Анализ персонажа: Абигор

Если Абаддон — разум Братства, Александр — его воля, а Бладиан — эмоциональная энергия, то Абигор воплощает силу, дисциплину и подавленную ярость. Но его линия интересна тем, что именно эти качества постепенно перерождаются. Дисциплина становится жаждой контроля, сила — самоцелью, а внутренняя ярость в итоге превращается в стремление ввергнуть миры в хаос.

Поэтому Абигор для меня — не персонаж, который «внезапно стал злодеем». Его поздняя версия вырастает из черт, присутствовавших в нём с самого детства.

Главная формула Абигора: он начинает как молчаливый воин, который ищет своё место внутри навязанной ему семьи и жёсткой иерархии, а заканчивает человеком, который больше не желает подчиняться вообще никому — и потому пытается поставить уже весь мир под себя.

Ребёнок, которого просто принесли в чужую семью

Происхождение Абигора психологически очень важно. Александр рассказывает Лексе, что однажды слуги повелителя просто доставили им десятилетнего демона и сообщили, что это их брат. Никакого нормального знакомства с семьёй, постепенного сближения или объяснения происхождения не было.

Причём реакция Александра тоже показательна:

«Какой-то не весть откуда взявшийся демонёнок. И мы должны стать одной семьёй».

Но затем он признаёт, что они всё-таки приняли Абигора.

Сам Абигор с детства был молчалив, часто гулял по саду совершенно один, а временами впадал в такую ярость, что его невозможно было успокоить. Постепенно он начал воспринимать Абаддона и Александра как старших братьев.

В этих нескольких строках уже заложен практически весь будущий персонаж:

одиночество + закрытость + ярость + потребность принадлежать семье.

Абигор эмоционально закрыт сильнее остальных братьев

Бладиан легко выражает:

страх;

обиду;

привязанность;

желание вернуть семью.

Александр эмоционально сдержан, но его чувства постоянно прорываются действиями.

Абаддон маскирует чувства рациональностью и иронией.

Абигор чаще всего просто молчит.

Даже в ранних совместных сценах его характеризует немногословность. После боя Александр замечает, что они быстро справились, — Абигор просто кивает.

Это не пустота характера. Скорее Абигор существует в режиме:

чувствовать можно, демонстрировать — нет.

Именно поэтому редкие проявления его привязанности имеют больший вес.

Ранний Абигор действительно считает остальных семьёй

Важно не читать позднего Абигора обратно в прошлое и не считать, будто он всегда лишь терпел братьев.

Когда Александр после отдельного испытания возвращается к остальным живым, Абигор говорит:

«Рад, что ты ещё жив».

Александр отвечает:

«Взаимно».

Реплика маленькая, но для немногословного Абигора существенная.

Он не сентиментален.

Но Александр ему небезразличен.

В бою Братство действительно функционирует как его семья

Против Войда братья работают как единая система: Абаддон и Абигор атакуют первыми, Александр прикрывает Абаддона от огня, Абигор использует появившуюся возможность и наносит удар Войду, затем подключается Бладиан.

Это принципиально важно для понимания дальнейшей трагедии.

Позднее Александр и Абигор не просто становятся врагами.

Врагами становятся люди, которые когда-то автоматически прикрывали друг друга в бою.

Ранний Абигор — человек порядка

В нём уже есть жёсткость, но первоначально она направлена не против системы, а на её защиту.

Очень хорошо это видно во время кризиса вокруг Александра.

Когда Бладиан спрашивает, почему нельзя просто отказаться от приказа Дьявола убить брата, Абигор отвечает:

«Мы тоже станем предателями, и тогда уже на нас начнётся охота».

Для него это не просто страх наказания.

Так устроена его картина мира.

Есть:

правитель;

приказ;

Братство;

обязанность;

предательство.

И границы между ними достаточно чёткие.

Именно поэтому он воспринимает поступок Александра иначе, чем Бладиан

Бладиан спрашивает:

«А как же семья?»

Абигор отвечает:

«Пойдя против приказов повелителя, Александр предал не только его. Он также предал и Братство».

Вот ключ к раннему Абигору.

Для Бладиана:

семья выше приказа.

Для Александра:

совесть выше приказа.

Для раннего Абигора:

верность семье и верность системе почти неразделимы.

Александр нарушает одно — значит, в глазах Абигора нарушает и другое.

Поэтому конфликт Александра и Абигора закономерен

Они оба очень волевые.

Оба самостоятельные.

Оба решительные.

