Слова-паразиты?

Однажды, общаясь со своим другом - писателем, поэтом-бардом - обратил внимание, что у него часто мелькает в речи "Это, как его?" - типичный паразит, причем не слово, а целое словосочетание. Мы разговорились на эту тему и в процессе разговора родилась идея эссе на тему "слов-паразитов". Размышляя над темой, я осознал, что "паразиты" - не совсем паразиты. Здесь можно привести аналогию с бактериями в человеческом организме - их в каждом из нас около 5 кг, и если их вычистить, то мы умрем - они необходимы для нормального обмена веществ. Неосознанно повторяющиеся в повседневной речи слова и словосочетания тоже выполняют свою функцию - я бы сравнил ее с ролью ферментов в обмене веществ. Мы никогда не разговариваем литературно-правильно, функция общения шире правил, некоторые цели общения не достижимы правильным и выверенным языком. Кроме того, мы живые люди со своими особенностями и т.н. "слова-паразиты" - я заменил этот уничижительный термин в эссе на "слова-ферменты" - является закономерной частью нашей личности,  отражающейся в речи. Попытка насильственно исправить это путем инструкций по правильной разговорной речи без изменения внутренних причин выглядит слишком поверхностной. С другой стороны, получается "Скажи мне, какие слова-ферменты ты используешь и я скажу, кто-ты". Вот несколько интерпретаций самых распространенных ферментов, которые основаны на моих личных наблюдениях.      

  Э-э-э, Ну, Это... (капсулы времени) 

  Эти слова рождаются и оживают как в официальной обстановке, например, при публичном выступлении или интервью, так и в частной беседе, с человеком, может быть достаточно близким, но не слишком. Может показаться, что эти ситуации необычны. Но здесь речь идет именно о тех людях, для кого публичные выступления, интервью или беседы - это работа или обычное дело в жизни.

  Э-э-э - "болезнь" студентов, преподавателей, политиков, спортсменов, звезд эстрады (в меньшей степени). Произносимое через каждое слово или пару слов, может сделаться почти незаметным фоном речи. Иногда у слушателя возникает искреннее желание помочь человеку родить нужное слово. И он помогает. Попробуем разобраться с внутренним смыслом этого, казалось бы, совершенно бессмысленного звука. Человек попадает в ситуацию, в которой должен говорить что-то от себя, незаученное наизусть. На спуск в "свои глубины" требуется время - одним больше, другим меньше. Казалось бы, чего проще сказать: "Подождите, сейчас подумаю, немного". И понятно, и на слух звучит приятно. Но... Во-первых, если погружение требуется делать часто и оно занимает достаточно большое время (даже если несколько секунд), то все выступление превратится в сплошную фразу: "Подождите, сейчас подумаю немного", перемежающуюся лаконичными отступлениями по существу дела. Кроме того, не у каждого человека хватит мужества признаться другим в том, что на свете есть вещи, над которыми ему нужно задумываться больше чем на мгновение. Но есть еще один вариант - не тратить энергию на "э-э-э" и просто думать молча. Но тогда пропадает связность речи. Так подсознание находит узкую тропинку между внешним эффектом и "медленной" работой сознания. Вместо речи оно выпускает на слушателя нечленораздельный звуковой поток, который, как кажется человеку (правда, иногда только ему самому), продолжает его речь. На самом деле, он продолжает иллюзию речи. Ведь слушателю ни на секунду не покажется, что в "э-э-э" он слышит шум моря, оперу "Кармен" или хотя бы протяжную песню степного акына. Этого не покажется и самому говорящему, если он хотя бы на секунду переключит свое внимание вовне. Но он сейчас занят, а за него говорит его подсознание, т.е. глубинная часть души. В звуке "э-э-э" подсознание выражает вовне свой защитный рефлекс против не полной подготовленности или не полной компетентности сознания говорящего. Дальше все очень индивидуально. Есть еще один вариант "э-э-э" - более продвинутый, когда говорящий умеет подсознательно говорить. Сознание ищет информацию, а подсознание выдает ничего не значащие и ни к чему не обязывающие фразы типа: "Это, действительно, очень интересный вопрос!", "Что конкретно вы имеете ввиду?", или даже очень профессионально и умно, например, вот так: "Вы знаете, как это вам не покажется странным, ваш вопрос, рассмотренный в разных аспектах, готовит почву для новой постановки самой сути данной проблемы", хотя информации здесь ноль и грамматически фраза построена неправильно. Хорошо, если это - только капсула времени, а дальше последует ответ. Часто бывает так, что это и есть "ответ". Самый простой способ преодолеть конфликт между подсознанием и сознанием в этой обстановке - готовиться к выступлениям. Другой вариант, более кардинальный, - задаться вопросом о смысле своей работы или, может быть, даже, жизни.

