Так себе гладиатор!

— Порт Касабланки — чрезвычайно сложная система, — говорил Хаким. — Тысячи разумных получают заработок не только благодаря своему труду, но и благодаря кредитам, страховым соглашениям, поставщикам, фрахтовщикам и сложной системе международных соглашений. Капитал труслив, Гая Васильевна. Он идет туда, где видит прибыль, но бежит при первом запахе серьезной опасности. Если работа порта станет непредсказуемой, суда перенаправят в другие гавани. Страховщики поднимут ставки. Торговые дома разорвут контракты. Следом остановятся склады, мастерские, рынки и перевозки.

— Очень удобненько, — заметила я. — Стоит работнику заикнуться о человеческом обращении, тут же выясняется, что он обрекает на голод и нищету весь город. Да чего мелочиться — половину Тверди! У вас получается, что моральная ответственность на бедняках с миской пустого супа, а не на тех, кто уже не знает, куда девать пищу и воду. Кстати, вся та изысканная еда, которую вы мне присылаете — надеюсь, сиротки из городских приютов ее оценили по достоинству.

— Я не утверждаю, что система справедлива, — Хаким поправил на носу очки в тонкой золотой оправе. — Я говорю, что она существует. Если пытаться изменить ее одним рывком, она обрушится на тех самых разумных, которых вы намерены защитить. Если будет нарушена работа порта, вмешается королевская гвардия, а это уже не портовая полиция с ее дубинками и шокерами. Чем лучше окажутся подготовлены протесты, тем сильнее их испугаются и тем более жестким будет ответ. — Хаким наклонился вперед. — Гая Васильевна, я говорю сейчас о разумных, которые вам доверяют. Которые считают вас своим вдохновителем, образцом для подражания, ролевой моделью. Они могут не понимать, к чему все приведет. Но важно, чтобы это понимали вы.

Я не нашлась с ответом. Хаким выдержал небольшую паузу и продолжил говорить:

— Однако я не склонен обвинять вас в чем бы то ни было. Вы действуете в интересах своего Государства. Просто я чрезвычайно увлечен изучением человеческой природы и надеюсь, что вы простите мне нескромное любопытство. Почему вы настолько лояльны Государству Российскому?

Я ослепительно улыбнулась:

— По кочану. Или, как говорят авалонцы, fuck you, that’s why.