Вчера бегло просмотрел финал "ТББ" и вышедшие серии "Полудня"...

То, что это говно, разумеется, в дополнительной констатации не нуждается. И я не собирался продолжать и развивать первичные впечатления. Но ... как обычно, захотелось не просто оценить масштабы катастрофы, но и попробовать выделить некие "конструктивные элементы". Примерно так же я смотрел финальный сезон Гомотрона - с иронией, да, но и практическим любопытством - "почему?". 

Людям, даже очень плохим, все же редко свойственно делать некую работу по принципу "специально сляпаю как можно хуже", как правило они все-таки стараются сделать хорошо - но в своем понимании. Эту "парадигму" определить интересно как с точки зрения чистого любопытства, так и в проф.целях. Не устаю повторять, что плохие произведения/решения способны дать автору зачастую больше чем успешные. "Как не надо" - такой же источник знаний. Например "Лост", который накрепко вбил мне практическое понимание довольно простой и в то же время неочевидной вещи: начиная историю, всегда надо представлять основные реперы ее развития и ясный, хорошо обозначенный финал.

Так вот. Нынешние экранизации АБ_Бразеров конечно же отвратительны от того, что просто время такое. Убогий реквизит, плохие актеры, позорное кумовство и все остальное, что уже нам привычно - это приметы грустной эпохи. Смычка города и деревни нетребовательного зрителя и халтурщиков, которые используют проект как повод скататься в загранкомандировку. Кажется это называется "петля положительной обратной связи"

Но я бы отметил особо, что здесь мы видим не просто воровскую халтуру, вернее сказать, не только ее... 

Что такое "ТББ" и "Жук"?.. Вообще у Бразеров в их лучших произведениях все строилось по канону хорошей производственной драмы, то есть "правда против правды". Даже если имеется четко обозначенная "плохая" сторона, ее представитель может ясно, исчерпывающе показать свою позицию, за которой тоже стоит некая истина. С ней можно не соглашаться, но ее можно отстаивать. В предельном выражении: противостояние "Красных" и "Белых". Или принципиально безответный вопрос: "стоила ли советская модернизация столь ужасающих жертв?".

Причем в книгах эта дихотомия не всегда проговаривалась открыто, зачастую до нее со временем "дорастали". Тот же "ОО". Сначала его, обычно, воспринимали как ураганный боевик с финальной победой добра. После читатель доходил до идеи, что "все не так однозначно". А если копать еще, то можно было пройти по кругу и прийти к мысли, которая гениально выражена буквально несколькими кадрами в экранизации (убогой, разумеется, однако по сравнению с нынешними - вообще то даже и ничего...). Момент, когда один победивший ребел поднимает шарик Папы, а второй аккуратно ставит на место перевернутую фигурку мозгопромывательной башни. 

 Зеф сморщился и плюнул, а Вепрь грустно ответил: 

- Потому что большинство в штабе надеется когда-нибудь захватить власть и использовать башни по-старому, но для других целей. 

- Для каких - других? - мрачно спросил Максим. 

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Зеф, отвернувшись, старательно заклеивал языком сигарету.

Безотносительно отношения к обсуждаемым книгам (кстати, пересмотрев критику Клайма Жукоу, я убедился, что Ссаныч по крайней мере ТББ не читал), указанная неоднозначность имеет место быть. Причем если относительно "Бога" еще можно спорить, то в "Жуке" моральная неопределенность Ignoramus et ignorabimus возвышается как янтариновый обелиск. И Сикорски, и Бромберг стояли на железобетонно твердом основании моральной правоты - при невозможности опрокинуть чистой логикой убеждение оппонента. 

Кстати, я за "Герцог" двадцать шестого калибра потому что. Но при этом я также вполне могу надеть парик адвоката дьявола и аргументированно отстаивать позицию Бромберга, потому что и она понятна, логична, верна с позиции гуманиста и коммунара.

Так вот, еще раз проговорим этот момент.

