Элрик - 5 глава - Старый Грег

Крик птицы послышался сверху, хотя это больше походило на хрип старого деда. Чёрный, сажевый ворон пролетел над бараками орков, над мастерскими полуросликов, над военной частью бежевокожих орков, над площадью «Культа Чистых», мимо всех этих многоуровневых районов в поисках хотя бы клочка еды. Он был не один: как минимум ещё с десяток птиц летело по округе, но их спугнул скрип. Старый Грег задвинул вагонетку на место, закрыв тем самым люк под ней. «Иди с миром, и пусть древние тебя оберегают», — подумал он про Онаша. Сам же отправился медленным, размеренным шагом, хромая на правую ногу, в сторону ближайшей площадки на вечернюю читку. Его там уже ждала местная детвора средь высоких многоярусных домов, труб и бесконечных лестниц. Именно здесь был небольшой пустырь со старой коробкой из шланелия в центре. Грег подошёл и сел на сам короб, осматривая всех собравшихся. Это были около десятка орков, трое полуросликов и два гнома — совсем дети ещё. Дети в этом мире держались друг друга, так как их было немного. Орки, гномы, полурослики и другие жили более трёхсот лет, и детство было для них не просто мгновением, а вспышкой. К тому же дети у них рождались нечасто, а играть им хотелось. Только люди из «Культа Чистых» жили около ста лет и не имели проблем с рождаемостью; Грег и сам поражался, как за последние лет триста их количество значительно увеличилось. Их рост так же стимулировал случаи разногласий внутри их общества, так что и среди них находились лояльные к другим расам люди. Именно поэтому чуть поодаль сидела пара детей-людей и тоже с интересом ждали новых историй от старого Грега.

— Дедушка Грег, а где Онаш? — спросил один из гномов. — Он обещал погулять со мной по тоннелям.

— Он сегодня занят, — посмотрев на вагонетку, с тревогой в голосе сказал Грег.

— Эй, деда, а расскажешь нам сказку про то, что мы все были одним видом раньше? — выдал маленький орк с цветом кожи, явно отличающимся от остальных ребят.

— Почему сказка? — удивлённо спросил Грег. — Это реальная история: мой прадед ещё был человеком вначале, это уже потом учёные-кудесники сделали так, что он стал меняться и мутировать с годами. Его самого это напугало, и он вместе с другими работягами отказался давать своим детям этот... как его...

— Агеразит! — выкрикнул с дальнего угла один из мальчишек «Культа Чистых».

— Благодарю, дитя, рад, что ты с нами сегодня. Так вот, этот агеразит перестали давать после, но дети уже рождались с мутациями. В те годы, ещё до «Трагедии Солнца», жило по миру много народу. Хоть это средство и повлияло на рождаемость, но всё же детей было немало. Рождались они с самыми разными особенностями: у одних был хвост, у других была зелёная кожа, кто-то был высоким, а кто-то с жабрами. Но не всегда эти дети получали что-то полезное, были и те, кто из-за изменений организма... просто не мог жить. — Он приложил руку к глазам — как и мой сын... — шёпотом сказал он и вытер проступившие слёзы. — И таким образом выжили только самые приспособленные...

— Получается, мы — самые сильные! — сказал, высоко задрав руку, один из детей.

— Увы, тут дело не в силе малыш, а в удаче. Ведь тысячу лет назад, когда Солнце заплакало, его слёзы изменили наш мир. — У него вдруг неконтролируемо затряслась правая нога, он достал гриб из кармана и начал обсасывать его. — Эти «слёзы Солнца» до сих пор падают на землю, хоть и не так часто и уже без таких катастрофических последствий... Именно после этого мир потерял большую часть себя. Большая часть планеты на многие годы покрылась облаком пыли, покрылась льдом, жизнь осталась возможной лишь здесь, вдоль... Эк... Эква... Экватыра... вроде так его называли. — Он опустил голову, и его мысли улетели куда-то далеко.

— Дедушка Грег, а расскажите про Древних. Они ещё живы? Я слышал про одного, что скрывается в... в таких местах, что зовут лесом, — сказал малыш с верхнего яруса барака, что всё это время наблюдал и слушал, облокотившись на перила.

Но старый Грег молчал, его глаза были широко раскрыты, но они смотрели в пустоту.

— Дедушка! — начала уже кричать ребятня. — Дедушка Грег!

— Да, дорогие мои! — вдруг вздрогнул он. — Что-то я заснул, о чём это я? — причмокивая шляпкой гриба, говорил он.

— Кто живёт в лесах? — повторили дети.

— В лесах? Там уже давно никто не живёт, да и лесов давно уже нет. Однако я слышал миф один. Как же там было... — почесав затылок, проговорил он. — В Уральских лесах раньше жили люди, что наукой занимались, и они тоже изучали этот агеразит. Говорят, один из них принял его незавершённую версию и поначалу чувствовал себя прекрасно, но спустя десятки лет начал всё же стареть, он практически стал скелетом, но не умер. Он стал ещё одним Древним, но только старость никуда не делась, он словно высох, обозлился на всех подряд из-за собственной ошибки. Говорят, он до сих пор ходит по тем местам и прячется от смерти; там ещё что-то про яйцо, утку и зайца было, не помню. Как это связано, я ума не приложу.

Он ещё раз глянул на вагонетку. Однако она всё так же неподвижно стояла на своём месте.

Так, дети, возвращаемся к родителям и передайте, что старый Грег своё дело сделал, пора и мне отдыхать.

— А деда Грег, — вдруг сказал маленький орк с бежевой кожей, — а почему нас так называют — орки?

— Да, деда, — вдруг подхватили остальные, — почему полурослики и гномы?

— Ох, детки, все мы были людьми в давние времена, и тогда люди выдумывали всякие разные вещи: книги, игры, фильмы. Я ничего из этого не видел, но слышал от предков, что именно там упоминали эти термины. Когда стали рождаться дети с особенностями, то им тут же придумали названия. Маленькие и крепкие — гномы — это были в основном дети шахтёров. Крупные и зелёные — орки — это были в основном рабочие, что трудились в грязи, смоге и вообще в сложных условиях. Ловкие и шустрые — это ответвление гномов, что стали заниматься фермерством. Вроде так дело было, если я ничего не напутал из-за старости лет.

— А эльфы? — спросил малыш с балкона.

— Ну, говорят, они сами себя так назвали, некоторые даже зачем-то делают операции по изменению длины кончиков ушей. Зачем? Ума не приложу. Наши некоторые хотят убрать мутации, а они там зачем-то специально себя меняют, странные они, эти богачи. Ну всё, хватит вопросов на сегодня детишки.

Пара детей подбежала к нему и обняла на прощание, крепко, почти по-родному; остальные просто помахали напоследок, а кто-то молча ушёл, даже не обернувшись напоследок. Сам Грег подошёл к своей вагонетке, прислушался к звукам, но ничего не услышал, однако среди ростков растений около него вдруг замигал один мицелий. Он монотонно излучал красный свет, а у старика в этот момент затряслись руки...