Как врать себе без вреда для окружающих

Среди советов Брендона Сандерсона есть один особенно хороший: чтобы легче было убрать линию или героев, соврите. Соврите себе, что непременно найдете им место в другом произведении, или в этом, но позже, или в другом цикле. Потому что место никогда не найдется, но в моменте вырезать будет легче.

У меня в «Мицене» под нож пошла целая линия, которая давала еще один сюжетный скачок, но я заподозрил, что она лишняя. Бета-ридеров к этому моменту укачивало (об этом же говорит и новая рецензия, но, замечу, могло быть гораздо хуже). Я тогда пообещал себе, что наделаю из вырезанных кусков рассказов, и, конечно, этого не сделал.

Поэтому сцену голосования Ордена мицелия, совета, который управляет другим грибным планетоидом, положу в блог. Как будто я себе не совсем наврал. 

Поскольку люди, живущие на Боевых лисичках, немного викинги, процедура соответствующая.

Помещение для заседания Ордена мицелия пришлось вырастить специально. Помещение требовалось плотное и упругое, потому что при разногласиях члены ордена принимались метать друг в друга тяжелые именные печати. И мицелий при этом не должен был страдать.

Каждая печать напоминала здоровенную перечницу с круглой верхней частью, на которой выбивали имя владельца. Лисички гордились неубиваемостью печатей: те, даже многократно прилетев в стену или чью-то голову, не теряли оттиска.

И сейчас вокруг стола шел ожесточенный спор, который грозил перейти в печатеметание. Члены Ордена мицелия не могли договориться, можно ли считать помощь Мицене жизненно важным вопросом. А без этого не могли приступить к голосованию.

— Я считаю, что Мицене мы ничем не обязаны. Да и зачем она нам? Ну подумаешь, еще один грибной планетоид! К тому же заработанного на вашей дурацкой игре должно хватить на любые взятки, — кипятился Рапс.

— Ничего мы не заработали, — прогудел Анчоус. — Едва окупили разработку и рекламную кампанию.

— Но заработаем же! — не унимался Рапс.

— Заработаем, — кивнул Тор. Он курировал игру и продавил ее через такое же сопротивление. — Только в прошлый раз нам не хватило и двух миллионов кредитов. Растворились, как соль в кипятке. 

— Просто соли было мало. Было бы много, не растворилась бы, — буркнул Лим.

— О том и речь, — подхватил реплику Тор. — Не в деньгах дело. Никаких кредитов не хватит. И чем больше союзников, тем лучше. Нужен убедительный скандал, и для этого нужен Скотт. Он был на Понте-8, и, между прочим, без него мы не смогли бы получить Вила. 

— За Вила ему спасибо, конечно. Так давайте и помогать лично Скотту! Зачем нам вся Мицена? — воскликнул Рапс.

— В этом и фокус, — ухмыльнулся Анчоус. — Скотт хочет жить на Мицене. А ее хочет сожрать ОЗС.

— Я не понял! — возмутился самый молодой Пумперникель. — Давайте просто заберем его к нам. Что мы ему, ячейку не вырастим? Хороший человек, деятельный. Нам такие нужны.

— Место в Ордене тоже отдашь? Свое, например? — Анчоус встал и оперся на стол для убедительности. — У себя он старейшина!

Пумперникель замялся. Место в совете ему было дорого.

— Тем более что Скотта от нашего замеса с ОЗС не оторвать. В прошлый раз нам никто не поверил, а теперь есть человек, который сможет всё подтвердить.

— Я не хотел бы, чтобы мы упирались в Мицену… Она нас отвлекает, — нашелся с ответом Пумперникель.

— От чего она нас отвлекает? Да мы и не упираемся. А занимаемся своим делом. Например, только что узнали, что Скотта хотят видеть на парламентской сессии через месяц. И, чтобы его замотивировать, нам надо метнуться на Деметру.

— А нельзя без этого? Пусть он просто приедет и выступит? Ему жалко, что ли?

— Видишь ли, — хмыкнул Тор. — Скотт приедет. Я уверен. Если его раньше не убьют.

Над столом повисло молчание. Что кто-то, кроме них, может устранять соперников таким образом, бывшим гаммовцам в голову не приходило. Они считали себя самыми отмороженными в секторе. 

— А давай его предупредим! Пусть будет осторожен, — радостно предложил Пумперникель.

Анчоус злобно метнул свою печать в Пумперникеля, тот вскочил и бросил свою в ответ. Но если Пумперникель планировал попасть Анчоусу в голову и промахнулся, то его соперник сразу рассчитывал на рикошет, зная, что противник не усидит на месте. И на отскоке печать приложила Пумперникеля по затылку.

— Но-о-о! Но-о-о! Но-о-о! — запели члены Ордена, принуждая прекратить метание. По правилам, кидаться можно было только своей печатью, а сейчас обе валялись на противоположных сторонах стола от своих владельцев.

— Анчоус! Ты победил! — возвестил Тор. — В следующем раунде у тебя два голоса вместо одного. Голосуем.