Как не завалить женский образ...

...если на него совсем мало эфирного времени?

С моим романом "Яко аз на раны готов" вышла такая история, что он вертится вокруг центрального мужского персонажа и окружающих его мужчин. Для раскрытия женских образов в тексте оставалось совсем мало места, поэтому пришлось пораскинуть мозгами, чтобы героини не превратились в фоновых, функциональных и эпизодических, а остались самостоятельными персонажами с полноценными арками.

Делюсь своим опытом: как я справилась с этой писательской задачей - на примере четырех образов.

Генерации не правлены, это не столько иллюстрации, сколько быстрый контент для соцсетей.

Эйни

Эйни - ученица главного героя, Рийара, он обучал ее боевому мастерству. Уроки она благополучно усвоила и сама дослужилась до звания командира отряда - то есть, по факту, они с Рийаром равны статусом. Однако она испытывает к нему глубокое уважение и восхищение - как к наставнику и герою, которому хочет подражать.

Ее основная задача в системе образов романа - показать реакцию учеников Рийара на то, что он совершил преступление. В целом эти ученики представлены в романе безликой массой, и только Эйни персонифицирована. На весь текст ей отводится 3-4 главы, и основных опасностей для образа было две: романтизировать ее отношения с Рийаром и превратить ее в карикатурную активистку.

Ну, первая опасность для опытного писателя не беда, я прописала совместные сцены между Эйни и Рийаром так, чтобы в них не было ни грамма химии, и отдельно подчеркнула, что Рийар по первости пытался к ней подкатывать, она его отшила, и после этого все знаки препинания в их отношениях свелись к учительско-ученическим отношениям. А Эйни и вообще успешно вышла замуж.

Со второй задачей было гораздо сложнее, потому что именно Эйни выражает голос боевого корпуса и начинает собирать коллективное прошение с целью смягчить условия пребывания Рийара в изоляторе, да еще и методично осаждает начальство с этим прошением даже после отказов. Чтобы Эйни не превратилась в "активистку ради активизма" или в наивную карикатуру "поддержу своего, даже если он преступник", я добавила в текст моменты, где Эйни сомневается, взвешивает свои приоритеты, прикидывает расстановку сил, проговаривает последствия. Я показываю, что Эйни прекрасно понимает, за кого и почему борется - но у нее есть на это причины.

— Знаешь, — надломленным голосом вдруг заговорила она, — то, что ты стал преступником, не отменяет того, что ты был прекрасным наставником.

— Был, — согласился Рийар, подчёркивая прошедшее время.

Илия

Илия - стажерка Следственного управления, работает под руководством сводного брата Рийара, Леона. Где-то далеко за текстом остался недолюбовный треугольник: Рийар пытался крутить роман с Илией, чисто чтобы досадить влюбленному в нее Леону. Из-за этого образ Илии в системе персонажей особенно уязвим: она буквально стала классическим камнем преткновения между мужчинами.

Собственно, мне не очень-то нужна была Илия в тексте, но я дала ей две главы специально для того, чтобы вывести ее из функции "причина ссоры мужиков" и показать как самостоятельную личность.

В главе с Леоном Илия демонстрирует свой профессионализм как будущий следователь: она усвоила уроки Леона, научилась аналитическому подходу и прикладывает его самостоятельно к делу, в котором Леон слишком пристрастен, и тем самым помогает ему увидеть слепое пятно в своей собственной логике. Илия выступает не как возлюбленная - она коллега и партнер, на которого Леон может положиться и которого он воспринимает всерьез, как равного.

В главе с Рийаром, хотя Илия ведет себя мимишно, за этой миленькой девичьей манерой тоже постоянно проглядывает ее острый ум: она видит Рийара насквозь и проговаривает прямо то, о чем он даже думать не хочет. Кроме того, здесь классно раскрывается великодушие Илии: она приходит поддержать Рийара, оставив счеты между ними в прошлом, потому что понимает, насколько он теперь нуждается в поддержке. И, что мне кажется особенно удачным в этой сцене, - опять же, никакого романтического подтекста и химии.

— Ты не злой.

Заявление это выбило почву из-под ног Рийара, который, определённо, на все сто процентов был уверен, что он именно злой колдун.

— Нда, — язвительно протянул он, вытягивая ноги и подкидывая в руке яблоко для тренировки. — С таким подходом, детка, долго тебе ещё мечтать о карьере следователя. — Илия возмущённо блеснула глазами, но он продолжил: — Кому ж нужен следователь, который оправдывает преступников?

Лицо Илии приобрело оскорблённое выражение.