  Ну - слово-фермент, свойственное школьной или студенческой аудитории. Этот фермент выполняет, по меньшей мере, две функции. Первая - это хоть и маленькая, но, все же, капсула времени. Вторая перекликается с одним из обычных смыслов этого междометия - призыв к продолжению действия. В данном случае, этот призыв подсознание обращает к сознанию. Можно сказать, что это слово составляет суть коротенькой аутогенной тренировки, нацеленной на повышение активности сознания в данный момент. В этом смысле "Ну" - честнее, чем "Э-э-э". Правда, оно менее эффектно внешне. Если в "э-э-э" речь "расплывается", что, в общем, не так нервирует слушателей, то на частых "ну" она просто "спотыкается". Это, как правило, вызывает негативную реакцию слушателей и руководителя процесса. Интересно также, что у взрослых - преподавателей и учителей, это слово встречается заметно реже. Более того, в речи учителя или преподавателя такое слово звучало бы очень неестественно. Конечно, играет роль и многолетняя практика, но, кажется, в слове "ну" есть еще одна сторона - обратная сторона всякого понукания - скрытое чувство вины перед самим собой и перед слушающими. Лошади кричат: "Ну!" и бьют ее кнутом. Здесь слово "Ну!" действует как удар кнута в обратную сторону, потому что в качестве лошади выступает сам говорящий. Говоря через каждые 2-3 слова "Ну", он сыплет себя ударами, сам того не замечая, причем на виду у всех. Отсюда уже можно сделать небольшой вывод: слова, даже самые короткие и бессмысленные, могут иметь далеко идущие последствия.

  Это - За этой капсулой времени часто скрываются две вещи - чувствительность и доброта. Это слово как фермент употребляется больше в общении между довольно близкими людьми. Когда человек что-то предлагает другому (помощь, совместное действие), он входит в пределы его личного пространства. Как человек чувствительный, произносящий понимает это, а как добрый - пытается компенсировать это тем, что немного растягивает процесс во времени. Странно, но люди с таким словом-ферментом, действительно очень добродушны и просты. Мы, пожалуй, не в состоянии проследить здесь всю систему связей одного с другим. Новый аспект у этого фермента появляется, если на слове "Это" сделать акцент как на имени. Человек, думая о чем-то или вспоминая, называет то, что пытается вспомнить именем всего неопределенного - "Это". Произнося это имя, он как бы уже изначально овладевает "Этим", несмотря на то, что "Это" остается еще где-то в глубинах сознания или памяти. Такой человек, по существу, - словесный маг. Он рождает с помощью волшебного слова "Это" конкретные образы, мысли и идеи, которые в мире сознания суть то же, что вещи в обычном мире. Если "Это" управляет океаном идей, то "Это самое" - гораздо приземленней и скромнее по своим возможностям... 

   
  Значит, Так, То есть (смысловые вешки)

 
  Человек, исследующий незнакомую территорию, ставит на своем пути опознавательные знаки, чтобы не заблудиться и не кружить на одном и том же месте. Такие же метки или вешки нужны и на неизвестной территории в мире мыслей и идей. Слова-ферменты этой категории и являются такими вестовыми столбиками на пути сознания, движущегося от одной мысли к другой.
 
