Элрик - 6 глава - Кто я теперь?

Тишина, в глубине тоннелей была лишь она. Ни крика, ни шума. Лишь скрип вагонетки, что закрыла тоннель сверху, и дальше снова тишина. А также сырость — уж чего хватало в таких местах, так это сырости.

В этих коридорах Онаш ещё не был. Ранее ему нравилось вместе с Холдом, гномом-приятелем, бродить по тоннелям и изучать лабиринты города. Здесь можно было отыскать обломки старой истории: пластиковые фигурки странных квадратноголовых людей с круглыми чёрными глазами или цветные кубики, что идеально соединятся между собой при помощи круглых пазов, и многое другое.

Глаза стали понемногу привыкать к темноте. Он взглянул на гриб, что дал старый Грег. Тонкая, длинная ножка белого цвета и такого же цвета коническая шляпка, украшенная красными точками.

«Эхх... Делать нечего, пойду поищу для деда его любимую закуску. Надеюсь, не перепутаю. Может, даже найду что-то интересное, вот тогда этот гном обзавидуется», — подумал Онаш.

Он посмотрел в даль тоннеля и заметил странный огонёк, бегущий по полу в сторону, где находился сам Онаш. Парень хотел отступить, но любопытство брало верх, и он ждал продолжения. Он помнил про слова Грега, но про свет он ничего не говорил. Как только огонёк дошёл по корням, что переплетали полы коридоров, до ног, он тут же побежал обратно в глубину с большей скоростью.

– И что это было? — с удивлением подметил Онаш. – Не припомню таких огоньков в прошлые прогулки, — он ещё раз взглянул на гриб Грега и пошёл искать похожие. Вокруг росло немало грибов, в основном плесневые, но можно было найти шампиньоны с вешенками, что остались от рассадок полуросликов, ну и, конечно, они — любимые Грегом и многими другими взрослыми, странные светящиеся грибы с большим количеством воды или, как их называли старшие, «медузы».

Вокруг слабо светили эти самые «медузы», но они были малы для сбора. Поэтому поиски продолжались. Вот, когда он уже потянулся за пятым грибом, вдруг один из них на земле начал светить всё ярче зелёным светом. Он мигал и явно привлекал внимание к себе. Онаш кинул на него взгляд и заметил, что соседние грибы тоже начали светиться зелёным, мигая и завлекая. Не прошло и минуты, как из грибов выстроилась целая дорога, что начала уже переливаться в золотистый, жёлтый цвет. Онаш покрутил головой, посмотрел по сторонам.

– Зачем всё это? Мне же хватит мозгов не идти туда? И это не значит, что я боюсь. Однако сердце словно подсказывает, что надо проверить! Ладно, только одним глазком. Если что, мои ботинки помогут мне сбежать.

Он зашагал вдоль коридора туда, куда вела светящаяся дорожка грибов, пригибаясь под сталактитами и переступая сталагмиты тоннеля. Он спускался всё ниже и даже уже забросил цель, с которой его направил Грег. Любопытство было сильнее. Коридор петлял, разветвлялся и соединялся с другими, но дорожка вела его одним путём.

«Да сколько ещё! Я вернуться-то хоть смогу?» — с недоумением в голосе проговорил Онаш. Он пытался запомнить все повороты этих лабиринтов, но дорога не кончалась. Он уже хотел развернуться, как услышал храп. Это храпело огромное существо, судя по звуку, издаваемому им. Оно было где-то в глубине последнего коридора, что выходил в огромный зал. Дорожка потухла, словно выполнила своё дело, но в этот момент сам зал начал освещаться. Стены, потолок и пол — всё сияло люминесцентным светом грибов. Они были повсюду, а в центре сидело существо, что казалось больше любого взрослого, которого раньше видел Онаш. Оно было с зелёной, местами вздувшейся кожей, если его внешнюю оболочку можно было назвать кожей. Две огромных трёхпалых конечности с обломанными когтями было по бокам у него. Глаза (Онаш думал, что это глаза) были закрыты и лишь слегка дёргались под веками, а между ними располагалась вертикальная щель, что, возможно, являлась ртом. Ну и, конечно, по всей его туше росли те самые грибы.

– Кто ты? — шёпотом проговорил Онаш. Это не был вопрос. Скорее вырвавшаяся фраза, что не требовала ответа. – Не, не, не... Надеюсь, ты не заговоришь... Я тут просто мимо проходил, уже ухожу, простите...

Но его ноги к этому времени были оплетены белыми светящимися волосками грибной сети. Сначала холод пробежал по телу, но после неясно откуда взявшееся тепло оно успокаивало, оно окутывало. Оно было словно объятие родителей.

– Слышит? Он нас уже слышит? — прозвучал чей-то голос. Он звучал высоким, скрипучим и с лёгкой хрипотцой. Грибы на стенах замигали синим.

– Определённо слышит, — донеслось сверху. Также хрипло.

– Какой юный ещё... Рано, слишком рано, надо его подготовить сперва, — отозвалось снизу.

Онаш лишь широко раскрыл глаза, смотрел по сторонам, пытаясь понять источник голосов, сам он ничего не мог сказать. Тело словно ему не принадлежало в этот момент.

– Пора переходить к следующей стадии, — донёсся глубокий голос, и грибы стали светиться красным.

– Пора! Пора! — звучало одобрительно вокруг.

– Вводим материал... активируем спящий ген. Запускаем процесс. Скорость пока поставим низкую, он ещё слишком юн. Важно не повредить нервную систему.