— Я тебя не оправдываю, — неожиданно сухо сказала она. — То, что ты совершил — это неприемлемо. — А затем твёрдо и уверенно добавила: — Но ты не злой.

Рийар нахмурился, но ничего не ответил.

— Ты запутавшийся, — продолжила рассуждать Илия, которая увлеклась необходимостью отстоять свою точку зрения. — Неправильно расставил приоритеты, и из-за этого всё сделал не так и пришёл не туда, — Рийар упустил яблоко, и оно с громким стуком упало на пол. — И проблема в том, — распаляясь, не заткнулась вовремя Илия, — что из-за этого даже твои хороши качества стали работать против тебя. Упорство, сила воли, храбрость, напор! — взмахнула она рукой. Доставший уже с пола яблока Рийар прожигал её яростным взглядом, но она этого не замечала. — Всё, что в тебе хорошего, ты направил не на ту цель, потому что неправильно расставил приоритеты и не понял, чего ты хочешь на самом деле! — закончила свою горячую речь она.

Госпожа Юлания

Госпожа Юлания - глава Следственного управления. В дело Рийара она вовлечена из-за политических причин, поэтому кое-какие моменты контролирует лично, и ей досталось больше всего эфирного времени.

В целом, завалить Юланию - это нужно было бы очень постараться, пожалуй, это самый сильный женский образ из всех, что я придумывала в своей писательской карьере, и однажды я посвящу ей отдельный роман. Отдельно мне нравится то, что в этом романе мне удалось показать ее работу как профессионала - и, конечно, особенно показательно, что Рийар боится чаепития с ней сильнее, чем допроса, потому что понимает: она и без допросов из него вытянет все, включая то, что забыл или не знал.

С досадой он вспомнил, что для преступников госпожа Юлания была даже поопаснее господина Элиора. Если Элиор просто беспощадно находил любые логические несостыковки и через них выпытывал правду — Юлания умудрялась так повести разговор, что собеседник всё выбалтывал ей сам, и даже не замечал этого.

Он попался в первые же пять минут этого проклятого «неофициального» визита, и не стоило надеяться, что дальше дело пойдёт лучше. Она вытянет из него всю душу. 

Собственно, так и оказалось. Думаю, сцена их "просто зашла на чай" - одна из самых сильных в романе.

Айриния

Айриния - сирота-стажерка, которая используется для простых магических работ при допросах (в моем мире магия всегда несет за собой откаты, поэтому магичить - вовсе не почетная роль, а что-то из серии "быть расходником").

И, может, мне в этом тексте вообще не нужна была бы Айриния... но вот незадача! Именно на этой тихой деточке строится весь внешний сюжет, именно она все закрутила, именно она оказалась "серым кардиналом" в этой истории, и именно она срежиссировала тот финал, который устроил ее - и все персонажи и не заметили, как заплясали под ее дудку, чтобы получилось по-ее.

Хотя Айринии отведено всего 2-3 главы, она так же появляется в интермедиях, которые раскрывают предысторию ее знакомства с Рийаром. Здесь, как и во всех остальных случаях, была опасность романтизировать линию - тем более, что Айриния и Рийар оказались связаны откатом, из-за которого они "слышат" эмоции друг друга напрямую. Чуете типичную завязку для лыра? Облоооом. Любовной линии не планировалось, как и какой-то химии. Я увела персонажей в область "узнавания": у них схожие психологические травмы, и они увидели друг в друге самих себя. Отсюда родилось взаимное желание помочь другому: каждому кажется, что, помогая второму, ты так помогаешь самому себе. Для обоих это такой первый шаг за границы привычного эгоцентризма: это еще помощь самому себе - но уже и помощь другому.

Особенно любопытно, что мы почти никогда не видим Айринию в тексте как действующего персонажа, но постоянно сталкиваемся с мыслями Рийара о ней - она раскрывается именно в контексте его переживаний, но это не делает ее функциональной (потому что мы видим ее поступки, которые показывают, что и в ее душе происходят примерно такие же изменения).

Её было, за что уважать, — если бы он из-за отката не чувствовал, что происходит внутри неё, он бы никогда не догадался. А ещё — она слишком понимала его.

Не жалела, не презирала, — в её чувствах было ровное и спокойное понимание и желание дарить поддержку такому же израненному и измученному, как она.

Он хотел выручить её. Спасти её казалось равносильным спасти себя. Как будто, помогая ей, он чем-то помогал и себе. Как будто, если выживет она — это значило, что сможет выжить и он.

Вот такие прекрасные дамы! Познакомиться с ними ближе можно здесь. Роман закончен и выложен бесплатно!