  Значит - "болезнь" школьников и студентов при ответе у доски. Эту вешку у них можно сравнить с костылем, который помогает ходить по зыбкой для них почве. Частые зарубки на своей речи в виде слова "значит", скорее всего, свидетельствуют о том, что смысл то и дело "убегает" от их внутреннего взора, а значит, как следствие и из речи. Попытка найти его с помощью слова "значит" похожа на магическое заклинание. Вникнем в первоначальный смысл слова "значит". Корень его - "знач", т.е. происходит от существительных "знак" или "значение". Хотя и не то же самое, что смысл, но где-то близко. Значение - это, как бы, знак, символ, отражение смысла. Сам смысл - понятие надвербальное и научно-рационально неуловимое. Но значение (слов) можно передать с помощью других слов или символов. Значение - посредник между словом и смыслом. Поэтому, чтобы обрести потерянный смысл слов, можно попытаться решить сначала более скромную задачу - обрести значения слов, а через них и смысл. Слово-фермент "значит", в этом смысле, похоже на слово-фермент "ну": оно "подстегивает" поиск значения, так же как "ну" подстегивает вообще любые действия. Иногда "значит" пробивает - и тогда речь восстанавливается вместе с ее смыслом. Иногда несколько "значит" подряд звучит тщетно - смысл ушел далеко и, на данный момент, безвозвратно. Кроме, всего прочего, если дело происходит у доски или во время выступления, "значит" - это еще небольшая капсула времени. В спокойной обстановке - обсуждении, беседе, споре остается только роль смысловой вешки. С помощью нее собеседники как будто пытаются пригвоздить ускользающий смысл к одному месту в поле своего сознания.
 
 
  Так - "слово-гвоздь", забиваемый после некоторой паузы для того, чтобы рассеять поток сомнений и бесплодных размышлений о чем-либо. Слово звучит слово выстрел: у того, кто говорит, оно мобилизует волю к решительным действиям. Для того, кто слушает, оно означает волевой конец всяких колебаний собеседника и его переход к действиям, может быть даже враждебным. Очень часто подсознательно используется людьми слабыми в ситуациях, когда они по долгу службы или обстоятельств вынуждены брать ситуацию в свои руки (пожилые кондукторы в общественном транспорте). Люди решительные с сильной волей используют его нечасто, пожалуй, лишь тогда, когда их сильный характер имеет неуравновешенную долю наглости или гордости. В этом случае это слово в их устах имеет смысл: "Будет так!" и действует на собеседника как внезапный удар мечом. Редко это слово-фермент может иметь параллельный смысл капсулы-времени, например, у студентов на экзамене: своим "Та-а-ак!" они не только забивают смысловую вешку в потоке своих мыслей, но и пытаются оттянуть начало своего ответа и усиленно думают. Встречается еще благородное короткое и быстрое "Так!", которое слушающий собеседник вставляет вместо ответа после каждой фразы говорящего. Оно означает, что порции информации воспринимаются с пониманием, как правило, с расположением и стимулируют собеседника к продолжению своей речи. Вешка "Так!" в целом чаще используется женщинами, чем мужчинами (за исключением последнего смысла).
 
