Отрывок главы 19.

Алисандр Иванович Буси́на сидел на лавочке напротив торгового центра «Солнце» и разглядывал бе́лок, скачущих по веткам. Кажущиеся хаотичными движения забавных пушистых грызунов были ему известна задолго до того, как зверьки выбрались из дупла и ощутили голод, погнавший их на поиск добычи. Любого человека этот факт поставил бы в тупик, подвёл бы к краю экзистенциального кризиса и, возможно, лишил бы мотивации на движение вперёд.

Справедливости ради, стоит отметить, что не только на людей тотальная предрешённость оказывала удручающее воздействие. Большинство богов, незаметно существующих среди беззаботных ничего не ведающих жителей этого мира, теряло самоконтроль и отравлялось бешенством при упоминании заведомо известного сценария мироздания, прописанного в «области замыслов». Каждый, в меру своей агрессивности, мечтал добраться до путаницы нитей, определяющих судьбу всего проявленного, и подчистую уничтожить плетение, убив тем самым всё живое и дышащее.

К счастью, лишь горстка разумов имела доступ к «полотну области замыслов» обеспечивая порядок и очерёдность исполнения предначертанного.

Алисандр вынул из внутреннего кармана пиджака блокнот и потянул за тонкую атласную ленту с привязанным к ней медным серпом. Закладка раскрыла записную книжку на развороте с заглавием «Елена Евгеньевна Федина». На линованных страницах немедленно проявились ровные аккуратные строки с событиями текущего дня.

Прямо сейчас его подопечная проходила таможенный контроль в аэропорту Неаполя, чтобы сесть на самолёт до Стамбула и уже оттуда добраться обратно в столицу.

Елена Евгеньевна возвращалась на родину не одна. Её сопровождал некто Марко Торо с пометкой «супруг». Свадьбу он организовал в Кальяри – столице острова Сардиния, а медовый месяц молодожёны провели в Палермо – сердце острова Сицилия.

Двухнедельная туристическая поездка неожиданно для Елены Евгеньевны превратилась в четырёхмесячное турне по Апеннинскому полуострову. 

Монументальные памятники Рима соседствовали с тихими очаровательными улочками. Утончённая Флоренция услаждала взгляд невероятными полотнами. Венеция поражала воображение золотыми мозаиками на стенах и сводах собора Сан-Марко.

Гостеприимным оказался Милан, одержимый модой. Болонья досыта накормила утомлённых, но счастливых путешественников. Неповторимая Пиенца окутала влюблённые сердца средневековой простотой, очаровательными цветами и неповторимыми закатами.

Алисандр пробежался глазами по странице, выхватывая записи о неожиданных встречах, удачном стечении обстоятельств и прочих «чудесных» мелочах. В голове при этом крутилась лишь одна мысль: догадывается ли Елена Евгеньевна о том, что пройдя страшный, сложный и довольно жестокий путь, стала источником самой настоящей магии? Увы, проявляться в полную силу она могла лишь пограничной реальности.