Поэма малая «Павел-Царь»

ПАВЕЛ-ЦАРЬ

Светила блеклая луна,

Гоняя туч стада.

Цвела промозглая весна,

Как раньше никогда.

Горели лампы. Чад лампад.

Мрачнел плац дворцовой.

Шагал во тьму ночи парад,

И спал городовой.

В дворце Михайловском не спят,

Но в комнатах есть свет.

В покоях сумрачных царя

Покоя ночью нет.

Камзол, расшитый в орденах,

Покоился в углу.

Мелькают тени на стенах,

Взывая к тьме и злу.

— Ах, мама! — вдруг воскликнул он, —

Последний кончен бой.

Я долго ждал последний сон,

Когда был молодой.

В России мрачной видел я

Германию и Рейн.

Но, мама! Не было ни дня,

Чтоб я был нужен ей.

Последний ужин кончен был,

Я положил ножи.

На бледных лицах увидал

Спокойствие во лжи.

Поклон семьи.

«Павлуша, спи», —

Так прошептал лакей.

Жена молчала — я молчал,

За ней был ряд теней.

Заутре город обойдёт

В огромных сапогах

Известие, что царь умрёт

В постели, на ногах.

Кто это будет? Страшно мне.

Ночь! Где же мой мундир?

Нет... Завтра скажут, что во сне

Я всё с муштрой бродил...

Эй, зеркало! Не Павел ль я?!

Не сын Петра-царя?

Емелька Пугачёв, смутьян,

Лишь раз смутил меня.

Когда его в мороз взвели

На эшафот Москвы,

Он на меня смотрел вблизи,

Он прохрипел: «И Вы!»

Войной шёл грозный атаман

На город над Невой.

И я просил свой талисман,

Чтоб он хранил его.

Я ждал, что смерть твоя тотчас

Даст мне священный чин.

Я так устал терпеть при нас

Толпу хмельных мужчин.

Но всё напрасно. Ротозей,

Что видел эту казнь,

Не знал, что там и вместе с ней

Надежда не сбылась.

Прошли года, ты умерла

В канун седой зимы.

И мне шепнула зеркала:

«С ней вскорости и Вы!»

Я посмеялся: Город мой,

Россия вся моя!

Я встал колосом над Невой,

Лёг стенами Кремля.

Но год за годом, день за днём

Я видел, как мороз

Смеётся над моим огнём

И как мой мал колосс.

Последний ужин. Ночь расплат.

Лакей шепнул: «Он спит».

И вот в сердцах моих палат

Враг сапогом скрипит.

Сергей Шахринский, 

Санкт-Петербург, 2026