  То есть (то бишь, тоись) - вешка "возврата", проявление внутренней борьбы с собственной неуверенностью в том, что говорящий сам говорит. Человек, употребляющий через каждое предложение свое "то есть" подобен несмелому путешественнику, который пустившись в путь, то и дело оглядывается назад: А может вернуться? А туда ли я иду? А все ли я взял с собой из того, что нужно? Также он напоминает художника, который, рисуя чей-то портрет и по мере своего рисования неотрывно всматриваясь в него, постоянно меняет свой замысел о фоне, настроении, форме линий лица и т.д. и делает свои изменения прямо на ходу. Человек, своим частым "то есть", как будто, каждый раз отказывается от своих предыдущих слов и снимает с себя всякую ответственность за них. Но по мере говорения чувствует, что, пожалуй, опять сказал слишком много и ответственность снова начинает давить на него тяжким грузом. Тогда следует очередное "то есть". Очень часто это слово можно услышать на экзамене от студента, который, во что бы то ни стало, пытается ответить не так, как он сам думает, (он может быть вообще по данному вопросу ничего не думает), а так, чтобы преподаватель остался довольным. В этом случае его "то есть" еще напоминают своеобразное "прощупывание" преподавателя:
  они, фактически, разделяют разные варианты ответа, во время которых студент пристально следит за мимикой лица преподавателя и его репликами. Иногда это "то есть" может разделять прямопротивоположные ответы: понимай его как "ну, конечно, именно это я и имел ввиду". Иногда "тоись" выступает как словесное прикрытие откровенного вранья, то есть как инструмент самоуспокоения собственной неспокойной совести. Не случайно, что фермент звучит именно как "то есть", а не как, например, "это есть", хотя речь идет о том, что прозвучало сейчас, только что. Превращая "это" в "то", человек отдаляет от себя только что сказанное и начинает говорить уже про настоящее "это", которое через пару предложений снова оборачивается "тем".
 
 
  Так сказать, Как бы,  Типа (флажки условности)
 
  Актуальные слова-ферменты этой категории отражают определенный и довольно распространенный тип современного мировоззрения. Его можно называть по-разному: релятивизм, соцмодерн, масс-культура и т.д. Суть одна: современный человек потерял абсолютные жизненные ориентиры и это не может не проявляться в его мыслях и в его речи.
 
  Так сказать - вынужденная "заразная болезнь" интеллигенции советского периода. Корни этого фермента, по всей видимости, те же, что и корни эзопова языка: в советское время о многих вещах было не принято говорить прямо вслух. Этот фермент незаметно настраивает слушателя на ту или иную разновидность аллегории, намека, иносказания и т.п. В этом случае, следующая за "так сказать" часть фразы волшебным образом приобретает некоторую долю условности. Постепенно "так сказать" стало практически неизменным атрибутом "академической" (так сказать, советско-схоластической) речи, звучащей с высоких кафедр или экранов телевизоров. Условность здесь отходит уже на второй план, а на первый выступает некоторый элемент смакования собственных слов: обилие "так сказать" становится похожим на сияние граней бриллианта, который, на самом деле, может оказаться и подделкой - простым стеклом. И все же, элемент условности здесь еще остается - ведь речи с кафедры или с экрана телевизора оставляют на плечах говорящего определенную ответственность за свои слова, поэтому постоянная легкая примесь условности в этой ситуации вполне объяснима. Иногда, за это "так сказать", говорящему удается спрятать странные, грубые, крайне маргинальные или даже запрещенные вещи - все сойдет, если подается под знаком условности. Без "так сказать" такие вещи прозвучат слишком грубо, слишком вызывающе или слишком глупо. Так обстоят дела с этим ферментом у старшего поколения. У молодых людей чаще используется сокращенная форма "тык скыть". Это, отчасти, - пародирование старших, отчасти атрибут речи, содержащей не слишком прикрытую вполне дружелюбную иронию речи, обращенной к собеседнику (например, девушки к парню: "А где, тык скыть, цветы и серенады при луне?").
 
