Энциклопедия Фарта и Фатума #3. Занимательная лингвистика или Откуда тут римляне
Автор: Катерина Зверь, Елена СкиталецПродолжаем тему языков в сеттинге. Да, канон у нас душный. Нет, не стыдно.
Официальным языком Империи Тысячи островов считается английский – вернее, его местный аналог, назовем это так. У него есть некий государственный стандарт, но от острова к острову он выглядит по-разному, так что пиджинов в Империи, пожалуй, даже больше, чем отдельных языков.
В повседневной речи государственный стандартный язык обычно называется «общеимперским», в речи устной можно встретить сленговое название «имперлинг» («имперлингва») – лингвокадавр от lingua imperialia («имперский язык»), хотя официальное название в государственных документах – «lingua regia», «царь-язык», главный для всех островов.
Кое-где имперлингва или вытеснила исконный, или просто сразу стала исконным языком, если остров заселялся с нуля.
А церковно-имперский, язык молитв, священнослужений и церковных книг, называется lingua beata, "благословленный/блаженный язык", предназначенный для благовеста и обращения неверующих к свету Небесной четы. Сленгового названия у него нет, ибо неуважительно - считается, что на этом языке устами священников говорят боги.
Впрочем, если на данном этапе вам покажется, что латынь выходит какая-то «собачья», то вам не покажется – античная культура сгинула при извержении вулкана, прото-имперцам от нее достались одни охвостья, так что до нынешних времен древний язык дошел в существенно искаженном виде.
Диалекты Янтарного Пояса промеж себя отличаются существеннее, но в Империи их всем скопом называют жаргонным словечком «соланг» - so-lang, southern language, южный язык. Сами южане относятся к этому слову прохладно, потому что в устах северянина это звучит как "это что-то на вашем южном", и говорит о том, что собеседник твоего языка не знает, разницы между диалектами не видит (и видеть очевидно не хочет).
Хотя в целом слово не имеет исключительно негативной окраски, но чаще всего несет именно такой оттенок.
На Зеленом Пике, родном острове Артура Хельма, исконный язык из южнославянской подгруппы, так что половина легендарной артуровой безграмотности – банальное отсутствие привычки к использованию артиклей и огрубление межзубных языков. На имперлингве кэп разговаривает, как те самые «злые русские» из американских фильмов, но самая частая шуточка в его адрес строится на том, что он не может написать собственное имя без ошибок.
В чем вся ирония ситуации – на имперлингве его имя пишется как «Arthur», а на родном – «Artur». Так что пропуская пресловутую букву h, кэп на самом деле НЕ ОШИБАЕТСЯ.
В первых черновиках другие «чистые» расы назывались или «малыми народами» (по аналогии с «волшебным народцем»), или входили в число легендарных «перворожденных», существовавших еще до прихода людей. Но по мере того, как концепция приобретала все более четкую форму, происхождение видов тоже получало все более структурированную научную базу, так что понадобился термин для их обозначения.
Самым близким к сути термином оказался латинский genuinus - "подлинный, чистый, природный, изначальный", в том числе и "перворожденный". Этимология слова впрямую уводит происхождение «чистых» видов к концепции «сотворенных богами так же, как и люди»: корень gene - "колено" – относится к древней традиции, когда отец сажал новорожденного на колено, признавая родство.
В английском языке это слово мутировало в genuine - "искренний", "подлинный" (в смысле чувств).
Так «чистые расы» получили официальное название genuininae – «чистокровные», - в разговорной речи называющиеся «генуины» или, если уж совсем сленгово-упрощенно, «гены», но в разговоре с «чистым» такое упрощение превращается в грубость.
В целом культура Империи Тысячи островов – это СФК викторианской Англии, с поправкой на то, что римляне к этим норманнам в свое время так и не доехали – и заодно не привезли античный гороскоп, и на смену ему в имперские салоны пришел цыганский, а в календаре Империи сохранились древние кельтские праздники.
В какой же момент история повернула не туда, что пращуры современных имперцев нахватались латыни, но не растеряли языческих корней?
