Уроки светского мракобесия

По результатам обсуждений предыдущего сообщения блога я в хорошем смысле удивлён.

Здравомыслящих людей большинство. Ярых, истых защитников продвижения в школах религиозного мракобесия, вопреки ожиданиям, оказалось сравнительно немного — на пальцах рук пересчитать. Причём, один из них потому что ненавидит хохлов (чего, бл...?), другой — изотерик (!!!).

Для баланса я решил заглянуть в учебник по основам светской этики (Основы религиозных культур и светской этики. Основы светской этики : 4-й класс : учебник / А. И. Шемшурина, А. А. Шемшурин. — 11-е изд., перераб. — М. : Просвещение, 2023. — 159 с.)

Сразу скажу, ещё до ознакомления с учебником, в продолжение предыдущей темы сделал заголовок этой заметки: «Уроки светского мракобесия» — просто потому, что понимаю под руководством и по заказу каких людей это создано. Тех, у кого (как у царя Мидаса, своими руками всё превращавшего в золото), чего бы они ни коснулись, всё превращается в коричневое.

И если, вдруг, я ошибся, то вы видите иной заголовок у этой заметки.

Перейдем к оглавлению.

Первое полугодие

Сначала оглавление по первому полугодию меня вдохновило. Этика, этикет — почему бы и нет?

Вызывает вопросы параграф «Каждый интересен» — серьезно? Я бы сказал, что интересен далеко не каждый, а кто неинтересен, тому по правилам этикета не следует об этом сообщать. Если, конечно, он не пытается себя, неинтересного, тебе навязать.

Параграфы Раздела 4 внушают смутную тревогу — смогли ли авторы пройти по тонкому льду, разграничивающему похвальный коллективизм от порицаемых корпоративизма, солидаризма и элитаризма?

Откроем страницы учебника. 

Параграф 1-й «Добрым жить...» — похвально, что авторы помнят песенки из советских мультиков, знают ли их современные дети?

Приведу цитаты, которые у меня вызвали вопросы и возражения.

Какие же нравственные нормы являются первостепенными? Прежде всего быть вежливым, доброжелательным по отношению к другим людям.

Слово вежливость образовано от слова вежа (веже). Это слово до XVI века означало «знаток правил поведения», т. е. вежливый человек, с которым легко и приятно общаться. При этом вежливость должна быть искренней, естественной, а не наигранной, притворной.

(подчеркнуто мной)

В реальной жизни, а не в сказках, которые в этом параграфе приводят авторы в качестве примеров, нам иногда приходится общаться с неприятными людьми. Как написанное должен понимать ребёнок? У меня два варианта:

1) поскольку со всякими уродами очень трудно быть искренне, а не притворно вежливым и доброжелательным, то и не надо — вежливость для своих и приятных тебе, остальных можно и по матушке;

2) с первого параграфа ребёнка учат быть двуличным лицемером — быть вежливым с каждым уродом (пусть только по его, ребенка, мнению) не наигранно и не притворно! А ребенок не может быть искренне вежливым с каким-то там уродом! Дети не такие, у них, обычно, всё на лице написано.

Вместо этой благоглупости, если авторы хоть в малейшей степени разбираются в психологии ребенка, который хорошо видит фальшь взрослых, они могли бы достаточно просто объяснить необходимость быть вежливым с другими людьми.

С незнакомцами. Ведь тебе не нравится, когда с тобой общаются невежливо и грубо? Ты же заранее не знаешь, хороший этот человек или плохой. А вдруг своим невежеством ты обидишь хорошего человека, ведь от этого тебе самому потом будет неприятно!

Со всякими уродами. Невозможно всегда избегать общения со всякими неприятными людьми. Вежливость — хороший способ сократить время взаимодействия с такими, а грубость приведет к конфликту и вынужденному неприятному выяснению отношений. Можно привести пример, когда дипломаты или переговорщики враждующих сторон, которые могут люто ненавидеть друг друга, встречаются, чтобы закончить войну или заключить договор. Они вынуждены соблюдать протокол и быть взаимно вежливыми. И эта вынужденная вежливость необходима, чтобы не плодить лишние взаимные претензии и обвинения, она не искренняя и не естественная, одновременно она не наигранная и не притворная, она — протокольная (назовём её так). 

Вот если вы объясните ребенку, что искренняя вежливость в отношении приятных тебе людей и протокольная — в отношении неприятных, могут иметь схожие внешние проявления, но имеют разную внутреннюю мотивацию и обоснование, то они поймут и примут. При этом не будут считать, что лицемерные взрослые учат одному, а сами живут по-другому!

