Субботний отрывок/Эпоха войн - стычка у завода

Доброго времени суток, дорогие друзья. Хочу поддержать старенькую традицию отрывком из книги "Души человеческие: проклятые грёзы", который расскажет о военной стычке на территории постапокалиптического завода:

К трём часам дня Йозеф уже шёл внутри квартала, созерцая колоссального размера строение. Во всю длину побережья протянулась серебристо-серая постройка, обитая потемневшей жестью и «взирающая» на пришедших неисчислимым количеством мелких оконцев. Десять этажей вершились огромными трубами, которые исторгали в поднебесье тонны смога и пепла. Он смотрелся страшно и ужасно, величественно и грандиозно одновременно. Ступая по разбитому асфальту дороги Йозеф чувствовал себя ничтожно, взирая на настоящего исполина, за громоздкими серо-потемневшими стенами коего по десять часов в день трудятся тысячи человек. Синдикат «Тарантийская промышленность»[1] сделала его одним из самых ценных объектов, который сжирает десятки жизней, ресурсы из десятков шахт и более мелких заводов, деньги, но на выходе щедро одаривает магнатов разнообразной промышленной продукцией – от столовых приборов до мебели.

- Страшно там оказаться, - сжимая пулемёт, высказался Румо с опаской посматривая вправо и влево. – Блядь, мы тут на ладони. Пара пулемётчиков у окон и нами выкрасят асфальт. 

- Какой большой мальчик, а боится работы руками? – съехидничала Аэлет, посмотрев через оптический прицел утончённой штурмовой винтовки, отягощённой гранатомётом. – Да не накроют нас.

- Дамочка, там рабочие за гроши пашут и надрывают жопы таким образом, что обычный геморрой и грыжа мёдом покажутся! 

- Кто же это всё снабжает? – спросил Йозеф, удерживая снайперскую винтовку под которой громоздилась модификация в виде ракетомёта.

- Торговые компании, шахты, деревни, отправляющие сельскохозяйственные товары, - ответил Румо. – Куча вещей стекаются сюда из разных краёв окрестности.

- Я про людей.

- А там за этим «монстром», - ткнул Румо на завод. – Есть квартал нищих и рыбаков.

Давным-давно там было пустое побережье, упиравшееся к северу в небольшую лодочную станцию, а на юге в порт. Со временем этот участок земли стал привлекать народ, который искал куда бы приткнуться во время жестокого апокалипсиса. Спустя несколько столетий за заводом возвышаются двух-трёхэтажные хибары, палатки, а также трущобные постройки с узкими улочками. Тысячи человек жили в тени завода, будто бы он был исполинским господином-надзирателем… тысячи человек жили в тени завода, сжирающего их жизни, здоровье и время, в ответ даруя скудные гроши и крохотные зарплаты, которые господа воздаю … за них можно только купить еды, старой одежды и чуть-чуть потратить на дешёвый алкоголь, чтобы выкрасить серую жизнь в яркие «синие» цвета.

- О смотри, что-то уже вытаскивают, - указал Румо на парочку рабочих в бесцветной драной одежде, вывалившихся через дырку сетчатого забора и с напряжениях на лицах несущие большой пластиковый контейнер.

- Наверное пищу или сырьё, чтобы продать, - тяжко вздохнула Аэлет, - в последнее время людям и без того трудно стало.

- Какая ты сердобольная, для наёмницы.

- Ну у меня сердце не настолько грубое как подошва твоего берца. Ой, а сам, едва ли не рыдал, когда квартирмейстер тебе не захотел отдавать твою «Ирину». 

- Ишь сравнила!

Речь прервалась в момент, когда на дорогу вышел богато одетый человек, привлекший внимание и заставивший насторожиться. Это высокий мужчина, облачённый в роскошный классический чёрно-белый костюм, украшенный незатейливым промышленным орнаментом. Его статус явлен не только золотыми и серебряными кольцами, но и охраной – пара мужиков с дробовиками и полностью «закованные» в доспехи – чёрные шлемы, бронежилеты, налокотники и наколенники, вместе с поножами и наплечниками. Таким образом «упакованные» охранники-наёмники способны отлично противостоять восставшим рабочим бригадам, вооружённым холодным оружием и огнестрельным самопалом, а дробовики отлично проявляют себя в узких коридорах.

