Есть ли у меня заброшенные работы?

Я тут вспомнила, что не освятила ещё некоторые темы по поводу творчества. Поэтому сегодня пост на одну из них. Думаю, большинству из нас эта тема близка. Если нет, это очень хорошо.

Есть ли у меня заброшенные работы?

Да, и про одну из них я вскользь говорила. Но есть и другие тоже брошенные. По разным причинам. Расскажу про все, которые были и есть.

Мои заброшенные работы делятся на две категории: «заброшенные насовсем» и «ожидают очереди». Начнём с первого.

Заброшенных насовсем работ много: одна моя повесть, одна совместная повесть(или роман; не помню, какое именно произведение по форме) с Drake’ ом и некоторые мои стихотворения.

Моя повесть, которая должна была быть первой в истории моего творчества, называлась «Другая сторона жизни». Начала писать под вдохновением прочтения книги Виктории Ледерман «Теория невероятностей» (об этом я тоже упоминала). Я решила взять за основу почти весь сюжет из книги, переделав под своих героев, но завязку событий решила оставить похожей. Единственное, что я додумала сама — концовка. Опишу вкратце саму суть. Это не будет считаться спойлером, потому что книга как «книга» уже не существует.  

Ученик 8 класса Виктор Корнежев смотрит в окно и осуждает машины, которые не считает крутыми, называя их «деревней». Далее происходит спор с мамой насчёт современных машин, скандал с сестрой, наказание Вити (неделю без компьютера). В итоге мама делает вывод, что надо отправить сына на перевоспитание.

На уроке истории проходили тему «Деревенский быт ХVII – XVIII веков». Виктор смеётся над одноклассником, так как тот перевёлся как раз из деревни. Происходит перепалка с учителем, которая пишет замечание в дневник и вызывает родителей. Во время разборки с родителями не выдерживает, говорит, что его все достали, хлопает дверью. Мать с отцом думают о воспитательном лагере.

На утро он оказывается в курятнике на стоге сена (ну да, типа «попаданец»). Его толкает девчонка в бок кочергой, зовёт работать. Виктор видит работающих на поле людей, помогает им, пересиливая себя. В разговоре он часто называл девчонку — Машу Овсянкину — «деревней», что обижало её. Героиня позвала к себе Витю в дом переночевать, но тот отказался, увидев состояние дома и вышел на местную дорогу. Дождавшись грузовика, уезжает в город. Там из разговора шофёра и продавца узнаёт год: 1997.

Виктор приехал в город, стал искать бульвар. Но не нашёл её. Решает отправиться к дому бабушки. Видит, что название улицы старые. Замечает, что стены подъезда другого цвета. Встречает бабушку у порога молодой, а маму — 15-летней девчонкой. Виктор пытается рассказать всю ситуацию, но его не слушают, грозятся полицией. Тот уходит, дожидается автобуса, едет обратно к Маше в деревню — Крюкова. В автобусе засыпает, просыпается от толчка водителя, его встречает Маша, он заваливается в курятник, снова спит на сене.

На утро Виктор представился Маше. Заметил, что она очень похожа на него. Корнежев шокирован, что помимо Маши, в семье ещё 5 маленьких детей, за которыми она помогает маме следить и также ухаживает за ними. Герои собираются и идут в местную школу. Витя с Машей учатся, после девушка делает уроки, а герой решает попить чай. Залезает на стул, видя пачку печений. Задевает сахарницу, та падает и разбивается. Маша отчитывает Виктора за неосторожность, происходит конфликт, который доходит до того, что Виктор раздражается и говорит, что «он уехал от родителей в другое время». Маша не понимает, но просит объяснений после уборки осколков. Виктор перестаёт называть героиню «деревенщиной», видя в ней вполне неглупую девчонку.

После на кухню приходит мама Маши, говоря о том, что ей нужно помочь с ужином.

На этом этапе повесть остановлена. В общей сложности — девять законченных и начатая десятая глава. Работа над поветью завершилась сначала по причине того, что не было идей насчёт «блюд для ужина». Потом — нехватка времени. Но сейчас со своим плотным графиком я же нахожу время на написание повестей, стихотворений и постов. Потому что главная причина состоит не в этом… А в чём — будет в следующем посте. Тут немного другую тему затрону.

