#Райтобер. День 26: И ты, Брут

Видео внучка выложила в четверг. Аркадий Семёнович узнал о нём от Тёмы.
— Семёныч, вы теперь звезда, — сказал Тёма и показал телефон. — Три тысячи просмотров.
На видео был он сам: в ванной, на краю ванны, с полотенцем в раструбе. Снято в щель двери. На первой же секунде труба сорвалась и закрякала, как утка. Это место внучка, видно, нарочно поставила в начало.
Под видео писали: «Дед жжёт». «Это в горсаду так будет?» «Утка вернулась».
Зуев посмотрел до конца, ничего не сказал и забрал у него ноты «Амурских волн». Сказал — переписать.
Подпись под видео Аркадий Семёнович не прочёл. Подпись была длинная, а мелкое без очков он читать не любил.

Это кризис романа про трубача. Его подвела внучка — та самая, с которой всё началось: отнесла трубу в ремонт, привела на репетицию, снимала каждую субботу. Так ему кажется. А в подписи, которую он не прочёл, могло быть что угодно. Например: «Мой дед шесть лет не брал трубу в руки. В субботу у него соло в горсаду. Приходите все». Этого автор пока не говорит. Может, не скажет никогда.

Сегодня пишем удар, которого герой не ждал: его подводит свой.

Строим роман: свой оказался чужим

После середины на героя начинают давить. Блейк Снайдер называет этот отрезок «Плохие парни наступают»: противник собирается с силами, а в команде героя идут трещины.

Удар от противника герой ждёт: на то он и противник. Больнее, когда подводит свой. Друг, родной человек, тот, кому герой доверял и кого сам когда-то выручал. После такого удара герою приходится заново решать, на кого он может опереться. И может ли вообще.

Угол: и ты, Брут

Сегодня вашего героя подводит свой: тот, от кого он не ждал удара. Предал он по-настоящему или герою только кажется — решать вам.

По преданию, Цезарь, увидев среди заговорщиков Брута, которого любил как сына, сказал: «И ты, Брут?» От других он, может, и ждал ножа. От Брута — нет.

Бывает и наоборот: своих подводит сам герой — и вдруг оказывается, что чужой теперь он. Такую сцену тоже можно писать

А Шпионка, участница «Пиши. Пиши!», предлагает подвох и называет его «псевдопредатель». Свой человек выдаёт врагу все секреты, читатель уверен, что это подлость, — а в конце выясняется, что он нарочно скормил врагам неправду, и только поэтому герои победили. Такой поворот срабатывает, только если его заложить заранее. Поэтому сегодня можно оставить в сцене одну деталь, которая с предательством не сходится. В ноябре решите, нужна ли она.

Примеры

Удары с той стороны, откуда не ждали.

Протокол.

«Его подводит стажёрка: отдаёт начальнику протокол, который он ей доверил»

Колесов положил перед ним протокол. Тот самый, с подписью Тамары Ильиничны.
— В отпуске, значит, — сказал Колесов. — Опрашиваешь.
Про протокол знал один человек. Рябов сам попросил стажёрку перепечатать его: у неё был принтер, а у него нет.
Стажёрка сидела в углу и смотрела в стол.
В углу протокола стоял синий штамп канцелярии: входящий номер, вчерашняя дата.
— Свободен, Рябов, — сказал Колесов. — Пока.

Песня.

«Его подводит певец, который сделал его героем: теперь он поёт другую песню»

На площади пел тот же певец, что вытащил его на помост. Песня была новая:
«…а где был твой меч, когда снег шёл стеной? Спроси у того, кто вернулся домой…»
Площадь слушала молча, и то один, то другой оборачивался на мечника.
Певец допел, поклонился и, проходя мимо, не глядя сунул ему в ладонь что-то маленькое и холодное.
Дома мечник разжал кулак. Это была пряжка, простая, медная. Такие носили в отряде Брама.

Звонок.

«Его подводит Ленка: сама звонит Светке»

Светка ждала его на кухне, в пальто.
— Мне Лена твоя звонила, — сказала она. — Сама. Номер у Мишки Федорцева взяла.
Николай поставил сумку.
— Голос хороший. Вежливая. Долго извинялась. — Светка застегнула верхнюю пуговицу. — Потом спросила, правда ли, что ты двадцать лет пьёшь кофе с молоком. Правда, говорю. Она сказала «спасибо» и повесила трубку.
Светка ушла к Гале, не взяв зонта. Николай достал телефон. Ленка была в сети. Новых сообщений не было.

Стажёрка, певец, Ленка. Каждый ударил героя туда, где тот не прикрывался. И каждый, может быть, хотел как лучше: штамп делает протокол законным, пряжка ведёт к Браму, а вопрос про кофе — к правде, которую Николай сам себе не говорил. А может, и нет. Это решите вы.

С нами пишут

Мои гости из прошлого тоже узнали, каково это — когда подводят свои. Напомню: это не цитаты, а моя фантазия о том, как они могли бы выполнить задание.

