Субботний отрывок

– Обговорим, что и как сделано. И всё ль идёт по наказу… Какой сами прошлый раз и порешили. – продолжил Котяшин. – У меня всё гладко – Остич тяперича с нами, но пришлося ему городское воеводство посулить…

– Так обещать, не значит женихаться! – тут же встрял Чернявый. Все похихикали. Остича Порфий не любил. Уж попортили они друг дружке крови преизрядно. Когда людей Чернявого на контрабанде ловили, Колода на том себе немалые куски отрывал. 

– Так то оно так, не об том сейчас печаль. С Колодой опосля решим. – отмахнулся Котяшин. – Сейчас другое важное – плывёт к нам человек от данганского комтура, рыцарь. – все заговорщики затихли, внимая боярину. Только Гостята Вякич, передаваший послание комтура Котяшину, согласно кивал в такт словам Ерофея. – Должон будет помогать смуту делать, и золота привезёт. И надобно бы нам, браты, всё первей провернуть… Ежели не осилим, так хочь подготовиться так, шоб комар носу... Хорошо б краснорукие полки токмо к концу всего приплыли. А у нас ужо и город в руках… Можно с ними тогда и на равных говорить.

Все затихли, обмозговывая новости.

– Опасное предлагаешь, Ерофей. – глядя в стол, пробурчал Осока. – Не сдюжем мы весь город под себя подмять. Силёнок не наберём. А ты говоришь – “на равных”...

Все согласно закивали головами. Разговор пошёл уже очень всерьёз, даже Чернявый прекратил своеобычно скалиться. Ко всем смутьянам пришло понимание, что откатить назад уже не выйдет. На пару минут в помещении повисла тишина. Все, не сговариваясь, потянулись к кувшинам. Забулькало.

Тут горделиво выпрямился Верхнегородский и очень значительно и весомо заговорил, постукивая украшенными перстнями пальцами по столешнице: – Мыслю, бояре, цо не нужон нам весь город. Верно говоришь, Микиц – не сдюжим. А нужон нам бунт, да такой, цоб весь Великоград захлебнулся… Пущай людишки режут друг дружку. А тута как раз и краснорукие придут. А мы поможем им порядок в городе навести… И вот тогда-то будет нам прибыток! То не мы цухню позвали, а мы токмо город спасли от бани кровавой…