Что охраняем, то и добываем.

В ходе обсуждения ворованных быков у егерей барона Пампы один из наиболее часто всплывавших (не только на АТ) аргументов – под быками следует понимать различных лесных зубров, туров и прочих, а «ворованные» в данном случае означает, что егеря баловались браконьерством, то есть воровали имущество сюзерена, которое поставлены охранять.

 Да простят меня (ну или возненавидят) любители СССР, но в этом подходе лично мне отчетливо видится тот самый «совковый» подход, априори предполагающий, что человек, поставленный что-то там охранять, это самое что-то никак не может получить иначе, чем украв. Именно так и обстояло дело с егерями во всяких советских заповедниках и прочих заказниках – он мог участвовать во всяких плановых отстрелах или охотах аристократов, ой, выдающихся представителей Партии и правительства, но в плане пристрелить себе на обед хотя бы утку прав у него имелось ровно столько же, сколько у простого советского человека. Нувыпоняли.

Более того, я вполне готов допустить, что АБС это заблуждение разделяли.

Юмор же ситуации в том, что различные средневековые и не очень феодалы были настроены менее оптимистично, чем строители коммунизма в отдельно взятой стране. И по этому поводу полагали: если простому человеку, скотине эдакой, не давать совсем никаких привилегиев по части охраняемого имущества, он, тварь эдакая, непременно их себе сам организует.

Поэтому даже в совсем уж средневековые времена должность егеря обычно включала т.н. «привилегию» заохотить некоторое количество дичи для личного употребления. Либо в качестве части жалования, либо в порядке бонуса. Разумеется, в разные времена и в разных местах все было по-разному, но общая тенденция скорее такая. Тут, опять же, надо бы учитывать 100500 тонкостей – например, в недоброй Англии феодал мог являться лишь арендатором королевского леса. Соответственно, не только евойные(!) егеря, но и сам лорд не всегда могли в этом лесу охотиться без оглядки. Но при этом «The chief local authority over a forest was the keeper or warden, who was also variously known as a steward, bailiff, and chief or master forester. … He had considerable perquisites and privileges, and was generally allowed to distribute a certain amount of venison to the county gentlemen of the district without direct warrant.» Типа олени королевские, но, если хорошему человеку хочется оленинки, надо всего-то задружиться с бейлифом.

Но вообще, конечно, в британских лесных законах черт может сломать хвост, рога и копыта на тему, кому чего можно и нельзя, иной раз и лорды на штрафы влетали, думая, что спокойно стреляют дичь в своем поместье, а на суде выяснялось, что все нифига не так просто. 

Примерно к девятнахе весь этот средневековый разнобой, как и прочие законы, начали приводить в порядок. В частности, Game Act 1831 (Закон об охоте) официально разрешил “authorize such person … to kill game … for his own use” то есть разрешать егерям охотится для собственных нужд, не опасаясь, что этим будет нарушен какой-нибудь «Killing Hares Act 1523» (Закон об убийстве зайцев). 

В благословенном Арканаре, как мы знаем, бароны Пампа посылали королей Икающим лесом по куда более весомым поводам, чем какие-то быки. Так что тырить королевское имущество в лице рогатого лесного скота они вряд ли могут – оно все баронское. Предположение, что барон Пампа нанимал егерей со словами «вот тебе лук и стрелы, крутись как хочешь, но моих быков трогать не смей!» в средние средневековые ))) отношения феодала с егерями не укладывается куда сильнее, чем средневековые же лавочники в косплей подручных Муссолини (о которых, к слову, АБС, как и подобало советским людям, тоже имели самое пещерное представление).  

В общем, вопрос про ворованных быков пока продолжает вращаться на вертеле.