Главная мысль: деревенские люди бывают и поумнее и повоспитаннее городских.

Концовка к повести: Виктор встречает Машу в своём времени, уже взрослую, благодарит его за то, что она исправила его и сделала человеком. Они хорошо общаются, Маша знакомит Витю со своим сыном, с которым они стали лучшими друзьями. 

Заброшенной насовсем повести скоро будет третий год. Желания дописывать нет.

Второе произведение, которое мы с Drake’ом забросили — «Смерть в кредит». (Я всё-таки, расскажу про сюжет. Надеюсь, Drake, против не будешь).

Илья живёт с дочкой Соней. Денег нет от слова совсем. Илья находит компанию «Вектор». Компания выплачивает сумму в соответствии с договором — 10 лет жизни. А потом — смерть. После неё выплаты поступают родным. Илья расписывается семью подписями. После идёт в магазин, покупает дочери кроссовки. Дочь рада, но чувствует тревогу, спрашивает, куда ходил отец. Он обходится парой фраз объяснений, и они вместе идут гулять.

На этом этапе повесть приостановлена. Не помню, закончена ли эта глава или нет. Бросили, потому что сначала у Drake’а пропало желание дописывать, а потом и у меня. 

Главная мысль: люди готовы пожертвовать даже собственной жизнью ради денег.

Концовка к произведению: Когда Илье остаётся жить одну секунду, он не умирает. Система ломается, и происходит катастрофа. Какая именно — точно не помню.

Заброшенной насовсем повести 7 месяцев. Заброшенной насовсем — нет желания дописывать. 

Теперь про мои стихотворения. Какие-то из них заброшены насовсем, какие-то — ожидают очереди.

Заброшены: 

«Пробегут во сне…». Неожиданно возникло четверостишие, хотела продолжить, но дальше идея так и не развилась.

«Хожу по комнате…» — то же самое. Должно было быть про размышления человека, но идея также не пришла в голову. 

Ожидают:

«ALREADY DEAD». Написано четверостишие, но так как это английский, из-за трудного подбора рифм без потери смысла работа была приостановлена, но не забыта.

«А ты, как милая Татьяна…». Была задумка написать про влюбчивую героиню, похожую на пушкинскую Татьяну. Работа приостановлена, так как пока идей на продолжение нет. Хотя есть идея использовать отрывки для одной из будущих повестей. 

«Эхом сквозь года». Даже не начиналось, только название есть. И задумка. Но дело как-то не доходит до него.

«У окна». Написана буквально только одна строчка. Нет продолжения, так как не доходит дело. Но идея есть.

«LAND OF FIRE». Есть задумка, но пока нет подходящих рифм. 

Хотите спросить, где находятся заброшенные работы? Ожидаете ответа «в утиле»? Ни в коем случае!

Да, заброшенные работы не есть хорошо, но если так получилось, то в порыве отчаяния выбрасывать свои труды не стоит. «Заброшки» можно, и даже нужно, использовать для других своих работ. Сюжет наскучил и не хочешь к нему возвращаться? Возьми тогда просто героя, его внешнее и внутреннее описание. Не нужно будет мучиться и придумывать что-то ещё. Идея интересная, но нет желания её дорабатывать? Так не дорабатывай, а перерабатывай. Именно так я и делаю. Вплетаю ещё живые нити заброшек в рабочие произведения.

Я против того, чтобы разбрасываться своими текстами. Возможно, именно в этом тексте ты придумал такой эпитет, который не придумаешь больше никогда. Текст не виноват, что пропала идея. Он может продолжать жить второй жизнью и «помогать» с пробелами в рабочих текстах. Поэтому все заброшки я сохраняю в отдельную папку и иногда обращаюсь к ним. Не часто, но иногда.

1) Есть ли у вас заброшенные произведения?

2) Что делаете с такими заброшками? (только честно)

3) Какая из идей произведений понравилась больше всего? (имеются в виду повести; тоже честно)

4) Какое стихотворение из этого списка вы бы хотели увидеть законченным? (мини-голосование)