ФанКтастические безумцы. Штрих №10. Часть 2. Пентагон на дюрале (строго 18+).

Тарелка внутри утробно, мощно зажужжала, как старый холодильник «Бирюса» на даче в Выскочкино. Сверху посыпалась вековая пыль. Прямо передо мной из приборной панели выскочил массивный голографический экран. На нем замелькали безумные, светящиеся инопланетные иероглифы, похожие на ломаный китайский код, которые симуляция даже не пыталась мне перевести. Но в самом центре экрана внезапно вспыхнула трехмерная сетка — старый межконтинентальный навигатор Земли образца пятидесятых годов!

Экран моргнул, выдал басовитый космический писк, и на чистом английском проложил через всю голограмму жирную красную линию. Система симуляции тут же услужливо перевела мне голосовой интерфейс космолета:

— Маршрут построен. Точка старта: США, Вашингтон, Пентагон. Конечная цель: СССР, Москва, Кремль. Время в полете: три с половиной минуты. Врубить гиперзвуковой форсаж?

У меня под панталонами в цвет американского флага похолодело. Мой процессор выдал тотальный синий экран. Эти натовские стратеги в 1955 году заперли тут инопланетный челнок, который был намертво запрограммирован лететь на таран Москвы! А я только что активировал этот форсаж!

— Ноу, ноу, компадре! Отмена! Стоппе! — в панике заорал я, дико размахивая веслом и пытаясь нащупать кнопку выключения.

Но тарелка уже начала мелко вибрировать, собираясь пробить крышу Пентагона вместе со мной и моей дюралькой. Поняв, что я сейчас единолично развяжу Третью мировую войну в одних трусах, я с диким визгом выскочил из люка, схватил лодку на плечи и ломанулся в первую попавшуюся боковую дверь ангара, со всего маху вышибая её дюралевым носом!

Вышибив боковую дверь Сектора 11/31 своей дюралевой носовой частью, я кубарем влетел внутрь и замер на четвереньках. Из-под борта лодки открылся вид, от которого мой продюсерский процессор окончательно выдал критическую ошибку.

Посреди секретной комнаты стоял массивный зеленый суконный стол с тяжелой золотистой бахромой — классическое поле для игры в покер. На сукне ворохом лежали карты, пачки долларов, собачьи медали, дорогие ошейники со стразами и прочая шпионская херня. Но самое дикое — на чём и кто сидел за этим столом. Вокруг него были расставлены маленькие, яркие цветные детские пластиковые стульчики — точно такие же, какие я сотни раз видел в игровых зонах городских торговых центров. И на этих крошечных стульчиках с невероятно умным и важным видом сидели три пушистые болонки.

Первая была угольно-черной, вторая — черной с пижонской белой грудкой, а третья — белой в грязновато-рыжие пятна. На мою дюралевую персону в панталонах они не обратили ни малейшего внимания. Собаки медленно, вальяжно перетягивали лапами карты друг другу, двигали когтями фишки и негромко, утомленно беседовали на чистейшем английском.

Притаившись под бортом, я прислушался к их лаю, который система симуляции мгновенно переводила мне в наушник. И тут до меня дошло, в какой эпический международный замес я попал. Эти шерстяные рецидивисты торчали в Пентагоне аж с конца пятидесятых годов! Оказалось, в 1960-м они с треском провалили секретное задание НАТО, продолбали космический полет, и в итоге советские Белка и Стрелка первыми захапали себе мировую славу, улетев на орбиту.

С тех пор американское командование держало болонок под следствием в ожидании трибунала. Но был один маааленький нюанс.

— Меня уже тошнит от этого покера, — глухо гавкнул пес с белой грудкой, скидывая две карты в прикуп. — Трибунал, трибунал... Сколько можно?! Все военные прокуроры, которые должны были нас судить, уже лет тридцать как на кладбище гниют. Судьи дохнут от старости один за другим! Вчера очередной верховный законник коньки отбросил, теперь опять нового ждать.

