Белгородская понёва (с фото)

Уж сколько раз этот мой «флагман» этнографической темы в романе мелькал наравне с кушаком, а я нормально его и не показала)

Вот так, например, выглядит подлинная (то есть купленная в деревне, ношенная какой-то женщиной) белгородская понёва.

Это домотканая шерсть, очень жесткая, прямо колом. По сути в разложеннов виде — прямоугольник.

Сзади — украшена ярко, спереди — почти нет, потому что там завеска.

Хранить ни в коем случае нельзя на вешалке — теряет форму. Только сложение по сгибам — и в квадрат)

В этой я выступаю в ансамбле «Перелесье». Кушак, завеска, рубаха — все подлинники. Грибатки (бусы) — новодел))

На этом фото часть костюмов — Белгород, часть — Курск. Конечно, это не глубины веков, но некоторым экземплярам можем быть и лет 200.

Костюмы — собственность руководителя, она их годами собирала) Но я мечтаю своим обзавестись. Накоплю маленько)

В «Хранителях и вольнодумцах» эти детали мелькают)

Роберто остался вне этого бабьего царства, в нескольких шагах дальше по улице с низкими избами. Свой бесстрастный вид он сохранял большим усилием — его будто ничуть не волновало, что барышня, которую он вызвался сопровождать, облачилась в поневу, обвязалась кушаком и, кажется, прости, Господи, не надевала корсета. Из-под ее красного платка спускалась по спине коса, темная и как-то даже слишком по-народному богатая. Через шею барышни-крестьянки висело нечто вроде бус из плотных матерчатых дисков, расшитых цветными стекляшками.

***

В сегодняшней главе Роберто ждет иное испытание) 

Когда София спустилась с черного крыльца в том же темно-фиолетовом дорожном платье с умопомрачительной талией, Роберто против воли улыбнулся — он обреченно ждал поневы и кушака.

— Сегодня по какой-нибудь традиции не полагается носить «грибатки»? — спросил он, подавая ей руку и чаруя ступени в карету.

— Экспериментирую с подходом, — порозовела София.

— В этом подходе вы исключительно хороши, — осмелел в спину кавалер, пока барышня усаживалась, расправляя юбки.

Когда она ответно вскинула глаза, Роберто уже отвернулся, уточняя кучеру дорогу.

— Враз поедем, господин маг, — буркнул тот, недовольный советами от молодого хлыща. — Мне прямоезжий путь на дворе шепнули.

Здесь бы, пожалуй, следовало и насторожиться, но умиленный Роберто беспечно полез в экипаж.

Он сел спиной к козлам, как можно дальше по диагонали от угла, куда вжалась София. Предосторожность упасла их от того, чтобы с началом движения его качнуло к барышне, но ее край платья все равно лежал на его сапогах. Оба старательно этого не замечали, но Роберто не мог не подумать, что понева в этом случае бывала куда менее тревожащей.