Как умирают деревни в России

Пока писала новую главу "Собственности внеземного", неожиданно задумалась о том, как вообще умирают деревни и небольшие поселки. Обычно это происходит не так эффектно, как в кино: никто не просыпается однажды утром и не обнаруживает вокруг себя город-призрак. Все происходит плавно: закрывается завод, леспромхоз, совхоз или другое предприятие, вокруг которого десятилетиями крутилась местная жизнь.

В моем вымышленном Правообском когда-то процветала лесопромышленность, но после развала СССР завод закрылся. В новой главе об этом упоминается почти между делом: Ангелина сидит с одноклассниками у костра и подбрасывает в него старые полусгнившие рейки с ржавыми гвоздями — отходы той самой лесной промышленности, от которой теперь почти ничего не осталось. Мне понравилась эта деталь именно своей обыденностью. Для героини эти доски — вовсе не символ ушедшей эпохи. Просто валяются вокруг. Значит, можно кинуть в костер.

Правообского на карте не существует, а вот история у него вполне настоящая. После распада СССР промышленное производство в России резко сократилось, множество предприятий не пережили девяностые, а особенно болезненно это ударило по местам, где один завод мог кормить значительную часть населения (как это было в той деревне, где я родилась и прожила до 18 лет). Потому что завод — это не только рабочие места. Это семьи работников, школа для их детей, магазины, транспорт, котельная, местный клуб и вообще причина, по которой человеку есть смысл оставаться жить именно здесь.

Когда причина исчезает, деревня обычно не пустеет сразу. Сначала молодежь заканчивает школу и уезжает учиться в город (как это было со мной; впоследствии переехали и родители). Потом оказывается, что возвращаться молодым особо незачем: работы либо нет, либо выбор ее крайне невелик. Некоторые родители остаются, дети приезжают к ним на выходные и летом, потом все реже. Один дом пустеет, второй, третий. И спустя десятилетия мы видим заросшую улицу и говорим: "Вот, деревня умерла". Хотя умирать она начала намного раньше.

Мне поэтому и не хотелось изображать Правообское совсем уж безнадежным местом. Там по-прежнему есть школа, подростки переживают из-за ЕГЭ, обсуждают поступление,, катаются на мотоциклах и пр. Просто вокруг этой жизни постоянно торчат остатки другой эпохи: плохие дороги, никому не нужный недострой, старые деревяшки бывшего производства.

Кстати, сама "Белка", где ребята собираются ночью, — тоже такой кусочек Правообского. Бетонное недостроенное здание давно никому не нужно, и подростки фактически превратили его в свой неофициальный клуб. Мне кажется, в этом есть что-то очень узнаваемое: взрослые когда-то что-то строили, запускали производства и наверняка были уверены, что все это простоит десятилетиями, а следующее поколение уже совершенно спокойно использует обломки их планов как лавочки и дрова (это тоже реальная история из моего подросткового периода).

Наверное, самое печальное происходит даже не тогда, когда закрывается предприятие, а когда вырастает поколение, которое уже не помнит, что здесь когда-то могло быть иначе. Для родителей Ангелины существовали условные "до" и "после". Для нее никакого "до" нет — Правообское всегда был именно таким.

Вот теперь осталось только дождаться, когда в эту тихую постсоветскую реальность влезут инопланетяне. Им-то уж точно досталось очень удачное место для первого знакомства с человечеством.))

А у вас есть знакомые деревни или поселки, которые за последние двадцать-тридцать лет изменились до неузнаваемости? Особенно интересно было бы узнать истории мест, где когда-то все держалось на одном предприятии.