Лампочка Ауле или восстание зомбей.

«Мы уже прошли сквозь ворота, и я не удержалась и подвела Нелли к участку стены за ними.

– Видишь что-нибудь?

Нелли, прищурившись, добросовестно всмотрелась в пористый камень.

– Не-а. Разве что блеснёт чего, то ли камешки, то ли капельки, а так-то ничего не видать, стена как стена.

– Там указательная стрелка, – пояснила я. – Для людей она невидима, но я её различаю.

– Прям совсем невидимая? – недоверчиво уточнила девочка.

– Почти.

Когда-то подобные составы использовались для тайных знаков. Первая ступень, дальше шли запаховые метки, а высшим умением считалось вплести скрытый символ в естественный рисунок или орнамент. 

…

– Ловко придумано! – восхитилась Нелли. – А куда нам идти-то?

– Туда!

Символ выглядел кривовато – для человека, не знакомого с эльфийскими техниками каллиграфии, задача нарисовать нечто невидимыми чернилами довольно сложна. Но все же нарисованный значок указывал направление вполне однозначно. Боковой проход, лестница, еще коридоры – я едва не пропустила очередной знак над левым проходом, почти уйдя в правый. К счастью, в здешних коридорах установили гномские ртутные лампы, дающие как раз нужный для «потайной» краски свет.»(с)Кувшин проклятых даров

Как это не покажется кому-то странным, дуговая ртутная люминесцентная лампа низкого давления, часто просто именуемая люминесцентной лампой придумана довольно давно – фактически она ровесница обычных ламп с вольфрамовой нитью.  Сам эффект открыт еще в середине девятнахи, лампа Купера-Хьюитта поступила в продажу в 1901 году. Но «она давала очень много света и была экономичней тогдашней лампы накаливания в 8 раз, но излучала сине-зелёный свет, придававший лицам приятный трупный оттенок».

В нашей реальности, как мы знаем, расцвет этих ламп начался сравнительно поздно. Причин тому имелось несколько, но «принято считать» основной наличие этой самой  «люминесцентности». 

Фишка в том, что исходно пары ртути светятся довольно гадским образом, давая большую часть в ультрафиолете, а оставшуюся – в голубом и зеленом. На фоне этой проблемы меркли даже сложности со «стартом» лампы и с преобразованием переменного тока в нужный для них постоянный. Поэтому «чтобы обеспечить достаточный КПД лампы, а также равномерный спектр излучения, ультрафиолетовый свет паров ртути преобразуется в видимый с помощью люминофора». Именно с этим ученые-моченые и возились, подбирая подходящий состав, чтобы и преобразовывал нормально и не выгорал слишком быстро. Первые коммерческие лампы «дневного света» - это уже 1938 год.

Однако если мы говорим про гномов, то в их «крохотных жадных глазках»(с)Марко экономичность даже ранних ртутных ламп запросто может перевесить все прочие недостатки как раз для освещения всяких «общественных мест». С производственным помещениями так не получится, в них правильная цветопередача может иметь значение, внутри жилых комнат тоже можно вкрутить обычные лампочки (вычитая их стоимость из работяг), а вот всякие коридоры, где народ регулярно ходит, можно подсветить как раз ртутью. А что рожи бледно-зеленые и вообще глазам неприятно – перетопчутся, в смысле, меньше будут шляться вне рабочего места. Возможные проблемы с ртутью – опять же, не гномам дышать её парами, их в данном случае волнует лишь экономичность, а тут все в порядке – лампа светит сравнительно ярко и долго.

В общем, типичное решение «эффективного манагера». Вопрос, сколько градусов подобные лампы будут добавлять к душевному нездоровью рабочих масс и желанию засунуть эти лампы в различные отверстия представителей управленческого звена, оставим пока открытым.