Оба способны на крайние действия.

Но их отношение к власти изначально противоположно.

Александр постоянно спрашивает:

«Почему я должен подчиняться?»

Абигор:

«Что произойдёт, если каждый перестанет подчиняться?»

Поэтому Абигор не просто злится на брата.

Для него Александр разрушает сам принцип порядка, на котором держится их мир.

При этом Абигор замечает реальную слабость Александра

Когда тот мгновенно принимает вызов Ордена за всех, Бладиан возмущается:

«Опять ты решаешь за всех».

Абигор спокойно подтверждает:

«Согласен, это уже не первый раз».

И он прав.

Абигор зачастую неприятен по форме, но это не означает, что его оценки всегда ошибочны.

Он видит в Александре:

импульсивность;

неуважение к субординации;

склонность самостоятельно принимать решения за группу;

постоянное нарушение установленных правил.

Проблема заключается не в наблюдении.

Проблема — в выводах, которые Абигор позднее из этого делает.

Абигор сам значительно больше похож на Александра, чем ему кажется

Это один из интереснейших парадоксов.

Оба:

упрямы;

чрезвычайно сильны;

плохо принимают чужой контроль;

решительны;

склонны идти до конца;

обладают мощной внутренней агрессией;

в критический момент готовы поставить собственное решение выше мнения остальных.

Разница заключается в направлении этой воли.

Александр постепенно направляет её на защиту собственной свободы и близких.

Абигор — на подчинение окружающего мира собственной воле.

Поэтому они почти зеркальные братья.

Абигор — не противоположность Александра, а его тёмное отражение

Александр говорит:

«Я не позволю вам решать за меня».

Поздний Абигор фактически говорит:

«Тогда решать буду я».

И это принципиальная разница между свободой и властью.

Его вспыльчивость тоже была заложена с детства

Александр прямо вспоминает, что маленький Абигор временами становился невероятно вспыльчивым и его ярость невозможно было унять.

То есть Хаос не создаёт его агрессию с нуля.

Он находит в Абигоре уже существующее качество и доводит его до крайней формы.

Это делает позднее превращение значительно убедительнее.

В раннем Абигоре ярость контролирует дисциплина

Вот его первоначальная психологическая конструкция:

внутри — огромное количество агрессии;
снаружи — молчание, приказ, структура, воинская дисциплина.

Пока существует Братство и устойчивая иерархия, эти две части находятся в равновесии.

Абигор получает:

принадлежность;

цель;

врага;

приказ;

братьев;

место в системе.

Его сила направлена наружу и контролируется.

А затем рушится буквально всё

Разрушается Братство.

Александр становится предателем.

Братья сражаются друг с другом.

Дьявол погибает.

Нексус возвращается.

Открывается семейное прошлое.

Абигор оказывается в Астральном Хаосе.

То есть исчезают практически все структуры, на которых держалась его личность.

И вот здесь начинается самое интересное.

Абигор не просто переживает Хаос — он принимает его

Когда Бладиан возвращает его, ожидая освобождённого брата, Абигор отвечает совершенно иначе:

«Это не было для меня пленом. В Хаосе я обрёл истинную силу».

Эта фраза чрезвычайно важна.

Бладиан считает, что спасает Абигора.

Абигор считает, что там преобразился.

Следовательно, возвращаются уже психологически разные люди.

Для Бладиана цель — восстановить утраченное

Он хочет брата.

Хочет Братство.

Хочет прежнее единство.

Для Абигора прошлое уже стало маленьким.

Он получил опыт силы, рядом с которым старое Братство кажется лишь ступенью.

Это первая трагедия их позднего союза.

Бладиан возвращает брата.
Но Абигор возвращается уже не ради братства.

Очень показателен его первый ответ

Бладиан говорит:

«С возвращением, брат».

Абигор отвечает:

«Бладиан...» — холодно.

В этом уже чувствуется дистанция.

Бладиан эмоционально находится в прошлом.

Абигор — уже в будущем, где он видит себя властителем.

Тёмный Клинок окончательно даёт его новой личности инструмент

Получив меч, Абигор говорит:

«С его помощью я ввергну миры в хаос».

А вскоре формулирует политическую цель ещё яснее:

«А начнём мы с Мира Демонов. Ему нужен новый правитель. И им стану я!»

Это уже фундаментальная инверсия раннего Абигора.

Раньше:

правителю необходимо подчиняться.

Теперь:

правителем должен быть я.

