Мор и любовь к смертной

Он тот, кого стоило бояться, от кого надо было бежать без оглядки. Разум твердил: "Нужно бежать, Лидия!", но сердце уже попало в его плен. Нет, я не боялась смерти. Я знала, что он мог призвать своё войско мёртвых и уничтожить по щелчку всё живое. Но что-то его останавливало, словно он давал шанс на искупление.

Он долго не признавал тот факт, что тоже умеет проигрывать. Битва эта – любовь к смертной. Я думала, когда он познает любовь, он изменится. Но он не останавливался, шёл вперёд, и я шла рядом с ним, так как не могла больше убежать из-за его печати. Если мы были далеко, она причиняла мне боль. А что смертному нужно, чтобы умереть? Правильно, совсем мало…

Но в конце он стал прислушиваться ко мне и своим желаниям. Так он оставил в одном из городов свой венец и написал кровью на луке древние знаки. Лук рассеялся, и Мор стал смертен. Эту тайну знали только мы и высшие, кто создал его. И мы остановились где-то на юге, в пустой деревушке.

Теперь мы жили обычной жизнью, где день сменял ночь, а солнце дарило тепло. Он научился смеяться, его глаза, прежде наполненные вековой скорбью, теперь светились нежностью. Я же, освобождённая от страха и вечного преследования, наконец-то смогла дышать полной грудью. Наша любовь, прошедшая через тьму и отчаяние, стала нашим спасением.

Мы строили дом, сажали сад. Каждый закат, который мы встречали вместе, был для нас дороже всех сокровищ мира. Он больше не был Мором, повелителем смерти. Он был просто Мор, мой Мор, который любил меня так же сильно, как я его. И мы жили долго и счастливо, вдали от суеты мира, в нашей маленькой, но такой родной деревушке.

Прошли годы. Наш дом, некогда скромная хижина, превратился в уютное пристанище. Виноградная лоза обвивала стены, а в саду цвели розы, такие же нежные, как прикосновения Мора. Его смех, когда-то редкий и робкий, теперь звучал свободно, наполняя наши дни радостью. Он по-прежнему любил охотиться, но теперь это была охота ради удовольствия, а не ради выживания. Он приносил домой дичь, и мы вместе готовили ужин, делясь новостями прошедшего дня.

Я же, некогда Лидия, бледная тень, боящаяся собственной тени, расцвела. Солнце играло в моих волосах, а кожа обрела здоровый загар. Мы часто гуляли по окрестным холмам, наблюдая за звездами. Мор рассказывал мне о созвездиях, о мифах, которые он знал еще до того, как стал повелителем смерти. Его глаза, наполненные теперь только любовью, смотрели на меня с такой нежностью, что я чувствовала себя самой счастливой женщиной на свете.

Иногда к нам заглядывали путники, привлеченные дымком из нашей трубы. Мы радушно принимали их, угощали вином и едой. Никто из них не догадывался, кем был мой муж на самом деле. Для них он был просто Мор, тихий и добрый крестьянин, а я – его любящая жена. Мы знали, что наша тайна – это наша крепость, и оберегали ее всем сердцем.

Наши дни были наполнены простыми радостями: утренним пением птиц, ароматом свежеиспеченного хлеба, тихими вечерами у камина. Мы не нуждались в богатстве или славе. Наше счастье было в друг друге, в этой мирной жизни, которую мы построили вместе. Любовь, которая когда-то казалась невозможной, стала нашим вечным убежищем.

Иногда, глядя на него, я вспоминала тот момент, когда он впервые посмотрел на меня, и мое сердце замирало. Путь, который мы прошли, был долгим и трудным, но он привел нас сюда, в эту тихую гавань. И я знала, что пока мы вместе, никакая тьма не сможет нас одолеть. Мы были вместе, и это было все, что имело значение.