Гг и нужда

Небольшая уборная в белой прямоугольной плитке освещалась двумя точками. Одно пятно света стекало на противоположную стену, подчеркивая большую фотографию в тонкой черной раме, второе растворялось на блестящем ободке унитаза. Фара расстегнул ширинку, достал член и направил в центр чаши. Под бодрое журчание он огляделся: справа на подставке – рулончик туалетной бумаги, на стене слева – крошечная раковина с овальным зеркалом, а ниже – душевая лейка. Жопу подмывать, кхе. Интересно, ей удобно так? Он подумал развернуться, чтобы представить, как она, сидя на унитазе, прихватывает левой рукой рулон, а правой отрывает бумагу, но в последний миг остановился, чуть не обдав ободок струёй! Чёрт! Вот бы позору было! Успокоившись, он взглянул на фотографию перед собой: модель с идеальной фигурой, лица которой не было видно, в тонких розовых колготках на голом теле, элегантно согнулась пополам – но не просто чтобы показать зрителю шикарную задницу и проступившие очертания аккуратной киски, а чтобы поднять с пола белого котенка. Две киски? Хм! Смешно. С ироничной улыбкой он стряхнул последние капли и, на автомате сорвав клочок бумаги, промокнул головку. Блин! А если это она на фото? Младший было дернулся, но тут взгляд Фары привлекло нечто странное – он присмотрелся и обнаружил на белом пластике предательски поблёскивающую жёлтую каплю. Чёрт! Вот зараза! Оторвал еще бумаги и стер следы преступления. Открыл кран и попытался зачерпнуть немного воды – ладонь с трудом помещалась в недораковину. Черт! Это какая-то женская версия? Как тут мыть руки-то? Печенькин подставил под струю член, промокнул бумагой и убрал в джинсы. Смочил ладонь и запустил в волосы, поправив прическу. Красавчик! Он спустил воду и вышел.