День, когда горят костры рябин

Когда Румата вошёл в Пьяную Берлогу, отец Кабани с заметной неохотой повернулся к нему и обречённо спросил:
— Какой сегодня день?
И тогда Майя Тойвовна Глумова закричала. Она вопила благим матом, словно предчувствуя неизбежное и вместе с тем боясь неотвратимого, о всех ужасах которого знала, но увернуться не могла.
— Третье сентября, — сказал Румата.
— Снова третье сентября, — с тоской сказал отец Кабани и упал лицом в перекидной календарь.