11.11.82г. Конец Эпохи

Наш взвод вернулся с  трехдневного  выезда 11ноября.  КПП гарнизона мы проехали без двадцати двенадцать. Колонна поехала прямо в парк, а я по главной алее подрулил к казарме бригады. 

Капитану Белинскому, начальнику конвоя, было лень  тащить из парка  в казарму секретную документацию.  Два тяжелых  баула, понять можно. И он приказал мне сначала в казарму. 

Вдобавок, на КПП сообщили о  повышенной боеготовности.  Это огорчало. 

Я с Белинским ездил третий месяц, и отношения у нас были дружеские. Насколько это возможно между капитаном и рядовым.   Всю обратную ночную дорогу, что бы не заснуть, мы невинно подъебывали друг друга , поддерживая тонус. 

Он кормил меня бутерами с салом, и поил крепчайшим кофе.  С лёгким садизмом рассказывая что вот сейчас вернёмся, и он домой. Там - в ванную на час,  потом - водочки, и спать. Сутки.   

А я  поминал классиков о командирах, про «офицеров  с властной осанкой  и в решительных сапогах»(с), про « автобусов не будет, будет два  Урала, один из них КАМАЗ»(с). 

Внутренне ухмыляясь, что я прямо из парка пойду в кочегарку, к корешу Алиеву. И там от души помоюсь. А то и попарюсь. А потом спрячусь в сушилке, и хер меня найдут.   

И вдруг - повышеная, то есть все сидят в казарме. 

У казармы нас ожидал  дневальный Петруха. Согнулся под тяжестью баулов. Белинский поинтересовался у него, что за кипишь. Война что ли?  Петруха ответил,   что всему личному составу приказано в 12 00 быть у телевизора в комнате отдыха.  И я, даже не знаю почему, сказал им: 

- Это Брежнев помер, гадом буду.

- А нам то что? - пожал плечами Белинский, направившись  к казарме - Дембель неизбежен, Андрюха.

Я едва успел. Пока отогнал машину,  вернулся, пока сдал автомат в ружкомнату. 

Когда я вошел в комнату отдыха, диктор в телевизоре торжественно-траурно говорил: 

«Центральный комитет Коммунистической партии Советского Союза, Президиум Верховного Совета СССР и Совет министров СССР с глубокой скорбью извещают партию и весь советский народ, что 10 ноября 1982 года в 8 часов 30 минут утра скоропостижно скончался …»

ПСЫ. Похороны Брежнева, личный состав бригады смотрел стоя по стойке смирно. Но меня опять не было. Мы снова были на выезде. И я не знаю, уронили гроб, или таки это был салют.