Первый день Великой Отечественной войны, 22 июня 1941 года, в дневниках советских людей

22 июня 1941 года Германия напала на Советский Союз. Как реагировали жители огромной страны на это событие?
Что писали в своих дневниках школьники, студенты, колхозники, военные, интеллигенция? (Может пригодится и пишущим об этом времени и просто интересующимся историей) 

Григорий Еланцев, колхозник, 34 года (1906–1996). В годы войны – солдат Красной Армии.

В июне года правлением колхоза «Красное знамя» я с группой колхозников, поварихой и приемником РПК направлен на строительство дороги Юргамыш – Курган. 22-го услышал речь Молотова о нападении гитлеровской Германии на Советский Союз. ВОЙНА!

Сбежались колхозники, ревут бабы, озлобленно смотрят мужики. Остановились работы, толпимся.

Вскоре приехали на грузовике представители из райкома, состоялся митинг.

В первый же день получил повестку Кудрин Александр Иванович.

И пошла мобилизация! День ото дня не легче: невеселые вести с фронта. Фашистская Германия, овладевшая почти всей Европой, вероломно занимает город за городом.

Николай Иноземцев, военнослужащий-срочник, 20 лет (1921–1982). После войны – экономист, историк, политолог.

Не успел еще как следует заснуть, как слышу:

– Подъем! Тревога!

Ребята ругаются, ворчат:

– Ну, вот, и здесь не смогли обойтись без тревоги…

Забираем приборы, личное имущество. Идем на коновязь, седлаем лошадей. Прибегают начальник разведки – лейтенант Бобров и начальник штаба лейтенант Медяк. Приказано снять палатки и забрать полностью все имущество. Минут через тридцать дивизион вытягивается на шоссе. Никто ничего толком не знает. Известно только, что должны следовать к месту своего постоянного расквартирования в Турке. Одни говорят о больших маневрах, другие – о предстоящих мобилизационных мероприятиях крупного масштаба.

…Почти рассвело. В воздухе время от времени пролетают самолеты по пять, по три, по одному. Летят – то по направлению к границе, то от нее. Странно, никогда их так много здесь не летало.

…Над долиной довольно низко пролетает самолет темно-стального цвета, двухмоторный штурмовик. Вот он подходит к колонне, спускается еще ниже, у обоих моторов появляются белые искорки – звука еще нет, его не слышно. И почти одновременно на шоссе и рядом с ним, буквально у наших ног, поднимается пыль, как от отдельных крупных капель дождя. Крик:

– Ложись!

Люди бросаются на землю, лошади – в сторону. На обоих крыльях – свастика. Кто-то до этого крикнул:

– Не бойтесь, это – учебный обстрел!

А теперь молчание полное. Над головой колонны самолет стал резко подниматься вверх и ушел в горы.

Лица у всех чрезвычайно бледны, многие еще дрожат. Так не хочется верить, что это война! Но раздумывать некогда – на земле много раненых и людей, и лошадей, да и налет каждую минуту может повториться.

Нина Соболева, школьница, 18 лет, Ленинград (1923–1988). В послевоенные годы – редактор журнала «Сибирские огни».

Началась война. С фашистской Германией. Уже немцы перешли границу и идут бои. В четыре утра бомбили Киев, Минск, другие города.

Пишу и не верю этим словам – бомбили?! Уже льется кровь?! В четыре утра?.. В четыре утра мы с ребятами возвращались с набережной Невы. Шли вдоль Крюкова канала, пели тихонько – «Любимый город может спать спокойно…» А в это самое время!..

…Что же будет? Папа сказал, что, конечно, фашисты получат по заслугам, но все это очень серьезно. Взял документы и ушел в военкомат. Мама хватается то за одно, то за другое – и все у нее из рук валится. Соседи на кухне, в коридоре говорят только об одном. Слышно, как за стеной у Долиновых плачет Белла – у них ведь маленький только недавно родился, а тут с мужем придется разлучаться.

Мы с ребятами собирались сегодня встретиться и ехать на пароходике в Петергоф. Как это все далеко уже – выпускной бал, танцы, смех, всякие планы… А прошло всего несколько часов…

Продолжение -по ссылке. Есть там и про дневник Льва Федотова.

https://www.miloserdie.ru/article/tak-ne-hochetsya-verit-chto-eto-vojna-2/