Гламур, пупки и MP-3: полковнику никто
Автор: Макар Зольников- Агата Кристи? - спросилось у лоточника с пиратским видео. - Полковник?
- БИ-2, - важно, как раскрывая военную тайну буржуинам, сказал тот, - не Агата. Из брат-два.
А то мы не знали, что из "Брат-2", ишь, держит он нас тут за колхозанов, ага. Мы были не колзозниками-чукчами анекдотов, всё складывалось даже хуже - нас только-только уволили. Служба началась при Ельцине с дефолтом, закончилась при Путине и в новом тысячелетии. Мир поменялся резко, как монтаж для Дианы в "Человек с бульвара капуцинов". Все вошли в настоящее новое свободно, нам пришлось въезжать с поворотом.
Миллениум встретили на второй чеченской, святые-лихие-свободные девяностые ушли в тар-тарары, и нам шагнулось в настоящее будущее.
Оно казалось безграничным, ощутимым, настоящим и, обязательно, каким-то сказочно-хорошим.
Только-только закончившееся армейское прошлое довольно ухмылялось, облизывая губищи красно-нечистым языком и кивало вслед, мол, давайте-давайте, детишки, ясли закончились, наслаждайтесь детсадом.
- Как?
- БИ-2!
Чо сразу орать-то? А в хавальник? Да не, братишка, всё понятно, в драку не лезем.
В Красе кое-где вовсю начали печь пиццу, а пицца, все знают, была только в кино и мульте про черепах-ниндзя.
Девчонки носили странные панталончики, они назывались капри, являя разнообразные щиколотки. Девчонки устраивали нас хоть в раскольничьих юбках в пол, но капри нравились больше.
По Красу вовсю шарахались индусы, азиаты и негры всех оттенков тёмного. Три года назад явление мулата в мой родной Отрадный под ручку с понаехавшей студенткой едва не повергло город в шок. Женёк, живший на суровом Урале, и мулатов то не видал и знай себе пялился на приезжих братьев по разуму.
Дискотеки города Екатерины-матушки модно переоделись в ночные клубы в центре, по окраинам так и оставшись сами собой.
Все ровесники вокруг нацепили штанцы с карманами, один в один смахивающие на недавние-наши форменно-камуфлированные, заставляя подозревать их в натуральной дурости, кто ж поверит в такие моды?
Яблоновский рынок одел нас всех по привычке помершей юности девяностых, но Красная так и манила настоящими фирменными магазами.
Общественный вдруг обогатился маршрутками-газелями и поперву даже показалось ништяк угарать за их гонками по дорогам. Но недолго.
Пётр из чёрно-жёлтого и вкусно-горького вдруг стал бело-красным и конкретно проиграл Винстону.
Совершенно не имелось новых фильмов Шварца, Лундгрен дрался в каком-то шлаке, а продавцы настойчиво советовали какие-то карты, деньги, два ствола.
Иван Саныч, наш Горец, уехавший на пару месяцев раньше, вовсю работал охранщиком и усиленно думал о службе с погонами. Останавливало немногое, включая нас, дембелей, идущих конвейером, тратящих боевые направо-налево и куртизанок. Под последних ништяк подходили сутки-трое и здание Роснефти, охраняемое нашим дружбаном.
И...
И вообще жизнь поменялась, а будущее, ожидаемое так сильно в мире недавней войны, начало стремительно заканчиваться уже здесь, сейчас.
Только никто ничего тогда не понял.