"Забытыми тропами". Гниленда с Ядовитых Болот и Эльдеверина Прекрасная

Над Ядовитыми Болотами повис зеленоватый туман. Небо с одного своего края совсем почернело, так что почти вся местная живность готовилась ко сну: цапли уже застыли среди торчащих из воды палок, выдры разбрелись по своим норам, и слышно было, как где-то в ил зарывается жирная жаба. Только гнус все никак не мог угомониться и продолжал назойливо стучаться в окна маленькой избушки, стоявшей прямо по центру одинокого мшистого холма. Из окон этих лился теплый свет.
– Ох, ну наконец-то, – выдохнула хозяйка жилища, задрав пышные юбки, и опустила голые ступни в бадью с горячей водой.

Всего полчаса назад она выпроводила из своей избушки последнюю на сегодня просительницу и теперь планировала хорошенько отдохнуть. А потому вылила в воду ромашковый эликсир, положила на лицо тонкую ткань с прорезями для глаз и рта, пропитанную отваром из множества целебных трав, и взяла в руки точильный камешек, чтобы аккуратно подпилить ногти.

Свечи из ароматного воска уютно потрескивали на столе, наполняя воздух расслабляющим запахом лаванды. Язычки веселого пламени танцевали на тоненьких фитильках, отражались в бесчисленном множестве склянок, оставленных уставшей хозяйкой тут и там. Здесь же, сложенные стопками, дремали толстые гримуары в кожаных переплетах, остывал круглый чан из толстого чугуна, а рядом, на перекладине рогатого стула, висела черная конусообразная шляпа с широкими полями.

Блаженный отдых ведьмы, впрочем, очень скоро прервал звук характерного хлюпанья с улицы, будто кто-то мчался через болота прямо к домику.
– Кого там погань всякая несет, – неодобрительно буркнула она. – Простым языком ведь сказала: нет меня. Не открою! С одиннадцати до восьми прием, а потом все – избушка на клюшку и…
Договорить ей, однако, снова было не суждено, потому что на дверь обрушился град ударов. Ругаясь про себя на чем свет стоит, ведьма вытащила ноги из бадьи, а потом зашлепала к двери, оставляя на деревянных досках пола влажные следы.
– На сегодня прием закрыт, и если хотите записаться на ноготочки…
Но стоило ей только отпереть дверь, как внутрь ворвался настоящий вихрь, чуть не сбив ведьму с ног. И лишь мгновением позже она осознала, что вихрь этот был в человеческом обличии.
– Помогите! – взмолилась незнакомая девица в ночной рубашке и упала ведьме в ноги. – Спасите, умоляю!
– Чего? – в ужасе вытаращилась на нее та.
– Прошу вас, госпожа Плесенида! Спасите! Я слышала, что вы самая могущественная ведьма во всем Кальдероне и можете мне помочь. Прошу!

– Ты обозналась, – обрубила ведьма. – Великая и всемогущая Плесенида с Ядовитых Болот уже больше года как приказала всем долго жить. – И кивнула в сторону портрета над камином. – Я ее внучка.

– Внучка?.. – почти по слогам повторила девушка, ошеломленно хлопнув ресницами. – А госпожа Плесенида…
– Умерла, сказано же тебе.
Несколько секунд незнакомка обдумывала услышанное, но, судя по всему, принимать отказ не собиралась, потому что, сдвинув светлые брови, уверенно проговорила:
– Но раз вы… раз вы ее внучка, то тоже сможете мне помочь! Вы наверняка такая же сильная и могущественная, как она! Пожалуйста, прошу вас! Я чудом уцелела, но меня преследует ужасное, безжалостное чудовище! Наверняка вы можете мне помочь и что-то сделать!
Нет, не сможет. Более того – и пытаться не станет, ведь наверняка за настолько пылкими стенаниями последует не менее грандиозное прошение. Обратить в невидимку, например, или отправить на другой конец Кальдерона. Или того хуже, воплотить из воздуха огромный огненный шар, которым потом нужно будет насмерть поразить страшное чудовище.
«Ага, сейчас только котел домою», – фыркнула про себя ведьма. Вслух, однако ж, ничего не сказала.
Да и откуда бы вообще, если уж так рассудить, на Болотах взяться девице в одной ночной рубашке и без обувки?
– А ну-ка погоди, – жестом остановила все никак не унимающуюся девицу ведьма, чувствуя, как все сильнее охватывает ее нехорошее предчувствие, – как тебя звать, говоришь?
– Эль, – всхлипнула та. – Только я не говорила… Я дочь Самвела Торговца – может, слыхали о таком.

– Эль, значит… – протянула ведьма, а потом так и замерла со склянкой в руках. – В смысле Эльдеверина? Та самая Эльдеверина, которую, говорили, дракон унес?

– Я… Да, это я, наверное, но…
– Так это дракон тебя ищет теперь? Э, нет!
Словно перепуганная ночная птица, ведьма хлопнула юбками, будто крыльями, и, оставив в воздухе длинный росчерк черных волос, метнулась к окну, чтобы уже в следующую секунду прижаться носом к стеклу и зорко оглядеть небо над своими топкими владениями.
– Этого мне еще не хватало, – цыкнула она спустя какое-то время, так ничего и не приметив. – Уходи-ка ты лучше, красавица, отсюда подобру-поздорову. С драконом я тягаться не стану, да и избушку только недавно отремонтировала…