  Как бы - повальная "заразная болезнь" и молодых и средних и пожилых, распространившаяся, по моему мнению, от москвичей. Очень символичный для нашего времени фермент, один из немногих, которые специально обсуждались в прессе ввиду их тотального распространения. Дело в том, что, так называемый, "период становления рыночной экономики" в России, сопровождался кардинальным испытанием на прочность ориентиров и ценностей времен советского периода. Суровая действительность переходного периода обнаружила катастрофическую несостоятельность многих из них. Взамен, кроме менеджмента, мерчендайзинга, аудита, бизнес-планов и прочей западной "требухи", этот период нам ничего не принес. Ничего, в смысле не для дела и заработка, а для души. В таком положении у русского человека возникает вечная альтернатива двух крайностей: абсолютизм и релятивизм. Первое на практике трансформируется в различные виды религиозности, второе - в мировоззрение типа "как бы". Крайние полюса этих альтернатив встречаются, конечно, редко. Чаще получается некоторая смесь того и другого, которая, впрочем, не застывает в законченной форме, а эволюционирует с течением времени. Сейчас разговор пойдет про ту нашу половину, которую выражает фермент "как бы". Этот фермент удивительно прилипчив и употребляется чуть ли не через слово. Во-первых, он выражает субъективную зыбкость и призрачность нашего бытия. Все вокруг и даже внутри нас "как бы" и нет ничего настоящего и постоянного. "Как бы" употребляется перед существительными, глаголами, прилагательными и даже местоимениями ("Кто выполнял эту работу?", "Ну, как бы, я") и выражает глубину нашей неутвержденности ни в чем: мы "как бы" живем и одновременно "как бы" не живем (что, впрочем, "как бы" одно и то же). Второй смысл "как бы" имеет более приземленный психологический оттенок: человек боится или просто не желает высказывать свои подлинные мысли по поводу разговора и "честно" дает понять, что его слова не следует принимать всерьез. Кроме того, собеседнику предлагается определенный шаблон дальнейшего общения: ничего серьезного, никаких серьезных мыслей, давай просто поиграем в разговор как дети в песочнице. Если собеседник принимает шаблон, он тоже включает свое "как бы", если продолжает "давить на мозги" своими серьезными мыслями, то первый собеседник уходит в глухую защиту своего "как бы": все сводится в шутку и люди начинают, буквально, говорить на разных языках. Третий смысл, неразрывно связанный с первыми двумя, - уход от ответственности за свои слова. После "как бы" можно спокойно говорить все что угодно, - все равно ведь все понарошку. Четвертый смысл связан с определенной методикой подстроиться под собеседника: "как бы" сопровождает пробную фразу, которая нужна для того, чтобы понять как к ней отнесется собеседник. Если нормально, то дальнейший разговор может продолжаться без "как бы" до тех пор, пока снова не возникнет необходимость в разведке. Если не очень нормально, то разведка с помощью "как бы" продолжается. Интересно, что молодежь употребляет "как бы", в основном, в первых двух смыслах, а более старшее поколение, в основном, - во вторых двух. Скепсис к миру у молодежи постсоветского периода, выражающийся ферментом "как бы", возник, вероятнее всего, после несварения "морально устаревших" ценностей взрослых: родителей, учителей, наставников.
 
 
  Типа (того) - еще один современный фермент из того же разряда, что и "как бы", но степень релятивизма здесь меньше за счет того, что отсутствует глагол "быть". Типичное употребление этого фермента: берем любое слово - существительное, глагол, прилагательное, прибавляем к нему спереди "типа", получаем уже нечто новое, иногда звучащее очень забавно: "Типа, поели", "Типа, машина", "Типа, красивая (о девушке)". Если цель "как бы" - сделать все ненастоящим, то цель "типа" - надо всем посмеяться. Иногда побуждающий мотив к этому - элементарная зависть или желание скрыть свое раздражение. Доноры этого фермента - люди молодые, умные и образованные и их "типа" - это тоже своеобразное (ироничное) отношение к миру. В нем просматривается желание показать, что на все жизненные ситуации у человека есть свой взгляд, который укладывается в некую, нарочито примитивную, таблицу типов. Иногда это желание выглядеть проще, чем есть на самом деле, - обратная сторона сложности или даже внутренней конфликтности характера человека. В этом случае, в отношениях с другими он принимает на себя роль простоватой ходячей таблицы "типов". Некоторые люди разговаривают вслух сами с собой. В таких монологах фермент "типа" не употребляется, поскольку он обязательно предполагает слушателя. С возрастом этот фермент исчезает из речи. Место рождения фермента - Москва.
 
