Перегородки и ПМ

ПМ тонул-тонул в густой чаче сортира и никак не пропадал. Старлей страдал. Пацаны поодаль ржали. Как ещё-то? Заставить бойца лезть в результат работы заставы за два месяца стояния, бродящее в жару, гудящее мухами и сбивающее с ног запахами, нельзя.

А, да, объяснялось всё просто – хотели как лучше, вышло – как всегда. Майор Кокорин старался, в этом плане, точно вам говорю, командир заставы оказался красавчик. Мерзко, жёстко, но как в романтике не бывает девочек с радугой в животе и запахом роз отовсюду, так и армия, состоит на десяток процентов из боёв с подвигами, оставляя остальное тяжёлой, сложной, грязной, выматывающей и самой обычной жизни с мелочами.

Дьявол кроется в них, все знают, дьявол всегда отыщет ключик к людской слабости.

- Пацаны, вы видали, а? – Приходан закатился в распалагу удивлённо-ошарашенный, не человек, а Джим Керри времён «Маски» или ещё какой «Эйс Вентура». – Толчок, а?!

Секции приучали нас с детства просто мыться в душе с такими же пацанами. Совсем мелкими, лет в десять, наша команда как-то не могла зайти, наблюдая старшаков с уже обросшими яйцами и дичась. Глупо, тупо, но из песни слов не выкинешь, было, как было.

В бане армейки случалось разное. Баня армейки нашего полка чаще всего оказывалось какой-то специально-прорезиненной палаткой и сборными железяками-трубами по сколько-то едва ссущих водичкой сосков каждой. Горячая подавалась через раз, а если подавалась, так обжигала, кутая в пар всё вокруг и делая доски полов совсем уж склизкими, знай, не ляснись на мокро-мыльном. Где-то в Чечне, сразу после приезда совершенно крохотной партии духов, баня оказалась спасением.

Душьё ехало на войну точно на казнь, опыт всё подсказал заранее, но за всем и всеми не уследишь, бэтэры поползли по полку в очередной заход. Баня того дня серо-грязной зимы Гудермеса заставила бы плакать от восторга любого буржуина-мужеложца, случись такому чуду оказаться в резино-брезентовом шатре помывки. Десятки юных штурмовиков-эфебов блестели загорелой подтянутостью, тут да там станки-одноразки пользовали от ушей до пяток, а здоровущий редкий ара со Ставрополья вдруг попросил:

- Пацаны, нэ в падлу, пабрэйте спыну, а? Нэ дастаю, от лапаток и до сюда, вот тут!

Его имя испарилось вместе с памятью о подразделении и даже призыве, у нас оставалось чуток два-семь, два-восемь были свои-пресвои, а один-девять рассматривали как заморскую диковину. Ара извлёк из-ниоткуда два жилетта, мы с Колей старались не ржать, понимая всю беду аккуратно-чисто-брезгливого камрада и необходимость удалить плацдарм педикулёзных гнид. Старались и тщательно выбрили широкую братскую спину.

Господьвседержитель, спасибо тебе, явивший в жизни столько, стольких и ваще.

- Лакшери-стайл, хенд-мейд, органическая химия системы дезинсекции с септикой, натуральные ткани, северно-сдержанное оформление и анатомически верная посадка, имитирующая стиль орла, - мог бы сказать даже Николас, лет так пятнадцать спустя, но тогда выразился проще, яснее и короче, - охренеть, да?

В яме можно было поставить друг на друге два бронетранспортёра, не иначе. Если это рыли не экскаватором, то пацанов невольно становилось жалко даже сейчас, спустя месяцок после окончания работы. Толстые, чтобы наверняка не сломались, доски по полу, брёвна-столбы по краям и в середине, брусья для перегородок, уйма брезента, на обтяжку дортуара со всех сторон и на деление внутри. Вёдра хлорки, явные следы недавней уборки, серое, белое, скандинавский стиль, ё-моё.

Жаль, брезент явно использовали не по назначению, экономя на бумаге, вторая часть выезда расслабила даже дневальных-залётчиков и к концу командировки страшно было даже заходить, а хлорка, сколько не кидай, не справится, коли народа батальон, говновозки нет, а пищевых к концу выезда стало вдруг больше.

Дырявый брезент оказался полезен. Пингвин, как-то примчавшийся сюда, не смог спрятать от чужих глаз собственные ляжки. Ляжки цвели расчёсанными укусами вши, рядом уже созревала-наращивала лепестки коросты-розового бутона стрипуха. Дело случая, но батарея на месяц вывела бэтэров как класс.

А ПМ и рвуще-мечущий лейтенант? О, тут всё проще простого – летёха только-только с Саратовского высшего, гонора выше крыши, авторитета ноль, до офицерского не успел, а солдатский, не простив ошибки неснятой кобуры и новой портупеи, радостно принял доказательство гравитации в виде пистолета системы Макарова девять миллиметров калибра. Старлей рвал, метал, алел лицом, пацаны ржали, умный старшина принёс багор с пожарного щита, гордость особо не спасли, а вот личное стрелковое, только-только полученное, удалось. А уж как он его очищал-отмывал – дело десятое.