- Я верховый администратор завода! – гордо и выпячивая грудь заявил вышедший мужчина. – Промышленный барон[2] Родерих итал[3] Иддичи. 

- Старший следователь капитан Илларий Мазаэль, - чуть поклонился слуга прокуратуры.

- Что вам надобно, следователь? - дерзко говорил барон, - только давайте быстрее, мне необходимо вернуться в свои владения как можно скорее.

- Господин, я тут по требованиям прокуратуры, - словно бы смиренно говорил государственный служащий. – Мне нужно провести осмотр.

- Нет, сейчас работа, - поморщился Родерих. – Я не могу тебе ничего выдать, поскольку мне не на заводе в рабочее время нужны вояки и эти прид… преданные слуги Епископства, - «смягчил» речь мужчина, понимая, что ссориться с сектантами – себе дороже.

- И тем не менее, мы настаиваем. Это дело государственной безопасности.

- Да мне похеру! – усмехнулся барон. – Следователь, ты хоть знаешь, что я член Второго совета Таранто?[4] - он указал на всех стоящих. – Если мне нужно, я могу купить ваши задницы и пустить их по девяти кругам промышленного ада.

- Так, я представитель государственной власти! – щёки старшего следователя обагрились, в глазах загорелась настоящая ярость.

- Ты слуга богатых господ, так что выражай достаточное почтение.

- Я капита-а-а-ан!

- Не смей на меня повышать голос.

Феодальные реалии выжженного мира говорят сами о себе. Высокий барон, одуревший от собственной власти, с издёвкой общается со следователем, ясно понимая, что если даже его сейчас арестуют, завтра он выйдет и за большие деньги сможет их жизни превратить в самые настоящий ад. Новые лорды и держатели активов стали второй властью в этих краях, их воля практически равна воли закона, а сломать эту систему не представляется возможным.

«Всё это… эгоизм, стремление защищать личные эгоистичные интересы привели нас к тому миру в котором мы сейчас находимся», - сжимая от гнева винтовку, думал Йозеф. – «Ибо не видя интересов других, не понимая общего блага и наплевав на нависшую катастрофу, пытаясь всё больше и больше ухватить, прошлый мир был просран».

- А знаешь, что он говношиься? – наклонился Румо к Аэлет.

- Даже не представляю.

- Вот мы сейчас зайдём, пройдёмся по коридорам, и наткнёмся там на то, рядом с чем чёрная бухгалтерия, коррупционные схемы, рабский труд и производство запрещёнки и рядом не стоит.

- И что же это?

- Да где-нибудь в подвале у него по любому притон, набитые выпивкой, наркотой и шлюхами. Да и девочек с завода туда тоже затаскивают.

- Ты реально болен, - поморщилась наёмница.

- Ох ты девочка нежная. Это же грёбанная аристократия. От денег и вседозволенности их грёбанная больная крыша совсем поехала, - Румо погладил ствол пулемёта. – Вспомни, что было в Неаполе, когда нас гоняли в командировку по требованию президента? Шлюхи, рабыни, наркота на любой цвет и вкус, хоть в жопу её втирая и что там творили… «повелители жизни»? Блядь, я до сих пор вздрагиваю, когда вспоминаю те виды и крики… тьфу, вот зачем я вспомнил, меня сейчас стошнит.

- Даже не хочу вспоминать то дерьмо.

- Ох конечно… тебе твоего мальца подавай.

Тем временем спор продолжался:

- Итак, я сейчас зайду на завод и осмотрю подвальные помещения, - рычал капитан, его пальцы опасно поглаживали кобуру, - и если ты встанешь у меня на пути, я прикажу тебя арестовать!

- Ты всего лишь мелкий офицер и не тебе со мной тягаться, - сложил руки на груди барон, - ты не имеешь права!

- В таком случае, я вынужден полагать, что у вас присутствует криминальный интерес в препятствовании проведения осмотра, - речь стала тяжело-холодной, в глазах бушевал пожар ярости. – Таким образом, руководствуясь статьёй пятьсот пятнадцатой уголовно-процессуального кодекса, я приказываю взять под арест промышленного барона Родериха итал Иддичи.

- Ну попробуй.