 
    В общем-то, Короче, По большому счету, В принципе (флажки обобщения)
 
  В любом реальном разговоре то и дело происходит суммирование и подытоживание сказанного. Соответствующие ферменты обобщения имеют, помимо своего прямого назначения, еще и ряд "побочных" функций, которые позволяют употреблять эти ферменты в "правильном" для разговора контексте.
 
 
  В общем - фермент, явно подытоживает определенную часть разговора. Один из собеседников (или, даже, оба) чувствуют, что сказано уже достаточно много разрозненной информации и она "расползается в стороны" как большая куча неаккуратно сложенного белья, которое пытаются нести. Фермент "в общем" похож на аккуратную обвязку, которая пакует информацию некоторой общей идеей, схожей с веревкой, превращающей бесформенную кучу белья в более аккуратный тюк. Люди, которые употребляют этот фермент, как правило, обладают значительным интеллектуальным потенциалом обобщения, который не получает у них надлежащего развития в профессиональной или бытовой области. По этой причине, обобщения, которые следуют за этим ферментом, часто бывают, довольно-таки, тривиальны как по форме, так и по содержанию. Такой укороченный вариант фермента свойственен как мужчинам, так и женщинам широкого диапазона возрастов и профессий. Женщины, употребляющие такой фермент, скорее всего, обладают сильным характером и волей. Расширенный вариант фермента - "в общем-то" - более гибок и полифункционален. Во-первых, частица "то" немного выносит акцент разговора куда-то в сторону. (Принято говорить не "в общем это", а в общем-то. Возможно, что когда-то дефис отсутствовал.) При этом само обобщение получается каким-то пластичным и аморфным, что существенно снижает возможную серьезность тона разговора. Собственно говоря, фермент в форме "в общем-то" уже не столько обобщает, сколько задает немного неопределенный тон разговора одного из собеседников и расширяет свободу интерпретации для другого. В такой форме фермент по своим функциям близок к ферменту "как бы", но его действие мягче и незаметнее, чем у последнего. Форма "в общем-то" используется, в основном, интеллигенцией и политиками. В последнем случае это, кроме всего прочего, и капсула времени и часть имиджа (намеренная или ненамеренная демонстрация своей способности к обобщениям в области экономики или политики).
 
  Короче - фермент, имеющий образ крутого виража на скоростной трассе. Собеседник выражает им свою степень нетерпения, которая, конечно же, зависит еще от интонации и громкости. В зависимости от последних, скрытый смысл фермента в переводе на обычный человеческий может переводиться от "Пора закругляться. Мы слишком долго говорим об одном и том же" до "Ты мне сильно надоел своей упертостью или тупостью!" В самом слове "короче" как-то музыкально запрятана идея отсечения, отрезания, обрывания. Поскольку фермент употребляется часто и неосознанно, то люди, употребляющие его - очень активно воздействуют на окружающую их обстановку. Они постоянно пытаются пресечь ее нежелательное по их мнение развитие и переориентировать все и вся в нужную им сторону. Если добавить сюда еще и недостаток терпения, то люди с ферментом "короче" оказываются "лидерами-полуфабрикатами". Они чувствуют это и, возможно, страдают от этого. Может быть, им стоит попробовать сознательно обратить внимание на свой "фермент" и попытаться сначала освободиться от его власти? По принципу "обратной связи" могут включиться внутренние "механизмы терпения". До сих пор речь шла о мужчинах. В устах женщины это фермент звучит либо несколько отчаянно, либо несколько просторечиво...
 
