аристократической семьёй Каэтани в городе Сермонете близ Рима).  

Между 1717 и 1723 годами Локателли часто приглашали на выступления, организуемые кардиналом Пьетро Оттобони в базилике Сан-Лоренцо-ин-Дамазо. В этот же период он довольно активно участвовал в концертах римской «Конгрегации музыкантов Святой Цецилии», регулировавшей профессиональную деятельность музыкантов и защищавшей их права. Конгрегация организовывала праздничные богослужения и музыкальные представления в римских церквях.

Точно не известно, когда музыкант стал пользоваться покровительством знатного прелата, папского мажордома монсеньора Камилло Чибо, которому посвящены его двенадцать Кончерти гроссо, изданные в начале 1720 годов в Амстердаме, но, безусловно, это произошло еще до момента присоединения к Конгрегации.

В  феврале 1723 года было задокументировано последнее выступление Локателли в резиденции Оттобони, и с этого времени сведения о Локателли становятся редкими. Его имя исчезает из римских документов и, скорей всего, это связано с отъездом из Рима его покровителя, монсеньора Чибо.

С этого времени и вплоть до 1729 года отрывочные сведения об итальянском музыканте свидетельствуют о его выступлениях при разных дворах в Германии. В 1725 году Локателли занимает должность камерного музыканта в капелле принца Филиппа Гессен-Дармштадтского, губернатора Мантуи. Тот называет скрипача «виртуозом опочивальни», но это не свидетельствует о сколько-нибудь продолжительном пребывании Локателли при тамошнем дворе: в мантуанских архивах таких сведений не обнаружено. В автографе-посвящении Джироламо Лини «Искусства скрипки» подписано «Венеция», но нет достоверных свидетельств, что скрипач проживал и там.

Упоминается, что 26 июня 1727 года Локателли находился в Мюнхене при дворе курфюрста Карла Альберта, где за свое выступление получил двенадцать золотых флоринов. В следующем году в одном из писем можно прочесть о выступлении скрипача во дворце Монбижу в Берлине, в присутствии королевы Софии Доротеи. Вероятно, Локателли попал ко двору Фридриха Вильгельма I Прусского из Дрездена в свите курфюрста Саксонии, короля Польши Августа Сильного. От короля Пруссии Локателли получил «тяжёлую золотую шкатулку с дукатами». На связь Локателли с дрезденским двором указывает наличие ряда его произведений в архиве дрезденской капеллы.

Доказательства пребывания Локателли во Франкфурте в 1728 году подтверждаются его подписью на странице сборника барочных произведений под названием «Альбом Хендрика ван Ухелена», под напечатанным там Анданте из Сонаты Локателли для флейты. В декабре того же года Локателли находился в Касселе, где получил вознаграждение  в размере восьмидесяти имперских талеров «за оказанные услуги» при дворе ландграфа Карла Гессен-Кассельского.

В 1729 году, после ряда концертов в Италии, Испании, Англии, Локателли навсегда остается в Амстердаме. Здесь он организует первые открытые публичные концерты, преподает. Главными для него остаются интенсивные концертные выступления как скрипача и дирижера. Но не менее важными становятся возможности, предоставляемые процветавшими здесь музыкальными издательствами с их передовыми технологиями и эффективной сетью распространения – это был верный путь к международному признанию.

Локателли сразу же налаживает связь с крупнейшим амстердамским издательством «Роже и Ле Сэн». Он издает здесь свои оркестровые произведения, выпускает ряд камерных циклов, причем сам продает ноты на дому. В 1731 году Локателли получает привилегию печатать собственные произведения сроком на пятнадцать лет, которая в 1746 году была бессрочно продлена. В Амстердаме были опубликованы практически все напечатанные сочинения Локателли. После издания в 1733 году «Искусства скрипки» — «12 концертов или скрипичных соло с 24 каприсами для первой (солирующей) и второй скрипок, альта, виолончели и баса», Локателли входит в ряд наиболее интересных скрипичных композиторов Европы.

В 1738 году Локателли встречается с Антонио Вивальди, который приехал в Амстердам на празднование столетия основания местного театра. К приглашению приложил руку Локателли. На торжественном вечере дирижирует Вивальди, другими концертами —   Локателли. Два великих музыканта много музицируют вместе.

Сохранилось свидетельство немецкого теоретика, композитора и музыкального писателя Ф. В. Марпурга. За год до смерти Локателли он писал о приветливости и общительности итальянского скрипача, снискавшего в Голландии популярность и любовь. «Раньше, — пишет Марпург, — он играл очень гармонично, никого не оставляя равнодушным, но в то же время настолько резко, что для нежного уха это было невыносимо».«Последнее замечание можно отнести за счет субъективности восприятия Марпурга: яркий и импозантный стиль исполнения Локателли, как и сильная энергичная манера звукоизвлечения, казались необычными для эстетических представлений немецкого музыканта, — отмечают Л. С. Гинзбург и В. Ю. Григорьев. — Но из его отзыва с явной несомненностью следует, что исполнительскому искусству Локателли были свойственны гармоничность, сила и убедительность». Ч. Берни замечал, что игра Локателли больше поражала, чем восхищала. При этом он имел в виду исключительную силу и виртуозность его игры. Другие современники также прежде всего подчеркивали в исполнительском стиле итальянского мастера энергию, оригинальность выражения, темпераментность. Локателли не жертвовал выразительностью: его сонаты, концерты, сюиты показывают глубокое понимание музыки, яркую образность. В то же время, судя по свидетельствам самого Локателли и его современников, он избегал широкой публики: «никогда не буду играть, кроме как для благородных господ». В собственном доме он регулярно по средам дает концерты для небольшого круга состоятельных любителей. 

