Любить не обещаю!
Автор: Владимир Сединкин
Произведения о Шерлоке Холмсе (сам персонаж, история создания, издания, отношение автора к нему), как и большинство культовых произведений, за все эти десятилетия обросли огромным количеством мифов и легенд. Слава богу, что сам Артур Конан Дойл их развенчивал, и весьма успешно, ибо человеком был непростым, но честным и категоричным.
На самом деле никаких планов по созданию истории о британском сыщике с Бейкер-стрит Дойл не вынашивал. Всё было намного проще и прозаичнее. Просто медицинская практика, которая давала ему основной доход, потекла тонким-тонким ручейком, и, как говорил писатель: «Вот-вот мне стало бы нечего жрать». Утрирую, конечно. Кстати, произошло это из-за самого Дойла. Тяжёлый характер давал иногда непредсказуемые плоды. Например, он мог послать куда подальше одного из своих постоянных пациентов, накричать на него, нахамить близким больного, чем серьёзно подрывал свою репутацию. Так произошло и накануне того замечательного дня, когда Дойл сел за стол и написал первые строчки про Шерлока.
Денег не хватало, а просить у кого-то помощи, унижаться Дойл не привык. Что ещё он делал хорошо помимо медицины? Правильно — умел обращаться со словами, складывая их в читаемый текст. Тем более что были у него знакомцы, печатавшиеся в журналах.
В общем, напсиховавшись, выкурив последнюю сигару (покупать новые было не на что), Дойл положил перед собой листок бумаги и со словами: «Если они могут — почему я не могу», — начал писать что-то. Именно что-то. Конан Дойл неоднократно говорил, что особого плана у него не было и никакой сюжет в голове ещё не сложился. Решил, что в процессе что-то получится.
Жанр детектива был выбран не наобум, это да. Просто детективы в то время (1886 год) были очень востребованы, и издательства их печатали. Конан Дойл был умным человеком и решил, что его герой должен быть особенным. Не похожим на других, напечатанных, на тех, что на слуху. И поэтому принялся к созданию яркого, благородного и справедливого героя, который вызывал бы у читателей не только уважение, но и искреннюю симпатию. За прототип он взял своего университетского преподавателя — профессора Джозефа Белла, письмо о котором получил на днях. Метод индукции почерпнул у него же. Себя назначил в роли помощника детектива. Вот только с именем и фамилией никак определиться не мог, и Ватсон появился уже после сдачи рукописи в издательство.
Писал рукопись Дойл быстро, на скорую руку (напоминаю, что финансы пели романсы), практически не делая серьёзных исправлений, не перечитывая. Отсюда и столько ошибок и в повествовании, и в описании персонажей. В последний момент, уже перед походом в издательство, он всё же сделал небольшие правки, но буквально в паре мест. Дойл сделал своего персонажа неидеальным. Со своими слабостями и тараканами в голове. И надо сказать, что издателю это понравилось. Очень.
А вот что не понравилось — так это то, в какой манере был написан «Этюд в багровых тонах». Дойл со свойственной ему саркастичностью, ироничностью сделал и историю такой же. Холмс подтрунивал над Ватсоном, над участниками расследования, над преступниками. Даже имел несколько забавных запоминающихся фраз. Нет, «Элементарно, Ватсон» Дойл никогда не писал — эта фраза получила распространение благодаря радиопьесам.
Так вышло, что спустя неделю издатель, откашлявшись, заявил Дойлу, что история ему понравилась, в ней есть потенциал, но весь юмор (он выразился «неуместный юмор») нужно безжалостно повыкидывать из текста. Дескать, читатели не поймут.
И тут наш Артур Конан Дойл покраснел от гнева и хотел послать куда подальше и издателя (всё потому, что его персонажи стали ему симпатичными), но издатель свой хлеб ел не зря и выложил перед упрямым доктором банковский чек. Взглянув на сумму, Дойл подумал о вкусном обеде, выпивке, да и курить тоже очень хотелось.
— Хорошо, я это сделаю, но любить после этого своих персонажей не обещаю! — бросил он, засовывая под мышку стопку исписанных страниц, забирая чек и громко хлопнув дверью напоследок.
Так всё и началось.
Канал в МАХ https://max.ru/rasskaz_na_odnu_ostanovky
Страничка ВК здесь