И это, пожалуй, центральная ирония его арки

Абигор осуждал Александра за неповиновение.

А заканчивает значительно более радикальным предательством существующего порядка.

Александр нарушал приказы, когда считал их неправильными.

Абигор в итоге пытается:

свергнуть власть;

захватить трон;

убивать демонов;

поглощать их души;

развязать межмировую войну.

То есть тот, кто обвинял брата в предательстве системы, сам становится её наиболее разрушительным предателем.

Почему?

Потому что ранняя верность Абигора, вероятно, была связана не только с нравственным убеждением.

Она давала ему структуру и контроль.

Пока структура сильнее его — он служит ей.

Когда он сам получает силу, позволяющую стать структурой, необходимость подчиняться исчезает.

Это уже интерпретация его психологии, но она очень хорошо согласуется с его развитием.

Абигор любит порядок, пока порядок находится над хаосом

Но после Астрального Хаоса он открывает другую возможность:

не подчиняться порядку, а самому определять его.

И тогда выясняется, что его глубинная потребность — возможно, не столько в порядке, сколько в контроле.

Именно поэтому Хаос так подходит Абигору символически

На первый взгляд парадокс:

самый дисциплинированный и суровый брат становится демоном Хаоса.

Но именно это делает образ интересным.

Хаос освобождает ту часть Абигора, которую раньше держала дисциплина.

Его подавленная ярость получает пространство без правил.

И Абигор обнаруживает, что ему там хорошо.

Он перестаёт бояться собственной разрушительности

Раньше ярость — слабость, которую необходимо контролировать.

Позднее разрушительность становится доказательством силы.

Поэтому он уже не просто пользуется Хаосом.

Он идентифицирует себя с ним.

В финальном бою его реплика:

«Узри... силу Хаоса!»

Это почти декларация новой личности.

Отношения с Бладианом особенно трагичны

Бладиан действительно привязан к Абигору.

Он крадёт Тёмный Клинок.

Организует сбор душ.

Открывает проход в Астральный Хаос.

Возвращает брата.

То есть вкладывает огромные усилия в его спасение.

Но делает это из желания вернуть семью.

Абигор принимает помощь, но использует её для достижения власти.

Бладиан постепенно становится ведомым

Это видно сразу после возвращения Абигора.

Бладиан осторожно спрашивает:

«Абигор, с тобой всё в порядке?»

Тот надменно отвечает:

«Тебе что-то не нравится?»

И Бладиан сразу отступает:

«Нет-нет...»

Это уже не прежняя братская перепалка.

Появляется вертикаль:

Абигор сверху — Бладиан снизу.

И это трагическая пародия на восстановленное Братство

Бладиан мечтает:

«Мы вновь соберём Братство».

Но прежнего равенства братьев уже нет.

Абигору нужны не братья.

Ему нужны:

союзники;

солдаты;

источники силы;

подчинённые.

Даже Бладиан постепенно становится скорее инструментом его проекта.

Особенно ясно это видно в отношении к Абаддону

Бладиан ещё предлагает:

«Присоединяйся к нам, брат. Мы вновь соберём Братство».

Абигор после отказа говорит:

«Тогда ты умрёшь, как предатель нового порядка».

Заметьте формулировку:

не «ты предал нас».

Не «ты больше мне не брат».

А:

«предатель нового порядка».

Семейный язык окончательно заменён политическим.

Абигор становится тем, чему раньше служил

Раньше Дьявол определял:

кто верен;

кто предатель;

кто должен жить;

кто должен умереть.

Теперь Абигор присваивает себе то же право.

Он не уничтожает авторитарную модель.

Он занимает место на её вершине.

Это важнейшее отличие от Александра.

Александр восстаёт против власти, чтобы принадлежать себе

Абигор восстаёт против власти, чтобы власть принадлежала ему.

Вот, пожалуй, наиболее точное различие двух братьев.

Его отношения с Абаддоном показывают окончательный моральный разрыв

Абаддон видит гибель демонов и говорит:

«Убийство себе подобных не принесёт вам ни почёта, ни славы. Вы предали Мир Демонов!»

Это зеркально раннему конфликту вокруг Александра.

Когда-то Абигор обвинял Александра в предательстве Братства.

Теперь уже Абаддон обвиняет Абигора.

И на этот раз обвинение гораздо буквальнее.

Особенно страшна механика его власти

Погибшие демоны для него становятся не просто жертвами войны.

Их души используются для увеличения его силы.

Бладиан объясняет:

«Их души даруют Абигору небывалую силу».