Йозеф изрядно напрягся, когда увидел, что охрана подготовила дробовики для стрельбы. Сам он опустил предохранитель винтовки и уже прицелился, что нужно стрелять в сочленение между наколенником и защитой голени. Всё внутри сжалось, по спине пробежал холодный пот. В воздухе повисло молчаливое напряжение в ожидании жестокой, быстрой и кровавой развязки.

Взрыв! Кто-то атаковал, но настолько косо, что снаряд рванул в стороне, никого не ранив. Йозеф быстро спрятался за бетонным блоком, вместе с Аэлет и ещё одним бойцом.

- Рассредоточиться! Искать атаковавших! – скомандовал капитан, вынимая энерго-пистолет.

- Гранатомёты! – орал сектант Епископата, ища безопасное место.

- Да нихера! – Румо пнул осколок снаряда, который оказался возле ног… на асфальте валялся опалённый кусок жести, раньше составлявший часть банки. – Блядская кустарщина!

Йозеф подался вперёд, чтобы взглянуть и найти возможного противника. Их попытались накрыть из искусственного гранатомёта, шлейф от дыма показывал в сторону завода, его верхних этажей. Он настроил оптику и уже потянул ногу из укрытия, что посмотреть через прицел на место, откуда по нему выстрелили.

- Не суйся, дурак, - затянула Аэлет обратно капрала. – Гранатомёт хоть и самодельный, а вот снайперская винтовка может оказаться самая настоящая. Ещё шлёпнут. 

- Волнуешься за мальца? – ухмыльнулся пулемётчик.

Она на миг замешкалась, но нашла ответ, который выдала с толикой претензии:

- Да и что?

- Румо, - фыркнул капрал, - сейчас не до этого.

- Грозный зюзя, - улыбнулся Румо.

Пулемётчик поступил слишком опрометчиво – он резко покинул укрытие и перебежкой «дотянулся» до старого и покрытого ржавчиной авто. Оттуда он взглянул в одно из немногих открытых окон завода, откуда могли выпустить снаряд… через оптику на пулемёте было значительно проще рассматривать дальние расстояния.

- Чисто! – заявил капрал. – Наверное, но никого не вижу!

- Теперь дашь нам осмотреть подвальные этажи? – спросил Илларий, спрятавшись за дерево у Родериха, что ныкался за старой машиной, вооружившись двумя револьверами.

- Хорошо! – крикнул барон. – Гастон, Дементий, помогите господину следователю! Переверните всё верх дном, но найдите блядот, что посмели повернуть против меня оружие.

Охрана повела оперативно-следственную группу сразу в подвалы. Никто не встал поперёк на территории завода – другая охрана или рабочие расходились в стороны. Йозеф почувствовал себя не слишком защищённым, всё внутри ёрзало, поскольку они шествовали внутри лабиринта из гаражей, ящиков и контейнеров. Вскоре они миновали целое поле из хранилищ, складов и многочисленных жестяных конструкций, где хранятся вещи или раскинуты важные объекты, откуда доносится звук пил, стук молотков, жужжание и рёв кустарного производства.

Подобравшись к одной из дверей, охрана открыла железную преграду и пропустила следственно-оперативную группу, обозначив свой статус:

- Мы останемся тут, настороже.

Подвал завода представился освещённым и несмотря на общую нищету в городе, здесь довольно чисто и аккуратно. Йозеф взирал сквозь боковой второй каллиматорный прицел винтовки на убранные коридоры, под ногами покрытый трещинами чистый выметенный бетонный пол. Холодно-лунное освещение от протянувшихся вдоль потолка ламп тусклым светом «бил» по глазам, но смотреть можно. Справа и слева множество ржаво-железных или деревянно-распухших дверей, которые судя по всему служат либо жильём для рабочих, либо каморками, либо их предназначение давным-давно забыто. 

- Итак, какая нам нужна? – спросил Йозеф, ступая первым, держа оружие наготове. – А не нужно было сначала вывести всех? Обеспечить безопасность гражданских?

- Сейчас не до мер предосторожности! – крикнул Илларий. – Нам нужна дверь номер…

В противоположной стороне появилась пара мужиков в серых штопанных старых комбинезонах. Один резко водрузил трубу и направил её в сторону движущейся группы, приготовившись стрелять.

- Контакт! – крикнул Йозеф, когда увидел противника и открыл огонь, коридор на миг озарился светом, дуло осветилось вспышкой.