Более того, дети часто видят и понимают, что если папа с кем-то предельно вежлив, то этот человек ему неприятен. А в учебнике о желании добра пишут! Как можно таким добра желать?

Теперь подумаем, вежливость может быть без доброжелательности? А что такое доброжелательность? Это желание добра каждому живому существу. Как она проявляется в поведении? В приветливости, отзывчивости, улыбке.

Да, вежливость может быть без доброжелательности. Приклеившая себе американскую улыбку продавщица, в соответствии с корпоративными правилами вынуждена быть вежливой с каждый покупателем, каким бы уродом он ни был, и как бы по-хамски себя не вёл.

Дети это видят. Кто-то перенимает повадки своих ублюдочных родителей и получает радость от унижения тех, кто не может ответить, а у кого-то зарождается чувство оскорбленной справедливости и классовой ненависти.

Разберем практические вопросы в конце параграфа. Они нарушают важнейшие правила формулировки школьных заданий — неполны, противоречивы, в зависимости от разного контекста могут иметь противоположные решения.

1) Конечно, надо помочь упавшему... А если он сломал ногу и хочет вскочить на адреналине? Такого, вероятно, наоборот, чтобы он не навредил себе ещё больше, следует заставить остаться в лежачем положении.

2) Например, над неловкостью клоуна в цирке, ведь клоун же в цирке неловок именно для смеха, не так ли?

3) А почему именно на инвалида? А на обычных людей правила современного этикета теперь разрешают показывать пальцем? А если представить такую ситуацию, ребенок показывает пальцем на инвалида в затруднении со словами: «Папа, помоги ему!» — в этом случае ответ не такой очевидный, верно?

4) С какой целью поднять упавшую вещь? Я знаю категорию граждан, которые с удовольствием поднимут чужую вещь и это будет противоречить не только этике и правилам вежливости, но и уголовному кодексу.

5) Например, в читальном зале библиотеки (и множество иных похожих примеров), где не принято мешать разговорами другим людям, а вам с товарищем необходимо перекинуться парой фраз. Здесь уместно шептаться или нет? Если вы шепчетесь не ехидно обсуждая подружек, а чтобы не мешать окружающим — такой шёпот уместен?

Далее параграфы о доброте, правилах общения (немного напоминает карнеговщину, но это вкусовщина).

Параграф «Каждый интересен», который при рассмотрении оглавления вызвал у меня вопросы. Он о дружбе в коллективе, взаимном уважении и т. п. — идея хорошая, а реализация сомнительная.

Общая идея параграфа, которая изложена практически прямым текстом: надо дружить со всеми одноклассниками. 

Идея хорошая. Вот только авторы, в отличие от меня, практически изучавшего военную психологию и педагогику, вероятно путают требования к методике преподавания и к материалу, который озвучивается обучаемым.

Чтобы была понятна разница. В план-конспектах на проведение занятий по строевой подготовке (если здесь вам стало смешно, хотя бы в обсуждении не демонтируйте по данному поводу свою глупость) в обязательном порядке писались явные цели и скрытые цели занятия. В чем разница? Явные цели занятия озвучиваются преподавателем в начале занятия, например: «Цель занятия: Изучить и отработать повороты в движении, в одиночку и в составе подразделения» — собственно на данном занятии повороты в движении и отрабатываются, о чем прямым текстом преподаватель обучаемым и сообщает. А в скрытых целях, например, записывается: «Привить товарищеское чувство локтя, уважение к военной форме» — эти цели ни в коем случае не озвучиваются обучаемым вербально. Преподаватель, помимо основных, преследует и эти цели, но это для обучаемых делается неявно. Например, в начале занятия, осматривая внешний вид бойцов: «Рядовой Иванов, почему у вас бляха на яйцах, как у беременной чайки висит? Вот ваши товарищи похожи на военнослужащих, а вы — неопрятный, как чмошник какой-то!» (вариантов множество).

Здесь офицер не призывает явно любить военную форму: «Всем любить и уважать военную форму! Я сказал!» — это бессмысленно и глупо. Но через чувство стыда перед товарищами за свой неподобающий внешний вид он добивается определенного результата: быть отряхой, грязным, в не наглаженной форме — стыдно, следить за собственной гигиеной и внешним видом — поощряется командирами и вызывает уважение товарищей.

Военнослужащий начинает уважать форму не потому, что ему вдалбливали: «А ну люби форму, сцуко!», а потому что разбудили осознанное желание не быть посмешищем и быть не хуже других военнослужащих.