Озадачившись вопросом «а откуда у нас, собственно, латынь в каноне, где не случилось условно-римской экспансии на псевдо-британские острова», мы пошли копать.
И накопали.
В одном из предыдущих постов упоминалось, что старт Тысяче островов дало извержение супервулкана – или как минимум, достаточно крупного, чтобы пробудить несколько мелких. От этого серьезно изменился рельеф суши и уровень вод в Мировом океане, и отголоски слышатся до сих пор – вся Империя до сих пор находится в сейсмоактивной зоне и острова там то появляются, то исчезают. Вот уж кто никогда не останется без работы, так это составители имперского навигационного справочника!..
Тем не менее, знакомые нам культуры успели зародиться и вызреть. Янтарный Пояс – СФК Индии, приправленная арабским колоритом, а в самой Империи сохранилось некоторое количество европейских культур и диалектов. В частности, юго-восточный кусок центральной Империи, где лежит Зеленый пик, родина Артура Хельма, имеет явственный балканский колорит.
Таким образом, предстояло понять – в какой момент история пошла не так?
Римляне в нашем мире отправились в Британию где-то в районе 43 года I века нашей эры. Это примерно лет через десять после того, как был распят Христос, так что апостолы уже десять лет как ведут активную миссионерскую деятельность, но христианство еще не набрало такую силу, чтобы выйти на передний план.
Самым крупным извержением вулкана в I веке официально считается извержение Везувия, похоронившего несколько городов и изменившего береговую линию. За тридцать лет на британские острова вполне можно затащить латынь, но этого еще не достаточно, чтобы поломать всю устоявшуюся культуру.
Однако существуют версии, что вулканическая активность в те времена и раньше оставляла желать лучшего. Например, в одном месте нам попалась статья про то, как вулканы могли влиять на ход истории примерно за столетие до Везувия.
Так в своих поисках мы вышли на сведения об извержении вулкана Санторин, упоминавшемся у Плиния Старшего, и вот как раз Санторин активничал куда ближе к нужной точке – 46-47 год I века н.э.
К тому же Санторин – вулкан подводный, и это куда лучше вписывается в имеющуюся концепцию мировой катастрофы, принятую в Империи Тысячи островов. Согласно текстам Двукнижия (местного аналога Библии), демоны и боги ходили каждый по своему морю. Демоны – по огненному морю подземного мира, боги – по морю небесному. А посреди располагался мир смертных, где обитали все живые существа, созданные богами по Высшему замыслу. Демоны позавидовали людям и решили уничтожить все то, что насоздавали боги. Они прорвали барьер между мирами и огненные волны хлынули в мир людей, и море вскипело и вышло из берегов. Когда пламя утихло, от некогда богатой суши остались только острова, и боги снова наполнили их жизнью, а подземный мир, лишившись огненных вод, превратился в бесплодную пепельную пустошь.
Извержение подводного вулкана, в принципе, вполне подходит на роль «огненного моря, прорвавшегося в мир людей», а расположение Санторина позволяет выстроить картинку, соответствующую картинке в сеттинге Ветров – местный аналог античной культуры сгинул, а на условно-«британских» островах сохранилась куда большая часть культуры исконной. Обитатели этих островов за несколько лет успели нахвататься латинской культуры и азов местного аналога христианства – базу взяли, но к монотеизму так и не пришли.
Так что поворотная точка истории, в которой привычный нам ход событий мог свернуть в такую сторону, чтобы сформировался сеттинг – это ~46 год I века, когда начал извергаться крупный подводный вулкан. Просто в этом мире он рванул чуточку посильнее…)
Здесь, конечно, нужно держать в уме, что мир "Фарта и Фатума" – это не наш мир, но скорее, его отражение. И все, что написано выше – попытка сконструировать ход истории, этот мир родивший, понять логику его развития и базу, на которую он опирается – потому что именно предыстория мира позволяет выстроить рамки и особенности. В первую очередь, чтобы не тащить в текст то, чего там в принципе быть не могло – иначе текст выглядел бы, как сборник традиционных клише в духе «церковники говорят на латыни, потому что церковники на ней всегда говорят». А ФиФ по сути своей – история про то, что нельзя верить клише!)