Хлёсткий звук винтовки едва не оглушил паренька. Пуля пробила горло сектанта, тот захрипел и завалился на спину всё же нажав спусковой крючок. Только вот снаряд угодил в стену рядом, и кустарная «граната» рванула во всю мощь. Куски металла и осколки искромсали второго отступника – плоть превратилась в лоскуты, кровь окрасила зелёно-серые стены в алый.

Йозеф рванул вперёд, желая спрятаться за ящиком с хламом, но оказался слишком опрометчивым – дверь за спиной скрипнула и оттуда вывалилась женщина, только добра это не несло. Все заметили в её руках дробовик, который она собиралась пустить в ход. Йозеф быстро развернулся и открыл инстинктивный огонь. Три пули пробили ногу и руку, девушка вскрикнула и завалилась, пронзительно закричав. Он подорвался, что было сил и подскочив за секунду, ударил прикладом по лицу. Раздался противный хруст, ногой парень подцепил ружье и откинул его.

«Проклятье», - почувствовал наёмник ком в горле. Несмотря на то, что он её не убил, а только вырубил, его претило и подтачивало, что ему пришлось напасть на беременную женщину. 

Кто-то попытался вновь атаковать группу, но вышедший вперёд Румо залил коридор впереди ослепительной очередью из пулемёта. Полдюжины скосило, как траву на жатве – они устлали собой пол. Стены стали бардовыми, «плюнули» бетонной крошкой. Капрал вышел вперёд и закрепился за ящиком, расчертив пространство ещё парой звонких очередей.

- Молодец, мальчишка, - хлопнул по плечу юнца Мазаэль. – Всё в порядке, ты поступил как необходимо, - старший следователь обратился к одному из сектантов. – Позови охрану, пусть арестуют эту женщину. Э’Гераль, веди!

Йозеф опустил винтовку, понимая, что больше вряд ли кто-либо не поднимет против них оружие, ибо противник увидел избыточную огневую мощь группы. «Очиститель» сделал пару взмахов руками и перед ним засияло светло-золотистое силовое поле, «полился» приятный тихий гул, а наёмники и воины Епископата двинулись увереннее, защищённые от удара из-за поворота.

Старший следователь минул пару переходов, всё ещё держа пистолет наготове. Спустя пару минут он нашёл необходимую комнатку, от которой уже драпала пара человек, пытаясь скрыться в глубине завода, но треск лучей и вспышки энергического оружия предваряли крик боли. Лучи поразили ноги, и беглецы пропахали носами пол, став истошно реветь.

- Организовать арест! – крикнул капитан. – Я же на осмотр!

Илларий оказался в небольшой комнатке, коих в заводе неисчислимое количество. Следователь понимал, что спрашивать документы на эту комнату – бесполезно, они утеряны и уже никто не помнит, чему она предназначена. Теперь тут оплот культа, логово секты, терроризирующей несчастный город.

- Хм, - шагнул старший следователь в край комнаты, где из жести и металла сварено нечто похожее на фигуру змея, выкрашенную в тёмно-зелёный цвет. Перед ней расстелен ковер, который придавлен довольно внушительной кафедрой.

«Вот Завет, который великий змей заключает со своими детьми», - прочел строчку раскрытой книги капитан. – «Будь хитёр и во всём слушай своего владыку. Подчиняйся иерархам своего культа и подготовься к великому очищению тела и души».

Вся логово культистов представляет истинный молельный дом. На длинных тряпках, которые развешаны на манер стягов и хоругвей, рисунки змей, из дальнего угла веет дымок от слабо дымящейся кадильницы. Гниющие и покрытые эрозией шкафы содержат «богослужебную» утварь – чаши из пластиковых бутылок, какие-то матерчатые куски, банки с непонятной жидкостью и засохшие «капли» благовоний. Под ногами доски разрисованными какими-то ящерицами и размалёваны письменами их вероучений.

Больше всего слугу прокуратуры привлёк большой стол, находящийся в другом углу. Судя по бумажкам, свечам, журналам и паре сосудов для химических лабораторий следователь понял, что это довольно важное место… возможно тут заседал глава культа. Приблизившись, он увидел на листах формулы, какие-то записки, а также… зарисовки в виде гулей и других мутантов вместе с отметками, связанные с ними.