Вернемся к нашему учебнику. Когда ребенку явно навязывают дружбу с неприятными ему субъектами, это имеет прямо противоположный эффект! Если мне не нравился этот Вовочка и мне говорят: «Каждый по-своему интересен. А ну дружи, сука, с Вовочкой! Возьми его за руку и не криви свою рожу!», то это а) вызывает внутренний протест, вплоть до ненависти к Вовочке, и б) отвращение к вам, лицемерным взрослым, ломающим мою, ребенка, психику через колено!

А всё потому, что смешивая методику преподавания для учителей и содержание учебника для детей, авторы допускают грубейшую ошибку. Максимально сдружить одноклассников — скрытая цель, которую должен преследовать учитель. Явно озвучивать эту цель учениками — действие с нулевым эффектом, дети не будут дружить по разнарядке или указке взрослых. Но не будет лишним воспользоваться мудростью кота Матроскина: «Совместный труд, к мой пользе, объединяет!» 

В этом параграфе следовало бы не лозунги детям кидать про «надо дружить», а просто предложить вместе поиграть в изложенную в параграфе игру и совместно выполнить какой-нибудь проект. Если мне, ребенку, учитель скажет: «Дружи с Вовочкой!», я промолчу, но про себя отвечу: «Пошла на йух!» — тем самым учитель  не только не добивается желаемого, но и роняет собственный авторитет. Но если она раздаст совместные задания и скажет: «Ты и Вовочка,чтобы через неделю сделали этот проект! По результату получите одинаковые оценки», — я буду вынужден контактировать с нелюбимым мной Вовочкой, чтобы выполнить наше совместное задание и, чем черт не шутит, возможно мы найдём общий язык. Меня не заставляют с ним дружить, но совместный труд может объединить.

Другой пример, когда современные «педагоги» методику преподавания отождествляют с требованиями к ученикам.

С давних времен (по крайней мере советских, а может и раньше) при объяснении детям концепции умножения принято говорить, что 2×5 (два умножить на пять) это «два взять пять раз» или: 2×5 = 2+2+2+2+2 (но не 5+5). Т.е., объясняя решение задачи «в трёх корзинах по пять яблок, сколько всего яблок?», учитель обязан записать решение: 5×3=15 (потому что пять яблок берем три раза, но не три корзины пять раз). И это всегда относилось к методике преподавания. Методика это требования к самому учителю, то как учитель дает материал, но не что требует от детей! И такое требование к учителю имело смысл, поскольку пока он не изложил ученикам переместительный закон умножения, им неизвестно, что записи «5×3» и «3×5» тождественны!

Но есть дети, которые эту задачу решат так: 3×5=15, получив не корзины, а яблоки (что и требовалось найти), они интуитивно уже понимают, что 5×3 и 3×5 — одно и то же. И это правильно! Что же делают современные горе-учителя, которые не понимают разницу между требованиями к методике преподавания и к ученикам? Они не только зачеркивают «3×5» и исправляют на «5×3» (кому любопытно, поищите — в Сети множество примеров), но некоторые из них еще пишут обширные посты в Интернете как «правильно» дети должны решать такие задачи! Маразм ситуации в том, что сегодня ты еб... компостируешь мозги ребенку и его родителям, доказывая, что «5×3» и «3×5» — суть большая разница, а через два занятия, объясняя переместительный закон умножения, говоришь, что это одно и то же! Тем самым ты не только ломаешь психику тому ребенку, которому черкала верное решение, но и после урока про переместительный закон умножения такой ученик подумает: «Наша МарьИванна — дура!» И будет прав, не просто дура, а конченая дура.

Я отвлёкся. Но только чтобы показать что есть большая разница между методикой преподавания учителем, содержанием учебников для учеников и требованиями к самим ученикам. И, как мне кажется, авторы учебника, идя по пути наименьшего сопротивления, вместо того, чтобы содержанием учебника добиваться определенных целей, эти цели явным образом излагают ученикам, как в анекдоте про сову: «мышки, станьте ёжиками». А как мышки станут ёжиками, проблемы не совы, а самих мышек.

Раздел 2. Этикет

Просто пролистал. С одной стороны — почему бы и нет. С другой — лично я вполне себе дома научился сервировать стол без подобных занятий в школе. А кто в официанты пойдет, потому что институты перестали быть доступными даже 300-бальникам, тех за пару тренингов обучат.

