Ткачество: эпоха великого переселения народов

Немного ткачества из нашей с Ольгой Гусевой повести " Hringsverd. Меч с кольцом". 

Ингилейв знала, что пояс вождя, на котором он носит свой золотой меч, прохудился от времени, этот пояс ткали ещё для Ульвкелля, его деда. Люди в последнее время много говорили об этом поясе. Меч Рэвкелля был для них священным знаком воина, который никогда не отступит, этот меч был их силой и надеждой. Люди верили, что пока Рэвкелль носит этот меч, они под его защитой, а значит, они могут надеяться на лучшее. Больше люди говорили только о голоде и о том, на чем настаивал Игульбьёрн, и думали, на что все же решится Рэвкелль. Им надоело каждый день считать свои запасы и думать, насколько их ещё останется. Пока у людей получалось держаться, мужчины ходили в лес охотиться, но понимали все: даже в длинном доме Рэвкелля нечем угощать гостей, а это значит, что сами они не справятся. Вокруг них было много дорогих вещей. Поселение было богатым. Кое-кто ещё совершал подношения богам, но все больше надеялись на золото, сверкавшее на мече Рэвкелля.

Ингилейв пришла в длинный дом. Она жила в доме Рэвкелля. С тех самых пор, как умерли её отец и мать. Ингилейв вела хозяйство здесь, хотя она ещё не была женой Рэвкелля. Ей помогали другие женщины — родня её будущего мужа. Все привыкли к тому, что Ингилейв взяла на себя хозяйство, возглавлять его здесь просто больше было некому.

Ингилейв подошла к столбу и работе, которую она оставила здесь, на женской половине. Уже много дней она посвящала себя этому — ткала Рэвкеллю новый пояс. Она взяла лучшую шерсть, окрашенную вайдой в синий, резедой в желтый, а также зелёные и пурпурные нити, полученные с помощью протрав. Ингилейв привязала к себе нити и продолжила ткать. Каждую дощечку она поворачивала отдельно то вперед, то назад на четверть оборота, чтобы сложить тот узор, который она задумала. Рядом с ней горел очаг. Тени от огня падали на лицо той, что ткала. Ингилейв иногда посматривала на огонь. Когда она закончила ту часть, что хотела, она вышла в медовый зал, который теперь пустел. Пустело и почётное сидение вождя. Рэвкелль не устраивал пиров, и не сидел там. На нем лежала только шкура волка.

В середине зала горел очаг, теперь было много огня. Люди боялись, останутся ли деревья со временем, огонь был нужен сильнее прежнего, потому как солнце почти покинуло небо. Рэвкелль вошел в медовый зал неожиданно. 

Пояса, подобные описанному, ткали на дощечках:

Фото с сайта музея Вест-Агдера, Норвегия