- Ага, - упёр руки в бока Илларий, найдя что-то интересное в письме и став его тихо читать. – Адепты культа, направленные вами в святые лаборатории, прошли благие инициации и стали истинными сынами заветов с великим змеем. Теперь они служат святому делу Великого змея и его благословенного пророка.

Йозеф робко озвучил свою мысль:

- Стоит ли сказать, что эти «инициаты» могут отправляться в лаборатории для того…

- Чтобы стать гулями, - завершил Илларий, опустив письмо. – Да, всё может быть. Что-то подобное вы ведь уже видели? В тех лабораториях у Торичелла, не так ли? Я читал протоколы допросов и знаю, что там было подобное дерьмо.

- Вы считаете, что кто-то поставил производство гулей на поток? – с ужасом спросил Йозеф. – Но зачем кому-то идти на такое безумие?

- Пока что мы не знаем этого наверняка, - помотал головой старший следователь, осторожно приоткрыв ящичек стола, - пока что мы ничего не знаем, кроме того, что тут была ячейка секты.

- И что же мы будем делать?

Илларий убрал руку в карман и достал телефон. Пара тыканий в покрытый сетью трещин и сколов экран и перед ним светилась «книга контактов».

- Позвоню оперативникам. Нужно тут хорошо всё прошерстить и собрать. Во всяком случае мы напали на хороший след. Уверен, что здешние письма покажут, куда нанести следующий удар, - капитан поднял взгляд на символ змеи, в его глазах ясно виделся гнев, а яростный голос только довершил мысли о вспыхнувшей злобе. – Мы раздавим гадину, кусающую Таранто.

- Если вам нужны следы, - вмешался Э’Гераль, став рассматривать необычными глазами комнатушку, то я советую обратиться к лучшим-знатокам оружейникам, - «очиститель» подошёл к шкафчику, где лежал красивый револьвер со штампом в виде буквы «С». – Это символ мелкого оружейного завода, который просто так не продаёт своё оружие, - мужчина втянул полной грудью аромат благовоний, выдав ещё часть информации. – Интересный запах… низкокачественный ладан.

- Но кроме церквей никто им не пользуется, - заявил слуга епископа, перекинув оружие за спину. – Это слишком дорого, да и никакая церковь не продаст его. Кроме… слышал я, что в канализации есть люди, которые торгуют каким-то аналогом.

- Канализация, - зацепился Э’Гераль, принюхавшись к одной из тряпок и «священных сосудов», - кхе, ну и вонь. Смрад прям.

- Хм, - кивнул Илларий, - во всяком случае всё необходимо проверить. Нужно будет сообщить о результатах в штаб. Посмотреть, чего достигли другие оперативно-следственные группы.

- Не радует перспектива месить нечистоты, - фыркнул Румо, закинув пулемёт на плечо.

- Капрал, поверьте, впереди нас ждёт куда хуже, чем канализация и её смрад, - мрачно произнёс воитель Епископата. – Так что укрепите свою душу, помолитесь Господу, и готовьтесь к тяжёлым испытаниям.

[1] Синдикат «Тарантийская промышленность» - крупное промышленное образование, которое «правит» всей лёгкой и тяжёлой промышленностью Провинции, определяет цены, устанавливает нормы производства продукции и многие другие вещи. Правит «Синдикатом» два органа – Совет собственников и Президиум директоров, исполнительный. При этом управление экономики системой синдикатов и картелей – норма для юга бывшей Италии, только мелкие торговцы и малозначительные промышленники остаются вне внимания Синдикатов.

[2] Промышленные бароны – титулы в синдикатах, которые являются пожизненными. Выдаются высшими органами управления синдикатами и картелей. Баронами являются собственники-директора крупных промышленных объектов, которые имеют привилегии перед органами государственной власти и могут привлекать обычных граждан (не более 10 человек на 24 часа) для работ для нужд своего объекта. 

[3] Итал – часть фамилии, которая показывает принадлежность к коренным итальянцам, а так же принадлежность к промышленной знати.

[4] Второй совет Таранто – орган власти, состоящий из крупной буржуазии, утверждающий экономические директивы, распределяет права на промышленные объекты, делит государственные субсидии, а так же рассматривает вопросы о развитии. «Второй совет» состоит из крупных промышленников Провинции.