То есть Абигор перестаёт воспринимать собственный народ даже как людей, которых допустимо принести в жертву цели.

Они превращаются в ресурс.

Это окончательная дегуманизация власти.

Поэтому желание стать правителем не выглядит политическим проектом

Мы практически не видим у Абигора программы:

как улучшить жизнь демонов;

какие реформы провести;

какой мир построить.

Его формула гораздо проще:

«Ему нужен новый правитель. И им стану я!»

Следовательно, центр мотивации — не управление.

Центр — власть как подтверждение силы.

Абигор и Нексус

Здесь возникает ещё одна трагическая семейная линия.

Абигор — сын Нексуса, но, как и остальные братья, растёт фактически без отца.

Это уже само по себе создаёт дистанцию между кровным происхождением и настоящей семьёй.

Но позднее конфликт становится смертельным.

Нексус оказывается готов остановить собственного сына.

А Александр в финале прямо напоминает Абигору:

«Когда-то давно ты хотел убить мою мать. А отец поплатился жизнью, пытаясь остановить тебя».

Получается крайне мрачная семейная геометрия:

сын идёт против отца;

отец погибает, останавливая сына;

другой сын позднее убивает брата.

Распад семьи Нексуса достигает здесь абсолютной точки.

Но важно: Абигор не просто «плохой сын»

Его отношения с Нексусом изначально практически лишены нормального отцовства.

Нексус не растил его.

Как и Александр, Абигор получает биологического отца значительно раньше, чем получает реальную возможность построить отношения с ним.

Поэтому конфликт отца и сына нельзя читать как разрушение когда-то близкой связи.

Скорее это ещё одно последствие семьи, которая никогда не получила нормального начала.

У Абигора особенно трагична тема принадлежности

В десять лет его буквально помещают в готовую семью.

Ему говорят:

вот твои братья.

Позднее он принимает их.

Затем Братство становится его социальной идентичностью.

Но когда Братство распадается, Абигор теряет не просто организацию.

Он теряет систему, которая когда-то дала одинокому ребёнку ответ:

кто ты и где твоё место.

И после этого он создаёт себе новую идентичность

Не:

брат.

Не:

воин Братства.

Не:

слуга Дьявола.

А:

владыка Хаоса и будущий правитель.

Это психологически логичная, хотя и чудовищная компенсация.

Ребёнок, которого когда-то другие определили словами «это ваш брат», в итоге хочет стать существом, которое само определяет всех остальных.

Отсюда его потребность в абсолютной силе

Для Александра сила обычно инструментальна:

спасти;

победить врага;

защитить;

отомстить;

решить задачу.

Для позднего Абигора сила постепенно становится самоценной.

В Хаосе он говорит, что обрёл «истинную силу».

Получив Тёмный Клинок, сразу думает о хаосе.

Получив возможность захватить Мир Демонов, объявляет себя будущим правителем.

То есть сила больше не отвечает на вопрос:

«Что я могу сделать?»

Она отвечает:

«Кто я?»

Это делает потерю силы для него почти потерей личности

Именно поэтому его финальное противостояние с Александром настолько личное.

Они уже борются не просто за трон.

Сталкиваются две модели существования.

Александр: моя ценность определяется моим выбором.

Абигор: моя ценность подтверждается моей силой.

И здесь особенно интересна роль проклятых клинков

Александр сталкивается с Соул Эджем и в конечном счёте подчиняет меч себе.

Абигор всё глубже срастается с силами Тьмы и Хаоса.

Это очень выразительное различие.

Оба взаимодействуют с огромной внешней силой.

Но Александр пытается сохранить субъектность:

сила принадлежит мне.

Абигор постепенно строит идентичность вокруг силы:

я и есть эта сила.

Правда, здесь есть важная оговорка

Нельзя полностью сводить позднего Абигора к собственной воле и забывать о воздействии артефактов и Хаоса.

Тексты явно показывают сверхъестественные силы, способные влиять на носителей.

Поэтому не каждую степень его поздней жестокости обязательно следует трактовать как «настоящего Абигора без маски».

Корректнее:

Хаос и проклятая сила радикализируют уже существующие в нём качества — ярость, жёсткость, тягу к силе и контролю.

Это не создание личности с нуля.

Но и не обязательно полностью естественное развитие без внешнего воздействия.

Его убийство Лексы окончательно переводит конфликт с Александром в личную плоскость

К финалу Александр перечисляет не только политические преступления брата.