Бразы очевидно весьма переоценены, и культ вокруг них возведен на довольно зыбком основании. Но А_и_Б были хорошими писателями, которые писали (до определенного момента) очень хорошие книги. А хорошими эти произведения делали, в числе прочего, очень сильные аспекты моральной неоднозначности. Когда авторы ставили перед читателем предметные, острые вопросы без категоричных ответов. Точнее с ответами, которые были напрямую завязаны строго на личные качества, мировосприятие, мораль читателя.

К чему была столь долгая преамбула? Ради того, чтобы констатировать очевидный теперь (надеюсь) факт.

И для "Трудно быть...", и для "Жука" описанные выше моральные неоднозначности были стержнем сюжета, позвоночным столбом, который связывал все элементы повествования. Эти книги просто не существуют без Морали. Причем высокой морали коммунаров, людей, которые по определению лучше, добрее нас сегодняшних.

Поэтому адекватная адаптация Брозеров предполагала аккуратный перенос Моральной Дилеммы. Она не обязательно должна быть коммунистической, она может быть даже росатомовской (кстати, интересно, за это платили или тварцы достали языком по самые гланды сугубо на добровольных началах?). Но здесь неизбежно должны столкнуться две Правды-Истины, каждая из которых надлежащим образом мотивирована - без однозначного и "правильного ответа". Ведь ответ может/должен дать исключительно зритель - самому себе. А потом разумеется идти в соц.сети, споря, отстаивая, умножая индекс цитируемости  

И...

Вспоминаем регулярно цитируемые мной "Пять правил главного героя", по которым давно уже работает вся индустрия:

1. Герой - бедный, гонимый, голый на высокой скале.
Он один на ледяном ветру. Его цель поначалу кажется зрителю недостижимой. Но герой преодолевает все препятствия и достигает цели.
2. Цель у героя всегда одна, и она не меняется на протяжении всего сценария.
Целей четыре, на выбор:
- спасение;
- любовь;
- месть;
- деньги/богатство.
Цели всегда личные. Герой не может сражаться за родину, не может отправиться на Кубу, чтобы совершить революцию, не может свергнуть Временное правительство, чтобы издать декрет о мире, таких целей у главного героя быть не может. То есть, конечно, он может делать что угодно по ходу действия (сражаться за родину, за свободу Кубы, за права рабочих), но только чтобы достичь своей личной цели.
Хороший сценарист пытается любую из целей свести к любви. Иначе говоря, у хорошего сценариста главный герой, как правило, имеет целью ЛЮБОВЬ (к человеку, не к родине, не к родному городу, березкам, пенатам).
Завязка сценария заканчивается в тот момент, когда герой определяет свою цель (или эту цель определяет зритель, а герой декларирует ложную цель и прозревает позже).
3. У героя должен быть смертельный недостаток (то есть такой недостаток, который смертелен, невозможен с точки зрения остальных персонажей; это недостаток, с которым герой больше не может жить, как раньше жил).
4. Герой никогда и ни с кем не соглашается. Еще раз, для спорщиков: никогда и ни с кем.
5. Герой совершает только лишь судьбоносные (необратимые) поступки.
Эти правила абсолютны и нерушимы. Если вам захочется нарушить хотя бы одно, знайте, вы проиграете.

То есть зритель туп, глуп и неспособен осознавать/воспринимать что бы то ни было, выходящее за рамки самых простых, примитивных и близких мотиваций. История, построенная на некой высокой цели/идеале, до современного смотрителя не достучится. Поэтому все не просто может, но обязано быть сугубо личным. И предельно упрощенным. "Булочка, трамвайчик", "За себя и за Сашку!" - это вот оно самое.

Таким образом, сценаризды оказались в неразрешимом корректным способом противоречии. Им пришлось адаптировать для экрана истории "про мораль" - но категорически без морали. То есть печь торт, который рецептурно должен быть на муке - но без муки. Но чтобы торт. 

И тварцы решительно превозмогли, заменяя ключевой ингредиент чем и как сумели. И разумеется гордятся проделанной работой, потому что с их точки зрения она мастерская - вышло ведь по итогу нечто кондитерское, хотя бы формально. 

Очень поучительно, я бы сказал. И очень наглядно.