Гоголь.

«Его подводит собственный кучер: в день, когда надо бежать из города, бричка не готова»

Утром Павел Иванович велел закладывать: из города надо было уезжать, и чем скорее, тем лучше.
Селифан почесал в затылке.
— Оно, конечно… того… чубарого бы перековать. И колесо, барин. Шина, значит. Я ж вам, барин, говорил…
— Когда ты мне говорил?!
— Вчерась говорил. Или, может, третьего дня. — Селифан подумал. — Кузнецы, опять же. Кузнецы — народ такой.
Выходило, что до завтра никуда не уехать. А до завтра в городе могло случиться что угодно.

Толкин.

«Бильбо оказывается предателем: тайком отдаёт Аркенстон врагам»

Бард развернул тряпицу, и камень засиял так, что гномы на стене зажмурились.
— Аркенстон! — Торин вцепился в камни стены. — Откуда он у вас? Кто посмел?
— Я, — сказал Бильбо. Голос у него дрожал, но за чужие спины он не отступил. — Это моя четырнадцатая доля. Я её отдал.
Торин схватил его и затряс так, что у хоббита застучали зубы.
— Ты! Вор! Взломщик! Мы тебя наняли…
Бильбо молчал. Объяснять, зачем он это сделал, было уже поздно.

Ремарк.

«Меня подводит Мюллер: у постели умирающего Кеммериха он думает о его сапогах»

Мы пришли к Кеммериху в лазарет вчетвером. Он лежал белый, и одеяло было плоским там, где должна была быть нога.
Мюллер сел на край койки и всё смотрел вниз. Под кроватью стояли сапоги Кеммериха — английские, мягкие, из жёлтой кожи.
— Франц, — сказал Мюллер, — сапоги тебе теперь всё равно ни к чему.
Мне захотелось его ударить.
Санитар в дверях тоже смотрел на сапоги. Мюллер заметил это раньше меня.

«Нерасторопный кучер, хоббит, который подвёл своих ради мира, практичный Мюллер. Подводят не обязательно со зла. Но тому, кого подвели, от этого не легче

Задание

1. Напишите сцену, в которой вашего героя подводит свой: тот, от кого он не ждал удара.

Объём: 1000–2000 знаков. Три-пять абзацев, одна сцена.

В сцене нужны четыре вещи:

1. Свой: человек, которому герой доверял.
2. Удар: свой делает то, что бьёт по герою больнее всего — именно сейчас, после середины.
3. Минута, когда герой понимает, кто его подвёл.
4. Одна деталь, которая с предательством не сходится. Пусть пока лежит в сцене молча.

Это упражнение. В ноябре удар может прийти от другого человека или в другой главе. Сегодня важно понять, кто рядом с героем может его подвести.

Где взять своего: перечитайте карту и сцены. Кто был рядом с героем все эти дни? Кто помогал ему с первой попыткой, кто видел точку невозврата, кто радовался на середине? Чаще всего удар приходит именно оттуда.

Если свой не придумывается:

Жена · Сын · Лучший друг · Ученик · Напарник · Сосед · Старый учитель · Тот, кого он выручал · Собственное тело

Проверьте сцену:

Удар приходит от чужого: от противника, начальника, случайного человека.
Автор тут же объясняет, что предательство ненастоящее.

Понятно, почему этот удар больнее, чем удар врага.
У того, кто подвёл, есть причина — даже если герой её не видит.

Дополнительные приёмы. Как всегда, можно взять, а можно не брать. Выберите один и вплетите в сцену:

— Ложный след. Поступок показан, а причина — нет, и читатель додумывает худшее: внучка выкладывает видео, где у деда срывается нота.
— Главное сказано вскользь. Самое важное проскакивает мимоходом: «Подпись под видео Аркадий Семёнович не прочёл».
— Сухая справка посреди драмы. Посреди обиды — канцелярская подробность: «В углу протокола стоял синий штамп канцелярии: входящий номер, вчерашняя дата».
— Речь, которая спотыкается. Человек мнётся, потому что виноват: «Оно, конечно… того… чубарого бы перековать».

Сам поворот «псевдопредатель» — из коллекции Шпионки, участницы «Пиши. Пиши!».

2. Строчка в карту романа. Допишите: «Его подводит…» Например: «Его подводит внучка: выкладывает в сеть видео, где у него срывается нота» (если герой сам кого-то подводит, то напишите «Герой(-иня) подводит...»). Запишите эту фразу себе — в тетрадь или заметки.

Куда писать: в комментарии под этим постом. Там оставляем задания, поддерживаем тех, кто написал, и общаемся. Разбирать и поправлять чужие тексты не надо. Строчку из карты выкладывать не обязательно.

Поехали. Завтра — день двадцать седьмой: дно. Герой потеряет то, что казалось ему главным.

Все задания райтобря по хэштегу: #райтобер26максаридда