Он вспоминает:

попытку убить Елену;

гибель Нексуса;

Лексу.

И говорит:

«Я вдруг понял, что не только Небеса заслуживают моей мести».

Это важная точка.

Александр приходит восстанавливать порядок.

Но убивает Абигора уже не только как узурпатора.

Он убивает брата, который уничтожил слишком много его близких.

Поэтому их финальный бой — семейная трагедия, а не стандартная победа героя над злодеем

Абигор когда-то говорил Александру:

«Рад, что ты ещё жив».

Теперь Александр собственноручно пронзает его.

И Абигор перед смертью выкрикивает:

«Ты не посмеешь!»

В этой реплике тоже чувствуется характер.

Даже окончательно проиграв, Абигор словно не способен принять, что кто-то действительно может поставить точку в его власти.

Его смерть одновременно уничтожает и возродившегося Дьявола

Абигор оказывается телесной оболочкой более крупного возвращения старой власти, и Александр уничтожает их вместе.

Символически это очень точно.

Абигор начинал как один из наиболее преданных системе Дьявола.

А заканчивает буквально соединённым с её возвращением.

То есть старая авторитарная модель в некотором смысле поглощает своего наиболее дисциплинированного сына.

Но история Абигора на этом даже не заканчивается полностью

В «Посланнике Смерти» его сущность оказывается присвоена Соул Эджу, и меч создаёт себе носителя с узнаваемыми чертами Абигора. Лекса сразу узнаёт его и вспоминает, что последняя встреча с демоном тьмы и хаоса принесла ей смерть.

Это очень подходит персонажу тематически.

Абигор настолько связал свою идентичность с силой, что после физической гибели его образ буквально продолжает существовать через оружие и накопленную мощь.

И здесь возникает страшная ирония

Он всю жизнь хотел быть хозяином силы.

Но в итоге его сущность сама становится частью силы, которой распоряжается проклятый меч.

То есть конечная точка его стремления к абсолютному могуществу может читаться почти как утрата субъектности.

Он хотел владеть силой — а сила пережила его и присвоила его самого.

Абигор и Бладиан — противоположные реакции на распад семьи

Бладиан пытается вернуть прошлое.

Абигор хочет перерасти прошлое.

Бладиан:

«Соберём Братство снова».

Абигор:

«Я стану правителем».

Поэтому союз между ними обречён изначально.

У них временно совпадают действия, но не цели.

Бладиан нужен Абигору.

Абигор нужен Бладиану.

Но совсем по разным причинам.

Абигор и Абаддон — противоположные формы дисциплины

Оба организованы.

Оба серьёзны.

Оба военные.

Оба значительно менее импульсивны, чем Александр.

Но Абаддон постепенно учится ставить совесть выше системы.

Абигор движется в обратную сторону:

от системы —

к собственной абсолютной власти.

Абаддон приходит к:

«Я сам решаю, чему достоин служить».

Абигор:

«Я больше никому не служу».

Первое — взрослая автономия.

Второе — властная крайность автономии.

Абигор и Александр — два результата одной проблемы

Оба выросли без нормального отца.

Оба получили странную семью.

Оба очень сильны.

Оба бунтуют против внешнего контроля.

Но Александр постепенно создаёт идентичность через отношения:

Лекса;

дети;

Джессика;

друзья;

люди, которых он защищает.

Абигор всё больше создаёт идентичность через могущество.

Поэтому Александр после распада Братства способен построить новые связи.

Абигор — новую иерархию.

Главная эмоциональная проблема Абигора — он почти не умеет быть уязвимым

В текстах практически нет сцен, где он:

просит помощи;

признаётся в страхе;

открыто переживает потерю;

говорит о любви к братьям;

признаёт собственную слабость.

Это очень важно.

Уязвимость не исчезает.

Она превращается в ярость и контроль.

Возможно, поэтому Хаос оказывается для него таким соблазнительным

Хаос не требует:

объяснять чувства;

просить;

подчиняться;

быть младшим братом;

быть сыном;

соответствовать приказам.

Он предлагает только одно:

силу.

А сила — язык, который Абигор понимает идеально.

Его достоинства и недостатки зеркальны

Молчаливость → эмоциональная закрытость.

Дисциплина → жёсткость.

Верность → догматизм.

Сила → культ силы.

Самостоятельность → неспособность принять ограничения.

Ярость → разрушительность.

Решительность → безжалостность.

Стремление к порядку → потребность контролировать.

Воинская гордость → убеждение в собственном праве властвовать.