Туша неизвестного существа всё так же спала перед Онашем, но не грибы: они сверкали, мигали, звучали! Он сам вдруг упал на колени, а после, повалившись набок, лёг на тысячи тянущихся к нему волосков, что пронизывали его тело. Он чувствовал, как теряет сознание.

– Показатели слишком высокие, он может не выдержать! — донеслось откуда-то издали.

– Этот выдержит! Если не он, то придётся начать заново, а у нас нет времени.

«Время... — подумал Онаш. — Сколько я уже здесь?» — он лежал и видел пёстрые цвета на потолке, которые переливались и мигали. Это было красиво. Поистине прекрасно. «Я бы здесь остался», — вдруг подумал он. — «Спать, я так хочу спать...» Он засыпал, а тело его окутывалось в кокон из белых волосков и светящихся корней.

– Онаш!... Онаш! — прозвучало откуда-то громким голосом, так похожим на голос мамы.

Он резко открыл глаза и увидел над собой небо. Сквозь дым, облака и смог он увидел небо, летящего по нему ворона и несколько охранных дронов. Осмотрелся, но никого рядом не было, лишь он - мокрый и грязный, лежащий прямо на земле среди городских застроек неизвестно как долго. Многоярусные дома и узкие улочки окружали его. Было раннее утро, а он чувствовал себя на удивление хорошо. Размял руки, растёр ноги после долгого сна. Он пытался вспомнить, как тут оказался, но не смог. Смотрел по сторонам, но ничего, что могло бы помочь вспомнить, не было рядом. Лишь пять грибов-«медуз» лежало в кармане. «Точно! Дедушка Грег просил принести грибы, а я... Уснул? Здесь? Как?». Ноги его затряслись, и он упал на колени, голова жутко заболела, и после... ничего. Он снова посмотрел по сторонам, глаза его были затуманены, а взгляд — пустым. Тело встало и пошло вперёд.

В воздухе послышался звук приближающегося дрона. А за углом его уже поджидал тощий мужчина в синем плаще, с чёрным поясом и в чёрных ботинках. Он явно ждал Онаша. Знал, что он здесь, и этот тип был не один. Рядом с ним стояли трое орков в военной форме, с бежевой кожей. Их в основном звали ордой. Ордой, что подчинялась правительству.

– Стой! Вот тебя-то я как раз и ждал, малец. Меня зовут Глис. Я голос министра и вестник его воли. И так уж вышло, что ты стал его целью, — он говорил театрально, растягивая фразы и стараясь показать свою значимость.

Однако Онаш шёл вперёд, не обращая на него ни малейшего внимания. Со стороны казалось, что внутри его головы нет ни единой мысли.

– Я сказал стоять! — со срывом в голосе прокричал Глис.

Однако и это не подействовало. Онаш продолжал шагать вперёд.

– Схватите его, олухи! Не хватало ещё, чтобы он просто так решил уйти от МЕНЯ! — Глис сделал особый акцент на последнем слове.

Первый из орды решительным шагом направился к Онашу и схватил его за руку. В этот момент Онаш увидел обрывки воспоминаний военного: его детство, юность, службу, потерю товарища, его одиночество, а после была сильная головная боль. Когда Онаш пришёл в себя, то увидел, как этот орк лежит на земле в луже крови, что сочится из носа, глаз и ушей. Глаза его закатились, а тело неестественно изгибалось и дёргалось. Увидеть такую картину после пробуждения он никак не ожидал. Страх сковал его, а глаза не могли перестать смотреть на эту картину боли.

Глис ужаснулся от увиденного и отступил.

– Схватите этого демона! Он угроза нашему городу!

Второй военный вышел вперёд, но уже более осторожно. Онаш обернулся, глаза его были наполнены слезами.

– Я... я... я не хотел... Это не я! Прошу, помогите! — он выставил руку вперёд, чтобы остановить приближающегося орка. Но в момент касания в голове что-то вспыхнуло, и он увидел мир глазами этого орка. Увидел его усталость, его ненависть к власти, его ненависть к самому себе, и снова голова начала болеть. Открыв глаза, он увидел, что лицо орка искажено гримасой злобы, а глаза налились кровью. Он сжал кулаки, достал нож и, развернувшись, направился в сторону Глиса.

– Ты, ты, ты что себе позволяешь! Да я тебя за такое до конца твоей жалкой жизни в глубинные шахты отправлю! — пытался напугать его Глис.

Тут вышел вперёд третий и постарался остановить напарника, но лишь получил кулаком по лицу и потерял сознание. Глис достал пистолет и выстрелил в ногу нападающему, но это не остановило его, тогда он выстрелил в голову. Орк упал. В переулке лежало три тела, стоял Глис и маленький, заплаканный ребёнок.

– Я тридцать лет бегаю на побегушках у министра! Тридцать лет шпионю для него среди своих. Тридцать лет избавляюсь от неугодных ему и этому городу. Ты думаешь, твои слёзы меня остановят?! — он направил пистолет на Онаша, палец был уже на курке, но в голове прозвучало: «ЕМУ ты навредить не сможешь...»

Глис выронил пистолет и не мог понять чей это голос, откуда он? Схватившись за голову, начал безумно смеяться. Среди его смеха прозвучала лишь одна фраза: «Я ничего не могу!» Смех никак не останавливался. Удар, и он умолк.

– Онаш, ты не пострадал? Прости, мой мальчик. Я услышал выстрел и сразу побежал сюда. Я искал тебя с самой полуночи.

Старый Грег подошёл к Онашу, он не смотрел на тела вокруг, лишь на ребёнка, но когда собрался обнять, тот отдёрнулся.

– Нет! Не трогай меня!

Но старик обнял перепуганное дитя и, взяв на руки, понёс прочь из этого места.