  По большому счету - "размах на рубль, удар на копейку". Другими словами, фермент действует по принципу "клин клином", когда маленькая боль "лечится" большой болью, а маленькую речушку легче перейти вброд, если готовиться к переходу через большую реку с глубоким бродом. Если фермент "в общем" обобщает в целом нейтральную информацию, то фермент "по большому счету" предваряет неожиданную, негативную или даже агрессивную информацию. Но даже в последнем варианте, если эта агрессия подается под соусом "большого счета", то она воспринимается собеседником не так болезненно: ведь "по большому счету" значит - глобально, окончательно, а значит серьезно и эту серьезность, возможно, придется потерпеть. Собеседник, произнесший по "большому счету" перед тем как выставить этот большой счет, похож на "доброго" соперника, который, перед тем как нанести удар, предварительно дезинфицирует место удара и прикладывает к нему маленькую подушечку для его смягчения. Ему не нужно убивать собеседника, а нужно выставить свой "большой счет" и посмотреть на реакцию собеседника в его полном сознании. "Большой счет" - удел людей, склонных к выяснению отношений, обсуждению и осуждению своих ближних и дальних и даже к легким формам мести.
 
  В принципе - еще одна распространенная "болезнь" интеллигенции и политиков. Это - все та же склонность к обобщениям, что и "в общем", но более структурированная и рафинированная. В разговоре фермент "в принципе" выдает несколько наивное стремление собеседника все структурировать и объяснить из каких-то "первых принципов". Фермент присущ, в основном, теоретикам в разных областях, причем таким, которые находятся еще где-то на середине пути к вершинам теоретического постижения сути вещей и событий. Как правило, на поверку оказывается, что эти люди сами не очень-то уверены в том, что говорят и в своих принципах. Удивительно, но часто за этим безобидным "в принципе" скрывается глубокий инфантилизм. Поэтому можно почти без преувеличения сказать, что этот фермент, помимо очевидной функции обобщения и концептуализации разговора, является разновидностью защиты и самозащиты от собственной неуверенности в своих принципах. В таком аспекте фермент приобретает характер магического заклинания, которое должно привнести желаемую "цементную основу" в убеждения говорящего....
 

 На мой личный взгляд тема слов-ферментов - неисчерпаема, как и сам язык. Каждый, кто погрузится в них, получит на основании своего личного житейского опыта, массу новых ценных ассоциаций и находок. Еще раз повторюсь: термин "слова-паразиты" - неудачный, как по форме, так и по сути. Вместо внимательного изучения он настраивает на борьбу. Но такая борьба будет похожа на борьбу не с болезнью, а с ее симптомами. Для того, чтобы победить болезнь, нужно правильно поставить ее диагноз. И здесь "слова-паразиты" могут оказаться чрезвычайно полезными еще до проведения всяких психологических тестов. Особенно внимательными к этим словам, наверное, должны быть психологи и психотерапевты, когда они просто беседуют со своими пациентами: возможно, что одно слово-фермент для внимательного уха скажет больше, чем тома истории болезни. Есть еще один интересный момент, связанный со словами-ферментами. Если речь отражает текущее душевное состояние человека, то и наоборот: состояние может зависеть от того, что и как мы говорим. Особую роль играют слова-ферменты, поскольку они действуют на подсознательном уровне. Мы приходим к идее осознанной (а не принудительно-назидательной) ферментной "словотерапии": чтобы изменить себя, можно попробовать сознательно отнестись к своим ферментам и попробовать  постепенно исключать их из речи (а сначала их надо просто услышать - это проще сделать через друзей или знакомых) или заменить другими словами или словами-ферментами, настраивающими на позитивные внутренние изменения. Если обратная связь действительно есть, то сделать это будет очень нелегко, но возникающие трудности как раз и будут свидетельствовать о том, что "словотерапия" работает не вхолостую: ведь по-настоящему изменить себя очень трудно! А как же быть с людьми, у которых в речи нет никаких явных ферментов? Если только они не само совершенство, то для них роль ферментов могут играть не слова, а жесты, мимика лица, интонация, поза, привычки и т.д. - профессиональные профайлеры могли бы многое рассказать об этом...