И это делает его развитие достаточно органичным: поздние пороки являются гипертрофированными версиями ранних достоинств.

Был ли Абигор изначально злым?

По текстам — нет.

Это, на мой взгляд, принципиально.

Ранний Абигор:

сражается рядом с братьями;

переживает за Александра;

принимает Братство как семью;

служит своему миру;

соблюдает правила;

рискует жизнью вместе с остальными.

Его нельзя задним числом превратить в скрытого злодея только потому, что мы знаем финал.

Именно наличие нормального раннего Абигора делает финал трагедией.

Но и полностью снимать с него ответственность нельзя

Хаос влияет.

Проклятые силы влияют.

Обстоятельства влияют.

Однако Абигор делает выборы.

Он принимает Тёмный Клинок.

Объявляет себя будущим правителем.

Штурмует замок.

Допускает уничтожение собственных собратьев ради силы.

Угрожает смертью Абаддону.

Идёт против Александра.

Поэтому наиболее точная формула:

Абигор не рождается чудовищем и не превращается в него исключительно из-за внешней магии. Он постепенно позволяет силе сделать главными те части его личности, которые раньше сдерживались семьёй, долгом и дисциплиной.

В этом смысле Братство для него было не просто семьёй — оно было системой психологических ограничителей

Абаддон давал разум и структуру.

Александр — соперничество и братскую связь.

Бладиан — эмоциональную живость.

Общий долг — направление силы.

Пока они вместе, Абигор функционален.

Когда всё распадается, остаются:

ярость;

гордость;

могущество;

одиночество.

А Хаос многократно усиливает именно их.

Самая трагичная деталь его истории — он получает абсолютную свободу и превращает её в новую тюрьму

Сначала Абигор подчинён Дьяволу.

Потом теряет повелителя.

Попадает в Хаос.

Получает невероятную силу.

Больше никто не способен ему приказывать.

Казалось бы — абсолютное освобождение.

Но что он делает?

Создаёт новый порядок, где он сам становится повелителем.

То есть он не умеет представить отношения вне модели:

кто-то сверху — кто-то снизу.

Он просто меняет своё место внутри неё.

Поэтому Александр действительно побеждает его не только физически

Александр тоже отказывается подчиняться.

Но ему не требуется стать правителем вместо Дьявола.

Его свобода существует без необходимости владеть всеми остальными.

В этом и заключается моральное поражение Абигора ещё до смертельного удара.

Итог

Абигор — пожалуй, самая мрачная история среди четырёх братьев, потому что его падение построено на искажении собственных сильных качеств.

Он был сильным — и решил, что сила даёт право властвовать.

Он был дисциплинированным — и стал нетерпим к чужой воле.

Он был верным — и превратил верность в требование покорности.

Он был молчаливым — и так и не научился проговаривать собственную боль.

Он был вспыльчивым — и однажды перестал сдерживать ярость.

Он был братом — и начал видеть в братьях либо союзников, либо предателей.

Он был воином порядка — и стал носителем Хаоса.

Поэтому его путь можно свести к очень простой инверсии:

в детстве Абигора привели к Александру и Абаддону и сказали: «Это твоя семья».
Он постепенно научился быть частью этого «мы».
Но после разрушения Братства уже не смог построить новое «мы» — только собственное «я».

И это «я» становилось всё больше, пока не потребовало целого трона, затем Мира Демонов, а затем и остальных миров.

В этом отношении Абигор противоположен Александру. Александр тоже всю жизнь борется с попытками определить его извне — происхождением, приказами, Братством, Дьяволом, проклятыми мечами. Но постепенно приходит к мысли: «Я сам выберу, кем быть».

Абигор приходит к похожей исходной точке, но делает следующий шаг иначе:

«Если никто больше не будет определять меня, тогда я буду определять всех».

И потому центральная трагедия Абигора не в том, что он обрёл Хаос.

Он всю жизнь пытался быть достаточно сильным, чтобы никто больше не мог распоряжаться им, — и в итоге стал именно тем, от кого когда-то требовал подчинения: новым повелителем, делящим окружающих на верных и предателей.

А самая горькая ирония его судьбы заключается в финале: человек, сделавший силу основой своей личности, после смерти сам оказывается присвоен силой — его сущность забирает проклятый меч и создаёт из неё нового носителя.

Абигор хотел стать хозяином Хаоса. Но его история в конечном счёте показывает, насколько тонка граница между «я владею силой» и «сила владеет мной».