В музыкальной личности Локателли соседствуют два аспекта: как композитор, охватывающий два исторических периода, он проявлял восприимчивость к новым веяниям, а его позиция как исполнителя порой могла быть даже провокационной. Уже в своих каприсах Локателли предстает подлинным новатором скрипичной техники, подготовившим, а в известном смысле и предвосхитившим, технику Паганини. «Это была пора, — пишут Л. С. Гинзбург и В. Ю. Григорьев, — когда сольное виртуозное начало пробивало себе путь, оформлялось как яркое инструментальное начало, имеющее право на существование». Технические требования произведений Локателли заставляют считать его основателем виртуозного концерта XIX века.

В психологическом плане Локателли также кажется прототипом современного виртуоза. В это время уже начинали проявлять себя, пока еще подспудно, тенденции массового, демократичного театрализованного искусства. Для того чтобы облегчить выполнение некоторых технических приемов и способов звукоизвлечения, он один из первых утончил струны, что дало необыкновенный успех, особенно в игре флажолетами, в быстрых пассажах и звучании верхних позиций. Паганини перенял это именно от Локателли. И как скрипач, и как композитор Локателли исследовал неизведанные области. Это покорение верхнего регистра инструмента: в «Каприччио» из Сонаты ор. 6  Локателли достигает двадцать второй позиции! Растяжка левой руки, двойные и тройные ноты, полифонические пассажи, трели и двойные трели встречаются у него почти систематически. 

Мы видим не только новые виртуозные приемы — значение их гораздо глубже. Локателли впервые подходит к скрипичной технике с позиций раскрытия физических возможностей человеческих рук, нахождения способов их наибольшего приспособления к инструменту в связи художественными задачами. Впервые Локателли выходит и за рамки квартового охвата позиции, плавного перемещения руки вдоль грифа. Он применяет смелые скачки на большие расстояния, зачастую с перебросками смычка в быстром темпе, что связано с опережающими движениями плеча и предплечья по отношению к кисти. Именно использование «внепозиционного» движения руки вдоль грифа (прием, усовершенствованный Паганини) дает ему возможность исполнять немыслимые для старой техники пассажи через весь гриф вплоть до семнадцатой позиции. Локателли вводит комплексное движение пальцев, создавая типологические фактурные приемы, равно как и в штрихах — не просто вводит прыгающие штрихи — стаккато и рикошет, но создает оригинальный штриховые сочетания, которые впоследствии найдут широкое применение в скрипичной литературе. 

Значение композиторского творчества Локателли особенно ясно, если мы обратимся к его «Искусству скрипки» — двенадцати скрипичным концертам, включающим в себя двадцать четыре каприса для скрипки-соло в первой и последней частях каждого концерта. Этот цикл оказал огромное влияние на развитие скрипичной техники, особенно во Франции, где влияние виртуозной школы Локателли было ощутимым вплоть до начала XIX века. Стиль произведений Локателли отражает наиболее передовые веяния его времени. Интересным является и то, что Локателли стремится возможно более широко раскрыть выразительные возможности скрипки как самостоятельного инструмента, способного решать задачи и без поддержки баса. В этом отношении интересно сочетание трели с проведением мелодии на соседней струне (прием «самоаккомпанемента»), который использовал Тартини в сонате «Дьявольские трели».

Кончерти гроссо Локателли в основном следуют модели Корелли, но выделяются живостью контрапункта, введением фугато и фуг, в том числе двойных, и обычно выходят за пределы модели Корелли. Плотность текстуры усиливается использованием альта в группе концертирующих инструментов (предтеча струнного квартета!).

https://ya.ru/video/preview/5485482387454827672

Кроме того, перу композитора принадлежат сольные концерты, трио-сонаты  и сонаты для одного мелодического инструмента с басом.

Флейтовые сонаты, широко известные при жизни композитора, уже имеют черты, которые впоследствии повлияют на формирование сонатной формы. Эти произведения демонстрируют движение к галантному стилю рококо — лёгкому, изящному, характерному для середины XVIII века: мелодическая линия флейты характеризуется многочисленными украшениями, включая ломбардские ритмы (ритмические фигуры с акцентом на слабую долю), вздохи, апподжатуры (мелодические украшения), синкопы, и очень развитым басом.

https://ya.ru/video/preview/2069778536987917014 

Скрипичные сонаты ор. 6 и с 8 представляют вершину творчества Локателли, сочетая возможности виртуозного скрипача с возможностями композитора, находящегося на передовой новейших стилевых тенденций.

Пьетро Локателли скончался в Амстердаме 30 марта 1764 года. Его состояние на момент смерти показывает, что эти тридцать пять лет в Амстердаме Локателли жил в достатке. Среди его имущества — крупные коллекции произведений искусства и редких книг (по разным предметам и на разных языках).

Пьетро Локателли очень ценили. В некрологе напишут, что «он в равной мере был знаменит как своими сочинениями, так и манерой их исполнения, и заслуженно считался одним из первых скрипачей в Европе». Композитор и теоретик И. И. Кванц ставит Локателли-скрипача наравне с Тартини.

Произведения итальянского композитора ныне широко исполняются, причем скрипичная техника Пьетро Локателли в целом остаётся испытанием для исполнителя и по сей день.