Тарелочница поневоле

У всех нас в сердечках хранятся теплые воспоминания о первых: поцелуях, объятиях, свиданиях…

Память Юли Красовской тоже хранила воспоминания. Иногда такие, какие лучше было бы стереть. 

Одним таким воспоминанием стала история первого «серьезного» свидания.

Длительных отношений на тот момент в жизни Юли еще не случалось. Единственным, что с натяжкой можно было назвать приключением, стал Алексей. Парень был соседом её школьной подруги Леры, имел двадцать шесть лет от роду и работал инженером в «Газмясе».Солидный, как малиновый пиджак в девяностые, по меркам Юлиной скромной студенческой жизни — почти олигарх.

Познакомились случайно, у Леры на съемной квартире. Юля на него сначала даже внимания не обратила, но подруга через пару дней выдала: «Слушай, ну ты Алексею приглянулась».

Сидеть в девках в двадцать лет Юля не планировала, поэтому, когда «газмясовский» инженер позвонил сам и позвал в кино, Юля согласилась.

Кино оказалось неинтересным. Но это было неважно. Важное случилось после — Алексей чинно пригласил зайти в кафе.

Тут надо понимать контекст: Юля училась на коммерции, стипендию не получала, а родительских денег едва хватало на проезд и покупку самых базовых продуктов. Одним словом, завсегдатаем кафе она тогда не являлась.

Оттого Юлю начало дико колотить, когда пришло время заказывать десерт к кофе. В целом цены в меню для работающего человека были вполне подъемные. Но Юлю трясло от панических мыслей: «А вдруг он решит, что я слишком много заказала? А вдруг подумает, что я нагло охочусь за его великой газмясовской зарплатой?»

С грехом пополам, краснея, она выбрала самый дешевый десерт.

Алексей тем временем увлеченно вещал про месторождения, бурение и какие-то свои производственные подвиги. Юля пила остывающий кофе, уныло ковыряла вилкой пирожное, прилежно изображала заинтересованность и тайком поглядывала на часы. Домой она уезжала в полной уверенности, что их пути больше никогда не пересекутся.

Но инженер оказался настойчивым, как буровая установка. Через три дня снова позвонил. Юля трубку брать не стала. Потом еще и еще.

Отказывать людям, даже столь несимпатичным, Юля тогда банально не умела — воспитание не позволяло. Но оно позволило ей написать текстовое сообщение: «Извини, я не хочу больше встречаться». Смалодушничала. Думала, вопрос закрыт. Куда там.

В очередной настойчивый звонок Юля просто сунула трубку подруге Маше. Маша с видом заправского секретаря четко повторила Алексею все то же самое.

И тут обиженный олигарх выдал фразу, которая навсегда останется в Юлиной истории:

— Вот, значит, как… В кино и в кафе за мой счет сходила, а теперь встречаться не хочет?

Маша положила трубку. Они переглянулись. Юля не знала, плакать ей или смеяться: оказалоось, её скромный кофе с самым дешевым десертом был расценен мужчиной как стратегическая операция по захвату и разорению газмясовских запасов! 

Её занесли в позорный список меркантильных тарелочниц задолго до того, как это вообще стало мейнстримом.

Вместо послесловия:

О том, как Юля Красовская двигалась на ощупь из-за отсутствия опыта обольщения, училась общаться с мужчинами на равных и в итоге переросла свои страхи, читайте в моем романе «Женам не рекомендуется». Доступен на сайте совершенно бесплатно. Добавляйте в библиотеки!