"Закончен тяжкий труд"—

 — наш с Юлий роман "Виват, Бургундия"... и сегодня у нас в блоге то,  что  в классической литературе традиционно называется "Исповедь" 

Жизнь как роман, роман — как жизнь.
Двадцать лет спустя.

Осенью 2006 года я зарегистрировалась на СИ Максима Мошкова, чтобы начать выкладывать наш с Юлией роман «Бог, король и дамы». Да, друзья мои и недрузья, с тех пор прошло ровно двадцать лет. Я помню это совершенно отчетливо, потому что моему младшему сыну только исполнился год и зависание на «мамских форумах» в моём сознании стало продолжением домашних хлопот — у меня ведь погодки. А с другой стороны, в голове крутилось столько мыслей и идей — после девяностых, после работы в реанимации, после родов… Помните, как у Владимира Высоцкого в одном из его интервью: «рука потянется к перу, а перо — к бумаге». До этого романа у меня был большой опыт написания стихов, рассказов и эпикризов. Ну и диссертации тоже.

Так что всё получилось само собой.
Вернее так: у меня это был третий опыт соавторства, у Юлии, наверное, тоже.

Много времени ушло на проработку сеттинга. Помните Маргариту де Бар, мать ГГ, с ее родословными и картами? Ну так это мы с Юлией в тот самый замечательный период — не пропадать же добру. В смысле чувствам и ощущениям. Так опыт наш дал матушке главного героя ее «фирменную фишечку».
… и «процесс пошёл!»

Не могу сказать, что очень скоро и прямо вот совсем бодро… Творческие планы как всегда разбивались о быт, нужно было заботиться о хлебе насущном и масле на этот хлеб, в смысле жилья и прочих «тачек-дачек-собачек». Я подрабатывала копирайтингом, консультировала в тубдиспансере, трудилась в частной клинике, растила детей, ухаживала за бабушкой. Потом — новая работа на кафедре… и всё-таки мы завершили первый том и даже половину второго. А потом мои дети пошли в школу. И писать стало совершенно невозможно.

«Оно» будто отвалилось, стёрлось, исчезло, как будто его не было никогда. То, что делает писателя писателем. Внутренний огонь, драйв, вдохновение… Я не испугалась и не заволновалась — у меня такое уже было, когда я писала диссертацию. Мозг просто стал решать другую задачу.
Финальная глава была дописана, а половина второго тома и третий — нет.

Мой соавтор посмотрела на это всё, поняла, что каши со мной в моём состоянии мамы двух школьников и преподавателя, занятого закрытием ипотеки, не сваришь, и пошла воплощать свою давнюю мечту — творить свой «Свободный мир» — колоссальный роман-эпопею, антиутопию, сатиру, сагу… В общем, такого теперь не делают.

А у меня — а что у меня? Забота о хлебе насущном: индексе Хирша и ВПР (тогда их в таком виде, как нынче, не было, школа справлялась своими), кружки, секции, летние лагеря, ОГЭ, ЕГЭ… 

И вот вдруг, внезапно, когда моя дочь и мой сын подписали договоры на обучение в медицинском, я села к компьютеру и набрала новый текст: «Принц Филипп, юный правитель Релингена, так и не решивший пока, называться ему Валуа или сразу Габсбургом, покинул Бар-сюр-Орнен в смешанных чувствах».

Как плотину прорвало!  Всё, что копилось годами у нас с соавтором, стало само собой выплескиваться на бумагу, обретать  «и цвет, и  звук, и плоть, и и страсть.» 

Наши герои стали зрелыми людьми, и те, кто окружали их, сделались им под стать… Но внезапно у наших героев выросли дети, а еще у их врагов тоже выросли дети, и эта толпа молодых людей толпой ввалилась в наше с соавтором светлое будущее со своими проблемами, рефлексией, ошибками и достижениями. А поскольку большинство этих наших выдуманных деточек не крестьянами родились, их проблемы, ошибки и достижения, а также рефлексия внезапно стали головной болью всей Европы и… ну, нас с соавтором тоже… Потому что вот ты так думаешь отправить «сыночку-корзиночку» в универ, а он сбегает в армию и совершает подвиг. А другой вместо того, чтобы работать, занимается реабилитацией лошади; еще один вместо того, чтобы стать соратником и помощником отца, присягает его злейшему врагу, потому что у него так в правой пятке зачесалось. Ну… их… Их личные ссоры друг с другом и примирения — это отдельная тема… В общем, скучно нам не было.

Да, мои деточки тоже растут… уже на четвертом курсе, если что.
Ну… и… Хирш, статьи, пациенты, родственники, друзья… достижения… Потери… Да… это больно. Но — тоже жизнь.

Самым удивительным ощущением для меня стало то, что после окончания романа я вдруг поняла: мне и о своей жизни тоже есть что рассказать — «о времени и о себе». Если пока не «граду и миру», то детям точно.
Кстати, несколько очерков уже лежат в блогах, и, наверное, я всё-таки оформлю их как сборник рассказов.
Заметили? Я уже анонсирую будущие истории. Историческое, но уже больше автобиографическое и семейное.

Но и от нашей Буртундии вы легко не отделаетесь… Три сборника рассказов: два не доложены, один не выкладывался вовсе. А ведь ещё и приквел есть…
В общем, веселья не обещаю, но скучно точно не будет.

А пока — в добрый путь, роман, с тобой вместе было круто!