В Разделе 3 параграф Чувство Родины

Прям как пресловутое чувство ранга :-)

V Запомните и запишите в тетрадь как обобщение наших размышлений важные для себя правила.
•    Будь всегда со всеми вежливым и помни: от улыбки всем становится светлей.

От улыбки лопнул бегемот...

Ну меня, например, вымученные американские улыбки продавцов в магазинах только раздражают.

А, бывает, подходишь к такой, а она искренне жизнерадостно лыбится. Так и хочется спросить: «У меня ширинка расстегнута или я очень смешной? А, может, ты в меня влюбилась с первого взгляда? Нет, нет и нет? Так, может, ты придурковатая, что без причины лыбу давишь?»

•    Доверяй добру и помни: добрым жить на белом свете веселей.

Эти авторы детей хорошему не научат.

Детей предостерегать надо: в наши дни «добро» творят те, кто от тебя чего-то очень хочет. Счет опорожнить, квартирку на себя переписать. Мало ли какое твое добро станет их добром за их «добро».

•    Общаясь, помни: как аукнется, так и откликнется.

Поддерживаю, не плюй в колодец...

•    Береги природу и помни, что она дарит жизнь и красоту.

Береги природу, мать твою!

Родителям рекомендую разъяснить детям про тарифы за сбор мусора, утильсбор и им подобные поборы, варварскую вырубку лесов и пр. Что подобные учебники пишутся по поручению тех самых людей, с ведома и при участии которых творится вся эта мерзость.

Я думаю, что в этом возрасте ребёнку уже можно разъяснить, что такое ложь, лицемерие, фарисейство. Что говорящие «Мы готовы до последнего чего-то там защитить или отстоять», подразумевают, что последнюю рубашку (здоровье или жизнь) отдашь ты, но не они свои яхты, дворцы, миллиарды.

Раздел 4. Этика отношений в коллективе

Это бросалось в глаза и ранее, но тут по ходу повествования на одной странице процитированы: Шестов, Спиноза, Честертон, Горький, Лабрюйер.

Для кого вообще этот учебник?! Для десятилеток или студентов философского факультета?! Зачем это обилие коротких цитат и наукообразное доказательство некой истины жонглированием одних изречений, подтверждаемых другими? Детям насрать на все эти авторитеты, они в этом возрасте про них не слышали и знать не знают. Неужели так сложно простым для 10-летних детей языком изложить свою собственную мысль? Или без цитат из авторитетов своих мыслей у авторов не нашлось?

В общем, в параграфе «Чтобы быть коллективом» авторы, используя гегеле-подобную методу рассуждений, приводят для детей философские доказательства, что отношения в коллективе должны быть дружескими!

Господа, вы там вообще ёбудались? Вам не пришло в голову найти для детей какой-нибудь рассказ у Николая Носова, Аркадия Гайдара и т.д., где наглядно на примере показывалось бы, что дружный коллектив может добиться успехов в совместной деятельности?

Зачем эти, млять, доказательства через цитаты Спинозы и Честертона в четвёртом классе?!

Следующий параграф «Коллектив начинается с меня».

То же самое. На полутора страницах текста четвероклассникам процитированы: Руставелли, Эмерсон, Ларошфуко, Декарт, Лабрюйер, Достоевский, Грасиан...

Анекдот в тему. Идет спектакль. Вдруг крик с балкона: «Доктор! Здесь есть доктор?!» Из партера: «Есть!» «Коллега, что за хуйню нам показывают?»

Параграф «Мой класс — мои друзья».

Рассказ и цитата из стихотворения О. Высотской «Ёжик» меня даже растрогали. И рассказ В. Осеевой «Долг» — тоже в тему. 

«Ведь можете, когда захотите!» (С)

Стоит отметить, что упор идет на уважение и дружбу с одноклассниками. Не упоминаются дети из параллельных классов, старше- и младшеклассники, школа в целом (район, город). Зацикливание на коллективе класса мне не очень нравится — хочу ошибаться, но попахивает чем-то нездоровым.

На этом первое полугодие заканчивается, а я и так многабукав напечатал, поэтому будем закругляться.

Это ещё были ягодки, жесть наступает во втором полугодии. Если найдутся желающие почитать его разбор, то подрыв устоев, камаз отходов и сверхплановую работу кирпичных заводиков гарантирую. Охраноте и патриотам буржуазного отечества (любого) лучше будет не читать :-)

P. S. То, что уверенно можно было бы назвать мракобесием, я в первой части не заметил, но во второй оно в явном наличии, поэтому первоначальный заголовок решил не менять.