— И не говори, компадре, — вздохнула белая болонка, поправляя лапой медаль. — А нас до сих пор держат на этих чертовых секретных гормонах долгожительства. Каждый божий день нам колют эту сыворотку вечности! Мы уже устали. Когда вся эта херня наконец кончится? Сколько нам тут еще куковать на этих детских стульях — целую вечность, что ли?!

Болонки уныло продолжали свой собачий совет, совершенно не стесняясь ходячей советской посудины в моем лице.

— Нас не просто маринуют в этой вечности, нас натурально пытают! — яростно гавкнул угольно-черный пес, швыряя фишку на сукно. — Чтобы мы, упаси бог, не подохли до этого мифического суда, эти натовские коновалы кормят нас исключительно стерильным правильным питанием. Какими-то специально выведенными био-кормами без вкуса, запаха и радости. Тьфу!

Белая болонка в рыжие пятна тоскливо завыла, глядя в потолок бункера:

— О, боги... Как я скучаю по старым добрым пятидесятым! Помните, как мы тайком сбегали с базы и сидели в том придорожном кафе «Космический бамбл»? Настоящая кока-кола со льдом, истекающие жиром хот-доги, хрустящая пицца с пепперони и эти сочные, божественные гамбургеры... Я бы душу отдала дьяволу за один только запах той прожаренной котлеты!

В моем продюсерском процессоре мгновенно щелкнуло реле. Боже, да это же мой золотой шанс! Я скосился из-под борта лодки в угол бункера. Там, на металлическом ящике из-под снарядов, аккуратной стопкой лежала новенькая, лощеная военная форма со всеми пентагоновскими шевронами.

Я понял, что Королевский Сэр сейчас провернет лучшую сделку в своей жизни. Я гордо выпрямился, насколько позволял потолок кабины, звякнул веслом по кафелю и громко выдал из-под алюминия:

— Хеллоу, компадре! Есть деловое предложение. Давайте устроим честный бартер. У меня на дне лодки как раз завалялся дефицитный товар из Сектора 17. С вас — вон те шмотки НАТО, с меня — настоящие, сочные гамбургеры!

Три пушистые морды синхронно повернулись в мою сторону. Черный пес с белой грудкой цинично прищурился и медленно сдал мне карту рубашкой вверх прямо по сукну.

— Никакого бартера, мазафакер, — глухо рыкнул он на чистейшем техасском диалекте. — Это Пентагон, здесь всё решает покер. Садись за стол, хватай вон тот свободный зеленый пластиковый стульчик. Будешь четвертым. Мы как раз тебя и ждали, свежее мясо.

Делать нечего. Кряхтя и проклиная Систему, я аккуратно втиснул свой стокилограммовый продюсерский зад в крошечный детский стульчик. Лодку с головы снимать не стал — мало ли что у этих космонавтов на уме. Лодка легла мне на плечи, весло я зажал между коленями. Выглядел я как угарный памятник дюралевому судостроению в трусах-флаге.

— Ну и что ты будешь ставить на кон, Королевский Сэр? — с издевкой спросила пятнистая  болонка.

Я смахнул пот со лба, запустил руку под борт лодки и с гордым видом вывалил на зеленое сукно, прямо поверх пачек долларов, оставшиеся пять холодных гамбургеров.

— Пять оригинальных котлет в булке из Сектора 17 против вон той формы НАТО, — отрезал я, беря в веер свои карты. — Вскрываемся, пушистые!

— Ну что, вскрываемся, Сэр! — хором тявкнули пушистые рецидивисты.

В следующую секунду произошло то, от чего у меня чуть кевларовый борт лодки на плечах не треснул....

«ВНИМАНИЕ! Данные засекречены, сервер симуляции „Север-1131“ временно обновлен. Узнать, выживет ли Королевский Сэр в одних панталонах в туалете Пентагона, можно прямо сейчас в полной версии Романа [https://author.today/work/654103 ]».